Колин
Шрифт:
Селена горько усмехнулась, подходя к Колину, и в ее глазах светилось одно презрение. Она надеялась, что злость скроет боль, съедающую ее сердце изнутри.
– Ну конечно, ведь мятежница такими вещами и должна заниматься, верно? Я обязана делать самое худшее, что ты можешь себе представить, потому что все мятежники именно такие. Конечно, я же та, кто ограбит хорошего человека, лишит воспоминаний во имя большого бизнеса и собственного комфорта.
– Тогда скажи мне, что ты делала. Соври, если придется. Скажи мне, что ты сделала с Эльзой Мэйберри в той уборной.
Слова
– Ты правда хочешь знать, - сказала она, чувствуя, как угасает злость.
– Конечно, - в словах Колина звучала нотка поражения, и у нее не осталось сил бороться.
– Я помогла ей, Колин, - тихо ответила она.
– Я не забрала ее воспоминаний. Я не забрала ничего, в чем она нуждалась, клянусь. Я забрала лишь остроту страха, который все это покрывал, как забрала печаль Ясмин. Я убедилась, что она все хорошо помнит, и...
Колин нахмурился.
– И?
– И кажется, я сделала ее сильнее, - Селена покачала головой.
– Я не совсем понимаю это. Я знаю, на что способна. Вдохновлять людей - этого я раньше никак не могла совершить. Однако я сделала ее храбрее. Я заставила ее вспомнить, зачем она взяла файлы, и я заставила ее гордиться своим поступком. Думаю, она всегда была храброй, но я заставила ее осознать это. По крайней мере, мне так показалось.
Колин кивнул, как будто этого и ожидал.
– В этом есть смысл. Я заметил, что на меня тоже влияет то, что мы делали вместе.
– Ты упоминал это ранее. Бабушкины сказки.
– Это правда. Я способен совершить больше прыжков с места на место, не нуждаясь в отдыхе. Хоть некоторое время спустя мне становится нехорошо, недомогание намного слабее. Я быстрее восстанавливаюсь. Некоторые говорят, что союз могущественной ведьмы и сильного колдуна приумножает способности обоих.
– Ты думаешь, мы вместе?
– прошептала она, и выражение его лица помрачнело.
– Вместе?
– выплюнул Колин.
– Не знаю, вместе ли мы. Этим утром я проснулся от того, что в дверь ломился мужик, желающий узнать, как я попал в пентхаус. Когда я захотел найти тебя, я обнаружил, что ты украла амулет. Если ты его не уничтожила, то я хочу его вернуть, - резко закончил он.
– Мне больше не нужно охотиться на тебя, но этот амулет все равно может помочь мне спасти жизни, особенно когда дело касается тамплиеров.
Селена оцепенело полезла в сумочку и протянула ему амулет. Но когда она вложила камешек в его руку, Колин позволил ему упасть на ковер. Считанные секунды спустя он схватил ее и яростно поцеловал. Поначалу Селена была слишком шокирована, чтобы ответить на поцелуй, но потом вцепилась руками в его плечи и притянула еще ближе. Его тело вибрировало от злости и желания, и в этот самый момент для нее ничто не имело значения, лишь бы найти себя в его руках, нуждаться в его теле и том, что оно могло с ней сотворить.
– Я хоть вспомню об этом, когда мы закончим?
– прошипел Колин ей на ухо.
– Что еще я забыл?
– Будь ты проклят, - зарычала Селена.
–
Ответ лишил Колина дара речи, а потом он накрыл ее губы своими. И поцелуй не был нежным. В нем звучала лишь грубая страсть и необходимость. Когда его язык протолкнулся между ее губ, она жадно открылась для него. Его язык хозяйничал в ее рту, задавая яростный ритм, который еще сильнее подхлестнул ее желание. Крепко прижимаясь к телу Колина, Селена чувствовала его отклик и жажду.
– Ты себе не представляешь, каково было видеть тебя в том клубе, - пробормотал он.
– Ты не знаешь, сколько глаз следило за тобой, наблюдало за этим роскошным телом, плывущим через толпу так, будто все вокруг принадлежит тебе.
– Одни из этих глаз были твоими?
– спросила Селена, дотягиваясь и прикусывая мочку его уха.
– Ты думал о том, что скрывается под моим платьем?
– Я знаю, что под ним скрывается, и это все равно сводило меня с ума.
Селена взвизгнула, когда он поднял ее на руки и пошел в спальню. Он захлопнул дверь прямо перед любопытной мордочкой Битси, проигнорировав возмущенный писк. Добравшись до постели, он буквально швырнул туда Селену.
– Посмотри на себя, - прошептал Колин, и она не могла понять, чем горели его глаза - желанием, злостью или мощной комбинацией и того, и другого.
– Посмотри на себя, красивая, прекрасная женщина.
– Это ты красив, - возразила она.
– Сплошной жар и мускулы, что ты сделаешь со мной?
– Все, что ты мне позволишь.
Это оказалось единственным предупреждением, которого она удостоилась, прежде чем Колин опустился на нее. Его тяжелое тело прижало ее к постели, и как только она легла на спину, он схватил обе ее руки в свою ладонь и завел ей за голову. Селена ахнула, когда его грубая рука скользнула от ее шеи к вырезу платья. Колин стиснул ткань и одним резким движением разорвал платье спереди. Она застонала от удовольствия, когда одежду сорвали с ее тела, и улыбнулась, заметив его реакцию на увиденное.
Бродя по Мичиган Авеню, Селена купила не только платье. То тут, то там прятались потрясающие магазинчики нижнего белья, и она раскошелилась. Бюстгальтер цвета слоновой кости и такие же трусики, обильно вышитые в отдельных местах и почти прозрачные в других, заставляли ее кожу сиять изнутри, и на мгновение Колин мог лишь остановиться и пожирать ее взглядом.
– Выглядишь так, как будто никогда не делал этого раньше, - невинно сказала Селена.
– Мне показать тебе, что делать дальше?
Колин издал почти звериный рык и уткнулся в изгиб ее шеи, ощутимо прикусывая шею, а потом принимаясь слегка тянуть кожу зубами и посасывать. Селена застонала, осознав, что он собирается пометить ее кожу, оставить там метку, будто она принадлежала ему одному. В этот момент она хотела этого больше всего на свете. Селену поразило, что она хочет этого, с ним, навеки - и эта вспышка озарения будет преследовать ее до конца жизни. А потом его умелый рот переключился на напряженный сосок, и она забыла обо всем.