Коллапс

Бергер Евгений

— … система нарушена! Братик… Не время разлеживаться! — взволнованно тараторила Май. Черт, ну и ощущения… Как будто меня всего вывернуло наизнанку.

— Запустить сканирование системы и целостности брони. — прокряхтел я, чувствуя, как мой живот буквально сгорает изнутри. Активировав ночное зрение и оглядевшись, я понял, что мы находимся в небольшом пузыре посреди руин: — Режим ночного зрение на автоматический режим!

— Есть!

Не сказать, что моё выживание — это чудо, ибо как я понял, после взрыва, пол

провалился вниз, и мы оказались, где-то между этажами. Раньше я видел такие же широкие решетчатые перегородки, когда Шелег бронировал небоскреб.

— У нас тут… Небольшая проблемка… — осторожно произнесла Май, и стрелочкой указала куда-то вниз. Я приподнял голову и с некой долей скептицизма обнаружил торчащий из брюха кусок тонкой металлической трубы. Диаметр примерно два сантиметра — не больше. Нет, ну а что в этом такого? Я уже ничему не удивляюсь. Ну, торчит и торчит… Что теперь, расстраиваться? Пошевелив ногами и руками, я попытался подняться, но адская боль тут же приковала меня обратно.

— Май… Я тут подумал, а с какого черта обычная металлическая труба может пробить твою броню, да ещё и насквозь? М?

— Это труба, армированная бреарием! Видимо, пытались спрятать что-то. Увы, информации нет. — ответила она.

— Свяжись с Грейс. Пускай придёт и вытащит меня. Что-то я начинаю немного переживать за эту дырку в своём животе.

— Жизненно важные органы не повреждены, так что вы везунчик. Но не совсем… Потому что модуль связи поврежден, и я не смогу отправить сигнал. Можем подождать! Обнаружители всё равно покажут нашу сигнатуру.

— Чтобы Орион успел свалить? — усмехнулся я: — Кстати, я тут вспомнил, что уже тысячу лет не превозмогал.

— Ого! К вам вернулось чувство юмора? Да ещё и в такой момент? — удивилась помощница.

— А что такого? Если сейчас заорать или же начать ругаться, то ничего хорошего не выйдет. Ладно… — я выдохнул, и стиснув зубы, крепко схватился за трубу. Мне нужно было просто поднять своё тело вверх на, примерно, пятьдесят сантиметров и соскочить с трубы. Всего-то… Подумаешь?

— Братишка, ты уверен? — в голосе Май отчетливо слышалось сомнение: — Ты потерял слишком много крови и энергии на регенерацию после взрыва. Практически умер.

— И что с того? Умирал уже столько раз, что просто к этому привык. — ответил я, и зажмурив глаза, начал подтягиваться. Это были очень странные ощущения… Адская боль вперемешку с холодом, и какими-то непонятными покалываниями по всему телу. Но самое хреновое было то, что от своих же собственных действий моё сознание помутилось… Я был практически в предобморочном состоянии.

— Ещё немного! — подбадривала Май.

— Крррххх… — проскрипел я, и наконец-то соскочил с трубы, после чего тут же шлепнулся на пол, заливая пыльные обломки кровью: — АГГГРРРXXXX!!! ТВОЮ МАТЬ!!! КАК ЖЕ МНЕ *?*:%?*%!!!

— Это плохое слово. Советую воздержаться

от употребления в будущем. — предупредила Май.

— Да в жопу эти советы… Аааагггрррххх… Чего ж так больно-то?!

— Интересно, если бы здесь были ваши подруги, вы бы так же корчились?

— Май, ты совсем *??*:;:?!

— Простите… В советах по психологии написано, что нужно помочь отвлечься методом от противного… — виновато ответила она.

— Я тебе сейчас такого противного устрою… — выдохнув, я перевернулся на спину: — Господи! Я ненавижу Антарктиду! Ненавижу этот проклятый Южный полюс… Ненавижу эту хитрую сучку Грейс, но больше всего ненавижу Ориона! Этот пи… Свистопляс у меня в аду будет гореть перед отправкой на родину! Черт жёванный!

— Всё хорошо?

— Да… Теперь нормально. — выдохнул я, и наниты тут же потекли латать дыры и повреждения: — Май! Просканируй толщину обломков над нами.

— Три метра.

— Устойчивость?

— Менее тридцать четырех процентов.

— Какие варианты?

— Попробовать выстрелить из концентратора энергии. Как вариант? — предложила Май.

— Ладно, раз выбора нет. — я поставил барьер, и зарядив секретное, но крайне мощное оружие, прицелился в потолок: — Три…

— Два…

— Огонь! — яркая вспышка тут же осветила мрак, и на защитный барьер посыпались бетонные ошметки.

— Два метра. Один метр. Стоп! — воскликнула Май. Я отключил концентратор и увидел идеально ровную нору к поверхности. Вот они — чудеса лазерного бурения!

Выстрелив собой вверх, я быстро пролетел сквозь завал и оказался в руинах последнего этажа, где меня уже поджидала Кицуне.

— Господи! Живой… — выдохнула она и тут же стиснула меня: — Всё хорошо? Ты не поранился?

— Более, чем… Ты же знаешь, что со мной ничего не случится.

— Мелкий негодник! На… — она протянула мне небольшую пластиковую коробочку и открыла шлем: — Модуль для связи.

— О, благодарю! — ответил я: — Май! Освободи гнездо.

— Есть! — на шее открылось небольшое отверстие, и оттуда вылетел почерневший старый модуль. Вставив новый, я синхронизировал его с КАВ, и попытался связаться с Грейс: — Мон! Прием. Ты меня слышишь? Мон!

— О, хвала небесам! Вы живы?! — с облегчением выдохнула Хранительница: — Я себя прокляла за ту шутку с копьем… Господи, Хозяин… Как я рада…

— Всё хорошо. Не переживай… Я всё равно тебя отхлещу по приезду. — строго ответил я: — Ты где?

— В подвалах! А что там сверху случилось? — обеспокоенно спросила она: — Я почувствовала мощнейший скачок энергии… Я такого раньше никогда не видела! Просто невероятная мощь…

— Орион психанул. Оставайся на месте, через пару минут встретимся.

— Приняла! — с готовностью ответила Грейс и отключилась.

— Так что там с Орионом? Вы смогли обнаружить его сигнатуру? — уточнил я.