Коллекция Кледермана
Шрифт:
– Что ж, госпожа Вернон выведет вас через заднее крыльцо, чтобы вы не угодили в толпу.
– И не попались журналистам, – добавила старшая медсестра. – Такое впечатление, что здесь уже все журналисты города. Приедут и другие…
– Для них мы сделаем заявление чуть позже. До свидания, господа, мадам… Не тревожьтесь, мы сумеем соблюсти покой нашего пациента, – добавил хирург. – Полиция проследит за порядком!
Спустя несколько минут они уже сидели в автомобиле Адальбера, который пригнал профессор, и вскоре оказались в гостинице, попав туда тайком через гараж, предварительно предупредив
Намного более свежие, чем она, потому что им не пришлось пережить кошмар предыдущей ночи в замке Круа-От после нескольких недель заточения, Адальбер, Уишбоун и профессор попросили подать им обильный ранний завтрак в маленьком спокойном зале гостиницы. Но прежде чем сесть за стол, Адальбер решил позвонить в Париж госпоже де Соммьер.
– Маркиза и План-Крепен едва ли много спали после нашего отъезда, – счел он нужным объяснить.
В самом деле, в особняке на улице Альфреда де Виньи никто не сомкнул глаз: Мари-Анжелин сняла трубку после первого же гудка и с облегчением вздохнула, узнав голос Адальбера.
– Наконец-то! – выдохнула она. – Мы не находили себе места!
– Этого не может быть! Вы что, обосновались у консьержа?
– Нет, я у подножия лестницы. Телефонный шнур удлинили. Что у вас происходит?
– Рассказ занял бы слишком много времени, но в общих чертах ситуация такова. Пленников освободили, Круа-От горел всю ночь, и…
Адальбер замялся, не зная, как сообщить о трагедии, и Мари-Анжелин сразу занервничала:
– И что? Говорите же, черт побери! С Альдо что-то случилось?
– Да, выстрел в голову, но его перевезли в больницу в Тур, где его только что прооперировали. Хирург нас очень обнадежил. И еще…
– Достаточно. Мы едем! Вы где?
– В гостинице «Вселенная» в Туре.
– Забронируйте для нас две комнаты! Мы немедленно отправляемся на вокзал и садимся в первый же поезд!
– Вам же надо хотя бы вещи собрать!
– Чемоданы были готовы сразу после вашего отъезда. Устройте так, чтобы вы могли встретить нас на вокзале!
Мари-Анжелин повесила трубку, и Адальберу не оставалось ничего другого, как присоединиться к остальным.
– Быстро вы! – пробормотал техасец.
– Если дамы еще не в поезде, то скоро там окажутся, – усмехнулся профессор. – Держу пари, они сядут на поезд в восемнадцать десять!
– Мы их встретим!
Но на перроне дам встречал только Адальбер… Мужчины как раз заканчивали завтракать, когда инспектор Саварен – колючка из полиции Шинона – с присущим ему изяществом свалился им на головы. Он прибыл за Корнелиусом Б. Уишбоуном и профессором де Комбо-Рокелором, чтобы препроводить их к комиссару Дежардену, своему начальнику, для допроса. Инспектор не стал скрывать, что профессору придется поведать, как ему и Видаль-Пеликорну удалось проникнуть в замок непосредственно в момент трагедии. А техасец рисковал обвинением в соучастии, потому что он входил в ближайшее окружение Лукреции Торелли, помог ей тайно покинуть Англию и пользовался в замке статусом гостя. Адальбер
– Он лишь питал к Торелли любовь, терпеливую и слепую, и не имеет ничего общего с деяниями банды. Доказательством тому служит тот факт, что он едва не погиб вместе с Морозини и миссис Белмон, которые были пленниками, причем той же ужасной смертью, на которую они были осуждены!
– И я тому свидетель! – прорычал профессор.
– Что ж, это вы расскажете моему патрону! А вас, – он обратился к Адальберу, – мы выслушаем позднее, когда решится судьба вашего друга. Я должен привезти и госпожу Белмон, также бывшую пленницу…
– Ради всего святого оставьте ее в покое! После того, что она пережила, ей необходимо выспаться, особенно если вспомнить еще и утро, проведенное в ожидании в больнице!
– Согласен с вами… Но рано или поздно ей обязательно придется дать показания! Как и вам! Таков закон!
– А не следует ли вам отправиться в погоню за бандой мерзавцев, которые захватили Круа-От? Готов держать пари, что вы еще никого не поймали!
– Я здесь не за тем, чтобы перед вами отчитываться! И в ваших же интересах вести себя спокойно!
В этот разговор вмешался потерявший терпение профессор. Он обратился к Адальберу:
– Не злитесь, мой мальчик! Я знаком с Дежарденом, и я обо всем ему скажу. Позаботьтесь только о Морозини и об этой очаровательной американке!
На этом и порешили. Саварен увел тех, кого он мило назвал своей «дичью», не прибегая, однако, к насилию. Адальбер убедился в том, что в его отсутствие за Полиной присмотрят, взял свой автомобиль и заехал в больницу, где Альдо все еще находился в послеоперационной палате. Он уже открывал глаза, но ненадолго. Температура его была чуть выше нормальной, но никаких тревожных признаков, если верить медсестре Вернон, не наблюдалось.
– Должна пройти ночь, чтобы мы поняли, все ли в порядке. Но вам не стоит слишком тревожиться! Вашему другу повезло, что он попал в руки доктора Лермитта. Даже в Париже ему нет равных! И в Лионе, и в Монпелье, и в Бордо…
– Его не пытались переманить?
– Конечно же, пытались! Но доктор слишком любит нашу Турень… и еще свою жену!
– А его жена…
– Ни за что на свете не согласится жить в другом месте. У них очаровательный дом и трое прекрасных детей!
Адальбер чуть было не сказал любезной женщине, что у Альдо ситуация такая же. У него тоже был красивый дом и чудесные дети, но тогда ему пришлось бы заговорить и о жене, а с этого места сюжет становился опасным. К тому же приближался час прибытия поезда, и Адальбер только-только успевал на вокзал.
Он оказался на перроне в тот момент, когда локомотив въехал под стеклянный навес, выпустив струю пара, и прошел к двум первым пульмановским вагонам, почти уверенный в том, что именно там найдет маркизу и ее компаньонку. Они и в самом деле были там. Суетливая, словно блоха, Мари-Анжелин почти упала ему в объятья.
– Как он? – сразу же спросила она.
– Почему бы вам немного не успокоиться? – проворчала госпожа де Соммьер, которую Мари-Анжелин задела, чтобы первой оказаться перед Адальбером.