Колобок, я тебя...
Шрифт:
— Явился. — Услышал он десятью минутами позже, когда все же нашел в себе силы войти в дом. — А ну поди сюда.
— Ба, я устал и хочу спать. — Еле ворочая языком признался мужчина и направился по направлению к лестнице.
— Стоять! — Рявкнула «Ба» так, что ему пришлось остановиться. — Руки мой и за стол. Удумал тут, с дороги не есть.
Миша сцепил зубы и… отправился на кухню. Бабуля все равно не отстанет, а спорить у него никаких сил сегодня не было. Все завтра. А может быть даже через пару дней, когда отоспится.
Как жевал, он и не помнил, какими-то урывками воспринимая действительность. Бабуля вещала вроде бы про какую-то соседку, что две недели
— Мишка! Да что ж это делается? Я сейчас скорую вызову. Третий день спишь. Где ж это видано? — Ворвался в его сознание причитающий голос.
— Ба, дай поспать. — Отмахнулся он, для чего пришлось пошевелить рукой. Ломота тут же прострелила все тело. — Твою…! — Разразился он тирадой и с трудом перевернулся на спину.
— Именно, что твою! — Обрадовалась Наумовна. — Ты, внучек, два дня без продыху проспал. Совесть имей. Я тут намедни грабли сломала….
— Зачем? — Михаил прикрыл глаза рукой.
— Ломала-ломала и сломала. — Обиделась старушка, и вновь потормошила внука. — А еще пообещала, что ты у соседей крышу проверишь. Тут давеча дождь был и у них над крыльцом навес пробежал. Надо бы сходить.
— С чего это? — Внучек уже понял, что от него никто не отстанет и сел на кровати, окончательно проснувшись. — Почему я должен помогать каким-то неизвестным соседям?
— Почему ж неизвестным? Ты там в своей Москве совсем плесенью покрылся? Человек человеком живет, пока другим помогает. Что бы дед сказал…? — Принялась причитать она.
— Да схожу я! — Огрызнулся Михаил, лишь бы не слушать очередную лекцию о пользе добра. Он их и так каждый свой приезд слушал.
И все же с походом к соседям он затянул. Сначала за полдня выправил все то, что его хрупкая на вид бабуля умудрилась сломать (ей-богу, от слона меньше вреда), затем занялся перетаскиванием своих вещей из машины (два ящика разнообразного алкоголя тоже перенес). Освободился для похода к соседям лишь к вечеру. Наумовна пальцем указала на калитку, что вела в нужном направлении и… осталась на своем участке, что тут же с подозрением отметил ее внук. Обычно, она вперед него несется….
Пожав плечами, он открыл калитку и удивленно вскинул брови. Небольшой участочек был чисто выкошен, трава убрана, а земля кое-где вскопана. В некоторых местах были даже посажены полудохлые оранжевые цветочки. Михаил огляделся, и тяжело вздохнул. Он тут чтобы крышу посмотреть, а не двор рассматривать. Но зуд все здесь переделать был просто нестерпимым. Руки так и зачесались переделать все от забора до дома.
Тряхнув головой и выкинув и оной все благородные порывы, он подошел к крыльцу и постучал в дверь. Та открылась сразу и перед мужчиной возник тощий белокурый паренек, вопросительно уставившийся на гостя. Михаил прикинул, что раз здесь есть ребенок, то и родители должны быть недалеко. Наверное. Кстати, бабуля упоминала лишь соседку. Значит, должна быть мать. Все эти мысли не заняли и пары секунд в натренированном мозге.
— Мать где? — Не здороваясь спросил он паренька.
Тот молчал подозрительно прищурившись. Потом, что-то прикинув в своей вихрастой голове, все же открыл рот.
— Тебе она зачем? — Серьезно спросил парень, не имеющий никакого пиетета перед взрослыми.
Мужчина опешил. Потом все же подумал головой и кивнул своим мыслям.
— Надо мне ее. —
Парень коварно улыбнулся, пожал тощими плечами и протиснулся мимо Михаила на улицу. Спустился по ступенькам крыльца и задрав голову к небу заорал.
— Мать! К тебе тут мужик пришел. Говорит, что ему тебя надо!
«Мужик» спустился с крыльца, чтобы глянуть, кому малец там такие сказки сочиняет. Однако, стоило ему сойти на землю с последней ступеньки, как на него с тонким визгом свалилось что-то навроде мешка с картошкой. От неожиданности его ноги подкосились, и он плашмя повалился на траву. Только руки успел подставить, чтобы мордой лица не вписаться в землю.
— Твою…! — Прохрипел он, ощутив, что его сверху придавил чей-то организм, сейчас отчаянно барахтающийся на его спине. — А ну стой! — Рявкнул он, почувствовав, что с него все же пытаются слезть. Извернулся, перекатившись на спину, и практически на ощупь схватил ту, что пыталась отползти от него подальше. Приподнял и попытался рассмотреть. В его руках оказалась кругленькая девчушка лет двадцати с испуганными глазами цвета хорошего выдержанного виски и копной черных длинных волос. — Мать! — Отдернул он руки, увидев, что девушку действительно колотит от страха. Еще бы, с крыши навернулась. — Какого хрена тебя туда понесло? — Рявкнул он, когда она сползла на траву рядом с ним. И тут он увидел, как она громко всхлипнула и отодвинулась от него подальше. И так паршиво у него стало на душе…. — Ладно, не реви. — Потянул он к ней руки, чтобы успокоить.
— Не трогай ее. — Его несильно стукнули по руке. Малец, неприветливо встретивший его в доме, демонстративно отпихнул его от девушки и мрачно посмотрел на гостя. — Напугал только.
— Она сама на меня упала. — Обиделся Михаил и кряхтя попытался встать. Спину тут же так прострелило болью, что он выругался и снова уселся на траву. — Твою ж налево! На кой черт я сюда поперся?
Девушка-колобок громко шмыгнула носом, подняла свои карие глаза и предложила.
— Дома таблетки есть. Я… сильно вас… покалечила? — Спросила она неуверенно.
Михаил вдруг рассмеялся.
— Ты меня убила практически. Мать твою, отдохнул называется. — Вновь выругался он.
Девушка тут же подскочила на ноги.
— Вас в больницу надо. Я сейчас телефон принесу. — Засуетилась соседка.
— Стоять! — Привычно рявкнул он, как при общении со своими подчиненными. Та замерла, уставившись на него в недоумении. Неужели снова перегнул? — В смысле, не надо скорую. Но и на крышу вашу я точно не полезу. Сейчас вызову кровельщиков, все проверят….
— Не надо. — Отшатнулась соседка. — Я сама.
— Я уже видел, как ты сама. Ты чего туда полезла? — Вновь разразился он праведной тирадой. — По крышам должны обученные мужики лазить, а не женщины твоей комплекции.
— Нормально у меня все с комплекцией. — Насупилась она.
Михаил вновь оглядел соседку. Высокая большая грудь, скрытая невнятной тряпкой с китайского рынка, крутые бедра, на которые свисала все таже самая тряпка, абсолютно скрывающая талию и добавляющая объема. Ну кто так одевается? Тут же захотелось эту девицу прихватить под локоток и сопроводить до ближайшего бутика, чтобы одели ее нормально. Ведь хороша девка-то. Как яблочко наливное. Ёлки-палки, о чем он думает? Ему бы убраться отсюда подальше и найти тех, кто здешней крышей займется. И с бабулей поговорить на тему сводничества. Достала уже всяких убогих ему подсовывать. Не нужна ему постоянная женщина. А одноразовых в его жизни и так хватает. Не проституток, нет. Хотя…, они же все равно с ним из-за денег спят.