Колодцы ада
Шрифт:
— Есть еще кое-что, — сказал я ему. — Может, это ложная догадка, но я помахал открытой банкой тунца перед носом Пола. Он буквально сошел с ума. Он орал, как будто за ним гнались черти. Так что, по— моему, что бы ни случилось с Элисон и Джимми, это как-то связано с запахом рыбы.
Дэн кашлянул. Затем испуганно сказал:
— Допустим, я верю тебе. Если ты не отпускаешь каждую минуту по шутке, то, думаю, тебе можно верить.
— Ты говоришь прямо как Рета, — сказал я.
Но он не понял и продолжал напряженно размышлять, хмуря брови.
— Рета говорила
— Конечно. И об экспедиции Курье.
Дэн кивнул.
— Она смогла добыть эту информацию уже сегодня утром. По— моему, если хорошенько покопаться в истории медицины, можно выудить гораздо больше. Однако нужно время. А я не уверен, есть ли оно у нас.
— Что это должно означать? — спросил я его.
— А ты подумай. Джимми и Элисон жаловались на воду утром во вторник. К вечеру они уже были поражены тем, что было в этой воде. Оливер тоже. Я не знаю, во сколько утонул Оливер, но скоро патологи из полиции дадут нам отчет, и мы узнаем, как скоро возникла чешуя на его теле. Сейчас же я знаю одно. Это происходит чертовски быстро. Если эта гадость распространилась и все колодцы заражены, то у нас времени нет времени. Мы на грани открытия, что весь Милфорд, черт его побери, покрывается чешуей, а когда это случится…
Послышалось отдаленное ворчание грозы. Между холмов сверкнула молния.
— Опять дождь, — сказал Дэн. — За последнее время пролилось больше дождя, чем за полстолетия. Уровень подземных вод такой высокий, что мы уже почти плывем.
Я сказал:
— Тебе не кажется, что надо пойти посмотреть на колодец, если уж мы здесь. Взять для убедительности еще пару проб.
После секундной паузы Дэн кивнул. Мы сошли с веранды и обошли дом. Опять послышались раскаты грома, и на какой-то миг мне показалось, что земля под ногами шевелится. Я посмотрел на Дэна и спросил:
— Ты почувствовал?
— Сотрясение? Как во время землетрясения?
— Точно.
Он стоял, подставив лицо ветру. В дальнем конце двора сарай был освещен каким-то неестественным сиянием солнца из-за обрывков облаков. Мне показалось, что я шагнул в одну из картин Эндрю Уайета, где краски были бледными, но резкими, а обыденность обстановки пугала.
— Я не знаю, — сказал он. — По-моему, это просто гром.
Мы подождали немного, но сотрясений больше не было, и пошли дальше по заднему двору. Москитная сетка дрожала и дребезжала на ветру, и в воздухе витало запустение, которое по необъяснимым причинам подавляло меня.
Мы остановились опять. Я был уверен, что слышу что-то. Это было потрескивание или звук чего-то лопающегося. Я не мог понять, что. Дэн уже собрался подняться по ступеням на кухню, но я схватил его за руку и сказал:
— Т-с-с. Послушай.
Он слушал. Потом сказал:
— По-моему, это вода. Но откуда, черт подери, она может идти?
Мы обогнули дом. За ним было даже темнее из-за нависающих деревьев и кружащихся вокруг сухих листьев. Первые тяжелые капли дождя застучали по крыше крыльца и зашумели в кронах деревьев. Но звук чего-то пузырящегося был
— Посмотри на это, — сказал Дэн. — Вода бьет фонтаном.
В основании насоса была дыра в дюйм шириной, и оттуда бил поток воды, которая уже пробила себе русло через лужайку к канаве, отмечающей границу земли Бодинов с восточной стороны. Напор был таким сильным, что вода вырывала землю комьями, переворачивала камни и расширяла русло.
Дэн опустился на колени и достал банку для проб. Он взял воду прямо из пробоины, встал и закрыл банку.
— Из-за чего может быть такая пробоина? — спросил он меня. — В колодце ведь нет такого давления, а?
— Нет, сэр, — сказал я. Нагнувшись и подставив руку под струю, я попробовал напор. Вода была ледяной, и ее напор, казалось, увеличивался с каждым мгновением.
— Есть какие-нибудь предположения? — спросил меня Дэн.
Я пожал плечами.
Такой напор может возникнуть по сотне причин. Один подводный резервуар мог переполниться и пролиться в другой. Или под землей могло произойти маленькое извержение вулкана.
— Это то сотрясение, которое мы почувствовали?
— Может быть. Я не знаю.
Я еще обдумывал все это, когда увидел человека, медленно идущего к нам из-за угла дома. Похоже, это был сосед, краснолицый человек в выцветшей и в пятнах масла бежевой шляпе. Он был коренастым и шел, засунув руки в карманы. Подойдя поближе, он остановился и посмотрел на нас, как фермер, заставший парочку в своей пшенице.
— Я видел ваши машины и подумал, что могу подойти и посмотреть, в чем дело, — сказал он.
— Рад видеть, что соседи Бодинов интересуются, как у них дела, — сказал я, вставая и вытирая руку платком. — Я Мейсон Перкинс, водопроводчик, а это Дэн Керк из районного отдела здравоохранения.
— Я видел вас в Нью-Милфорде, — кивнул сосед. — Меня зовут Грег Мак-Алистер. Я поселился в соседнем доме несколько недель назад.
— Грег Мак-Алистер? — спросил Дэн. — Вы не сын Уильяма Мак— Алистера, который жил здесь раньше?
— Точно. Дом — фамильная собственность, а я уехал, когда умер отец, и поехал на ферму в Айове. Теперь я продал там ферму и приехал сюда. Слишком стар, чтобы жить вне дома, понимаете ли.
Дэн сказал:
— Вы слышали предупреждения о колодезной воде в округе. Вы ведь ее не пили?
— Нет, сэр, — сказал Грег Мак-Алистер. — Я никогда в жизни не пил колодезной воды, ни я, ни мой отец, ни его отец.
— Никогда? Почему же? — спросил Дэн.
Грег, не вынимая рук из карманов, неопределенно пожал плечами.
— Может, это глупость, — сказал он нам, — но в моей семье есть поверье, что все колодцы здесь прокляты. Мой дедушка называл их Колодцами Ада.
4
С холмов в районе Кента опять послышались раскаты грома, как будто рычал динозавр. Грег Мак-Алистер посмотрел вверх и сказал: