Колодец девственниц

Синявская Лана

– Неужели падре Мигель знал о том, что вытворяет его выродок? – не поверил Билс. – По-моему, с такими наклонностями ему самое место на электрическом стуле.

– Скорее, в психушке, – покачала головой Анна. – Я думаю, падре Мигель все прекрасно знал. Поэтому он и забрался в такую глушь, согласившись на малопривлекательную и опасную работу миссионера, чтобы скрыть от людей своего ненормального сына. Диего не зря выбрал именно эти места, чтобы обосноваться здесь. Сюда не сунутся даже индейцы, считая эту территорию священной, так

что ему тут полное раздолье.

– Раздолье, считай, закончилось, – усмехнулся Макс. – После того что он сделал, живым я его отсюда не выпущу. Клянусь.

– Погоди строить планы, – возразила Аня. – Чтобы разделаться с ним и спасти мальчика – а я не сомневаюсь, что он здесь, – надо придумать, как попасть в дом.

– Чего тут сложного? – удивился Билс. – Махнем через забор – и все дела.

– Вот именно, – ехидно усмехнулась Аня. – Вон ту красную лампочку видел?

Она ткнула пальцем в мерцающий красный огонек, расположенный прямо над воротами.

– Матерь божья! Сетка под током!

– Ага, – снова кивнула Аня. – Не знаю, как вы, ребята, а мне что-то не хочется превращаться в курицу гриль.

Макс смерил ее оценивающим взглядом, чуть дольше задержав его на тугой попке девушки, обтянутой узкими джинсами.

– А что, получился бы весьма аппетитный цыпленочек. – Он плотоядно оскалил зубы. – Но если говорить по существу, то проблема решается гораздо проще, чем кажется.

– Да неужели, – скривилась Аня. – Ну конечно, ты же у нас Тарзан – повелитель обезьян!

– Сама ты макака, – парировал Макс. – Но, как ни странно, твое замечание недалеко от истины. Видите вон то дерево?

Он показал на раскидистый ствол дерева с густой кроной, росший почти вплотную к ограде. Одна из ветвей нависала прямо над двором, практически касаясь крыши дома.

– И ты хочешь сказать, что мы полезем в дом по этому дереву? – ужаснулась Аня. – Я пас. Я по деревьям лазать не умею.

– Хорошо. Мы с Билсом справимся, а ты посидишь тут, – неожиданно легко согласился Макс.

Аня обвела тоскующим взглядом густые заросли вокруг, откуда доносились подозрительные вопли и крики, и прикусила губу.

– Ну уж нет, дудки. Я одна не останусь. Не хочу, чтобы мной пообедал кто-нибудь из местных жителей! А когда начнем?

– Думаю, надо дождаться темноты, – предложил Билс.

– Почему не сейчас?

– В темноте сподручнее. Дождемся, пока он уснет, и постараемся пробраться в дом. Возьмем его тепленьким. Кроме того, неизвестно – вдруг он не один в доме?

– Кстати, а где он держит результаты? – неожиданно спросила Аня.

– Какие результаты?

– Ну, результаты экспериментов? Этих своих зверолюдей?

– Наверное – в доме. Там у него должно быть что-то вроде лаборатории, – предположил Билс.

Анну заинтересовал искусственный пруд, вырытый слева от дома. Она время от времени бросала туда тревожные взгляды, так как несколько раз слышала плеск воды. Но увидеть того,

кто бултыхался в пруду, ей никак не удавалось – видны были только круги, разбегающиеся по воде.

– Как вы думаете, что там? – наконец не удержалась она.

– Может, рыбу разводит? – хихикнул Билс. – Карпов, например.

– Обязательно. Какой-нибудь новый подвид, – хмыкнул Макс.

– Почему это?

– Пруд огорожен прочной сеткой. Наверняка для того, чтобы резвые карпы не разбежались по двору.

– Может, прекратишь делать из нас идиотов? – раздраженно спросила Аня. – Если ты догадался, кто у него там, то так и скажи.

– Откуда ж мне знать? Этот парень явно с фантазией. Но если тебе так хочется узнать, я могу сходить и посмотреть. Все равно делать пока больше нечего.

Анна не стала его отговаривать, и он бесшумно исчез в зарослях. Некоторое время она и Билс развлекали себя тем, что разглядывали пустой двор. Диего давно ушел с крыльца обратно в дом, животные постепенно успокоились. Только самый крупный гепард время от времени скалил зубы и рычал, пристально вглядываясь в ту сторону, где затаились пришельцы.

– Билс, а как ты попал к мистеру Грину? – спросила Аня, когда ей осточертело пялиться на одну и ту же картинку.

– Он спас мне жизнь, – просто ответил Билс. – Но вообще-то история эта долгая.

– Расскажи, – попросила девушка.

И Билс рассказал.

В детстве он мечтал быть продавцом рыбы. Родился он в небольшом прибрежном городке, самым оживленным местом которого был рыбный базар. По выходным там толпились люди, приезжали оптовые покупатели из крупных городов. Короче, там бурлила жизнь, тогда как в остальное время городок казался сонным, как осенняя муха. Кроме того, отец мальчика работал на этом рынке. Билс хорошо запомнил самый первый раз, когда папа взял его с собой на работу. Вцепившись в руку отца, мальчик во все глаза разглядывал такой новый для него мир, где во главе всего были сильные мужчины в рыбацких рубахах. От них пахло рыбой, табаком и крепким потом, но мальчику казалось, что это – самый прекрасный запах на свете, ведь так пах его отец. Рыбаки подходили поздороваться к отцу и жали ему, Билсу, руку как взрослому, трепали по курчавой голове.

С тех пор он часто представлял себе, как будет ходить по рынку в широкополой шляпе, взвешивать тунца и голубого марлина, раскладывать прозрачные и холодные куски льда в лотки со свежим уловом.

Мечта его осуществилась, когда ему исполнилось шестнадцать. Работа была гораздо сложнее, чем казалось ему в детстве. Рыбаки в большинстве своем пили горькую, как только их нога ступала на берег, морская соль разъедала кожу, но Билс не жаловался. К тому времени он превратился из худенького паренька в крепкого молодого мужчину, и ему надо было кормить мать и младших сестренок. Отца уже не было в живых – когда Билсу было тринадцать, папе проткнули живот в пьяной драке.