Колокольня
Шрифт:
Глава 15
– Гены паразитизма и альтруизма, – вспоминал детектив очередной спор с братом в полете. – Из этих генов соткано все добро и зло в человеческой душе, да и сама человеческая душа, а мы просто изменим эти металлические гены в нас, гены зла и добра… Это как твои актерские преобразования…
– О, брат, тебе из множества маленьких правд каждого таракана не сложить одну большую истину для всех… Понимаешь, – продолжил брат детектива, – вчера Гамлет, которого я играл, будто воспользовался моим телом актера и кодом ДНК, как паразит, и родился из меня во время линьки…
– Брат, опомнись, ты безумен…
И снова размолвка не дала детективу обнять брата, но теперь уже был поздно. Возвращаясь с планеты Т8, важно было сделать анализы почвы, а голова кружилась. За окном мерцали звезды, и космос был теплым и влажным, он, как колыбель, убаюкивал…
Тем временем рыжие братья погибали от вируса в своих домах, программы саморазрушения и жертвенности, запущенные инопланетной расой в их генах, набирали обороты – прусаки уже тысячами жертвовали своими жизнями ради пустых идеалов… Видимо, мусор человеческой ДНК был на самом деле планом по видоизменению самого человечества в новый вид…
Сегодня разочарование в сером небе за окном продлилось недолго, прусак вышел с папками по делам и уже через полчаса был на совете – последний доклад о погибших за сутки прусаках-суицидниках…
– Нас ждет неминуемое вымирание, главные лаборатории показывают сроки в несколько тысячелетний, код нужно исправлять, выковывать новый, иначе нас ждет катастрофа. Ген саморазрушения должен быть изменен… Но, убрав его у себя, я ослабил и ген Дон Кихота…
На совете никто не слушал его… Ведь он был уже другим, представителем другой расы…
– Чем, как не геном Дон Кихота, мы будем чувствовать величие нашей нации, ведь он создает нам мифы? – воскликнул член совета. – Без этого гена и грех не грех… Без чувства греха Макбета как мы будем жить?.. Без этого гена греха Макбета как мы будем чувствовать совесть и стыд за мир?..
Облака едкого дыма кружились над советом, вот-вот должна была начаться (шекспировская) буря.
Глава 16
В 12:00 позвонили. Детектив пришел в ярость – будить в такое время было не по регламенту, еще надо было учитывать определенные отношения с советом. Детектив был отщепенцем, ему не хотели верить, его бредовые теории о причинах гибели человечества не признавались. Не согласившись с доводами о безумном помешательстве людей, совет исключил прусака из группы влияния, и теперь с аргументами было сложнее достучаться до верховных членов…
Для машины бытия требовалось топливо, а здесь, на планете Т7, им было будто бы целиком завалено все пространство, все кратеры… Нужно было за три дня до бури собрать источники и убраться, не повредив пилотные корабли. Изучая тесты и пробы грунта, прусак медленно, но верно погружался в черную меланхолию, и тяга по Джульетте из книги Шекспира становилась все сильнее.
– Я погибаю в неволе без тебя, дорогая… Вот оно, новое чувство, доселе невиданное, как из Фауста я превратился в грустного Ромео? – размышлял на досуге детектив, следя за своими преобразованиями в духе героя фильма «Муха». Только в данном случае насекомое все больше превращалось
Члены совета все-таки послушали детектива и предприняли вскоре определенные шаги.
В лаборатории было пыльно, она больше напоминала кузню, где уже несколько недель выковывались внутренние латы – защитные части металлических генов, которые замедляли исторический процесс самоубийства расы прусаков инопланетным геном саморазрушения…
Детектив прошел долгий путь, прежде чем некоторые его предложения согласовали на совете…
Облака становились малинового цвета, когда рыжий брат, стремительно надев плащ и выйдя на серую улицу, увидел в небе какое-то сияние электрического разумного пара.
Глава 17
Очутившись дома, таракан задремал, внутри тревожно звучала мысль, позвонили в дверь.
– За вами пришли, милорд, совет ждет.
Опять усталость синим свинцом упала на глаза, и, одевшись, детектив вышел за стражем. Возможно, его ждали пару лет в клетке лаборатории, где он будет подопытным кроликом, но рано еще было делать выводы.
– Вы хотите сжечь меня, как Джордано Бруно, за то, что я хотел спасти наш народ от гибели? – спросил детектив на совете, но его никто тогда не послушал. Камера закрылась, и тюремная капсула с детективом направилась в сторону необитаемой планете Т9, бывшей когда-то родиной их инопланетных предков… Так было со всеми диссидентами и предателями рода тараканов.
Глава 18
Убив преступника и завладев только что открывшейся капсулой, детектив переключил транспортное средство и направил его на планету-спутник и оттуда, имея необходимые связи, прибыл в столицу уже с группой единомышленников. В прошлом революционер, детектив полон был решимости отомстить совету. Им двигало фанатичное желание помочь своему роду, спасти его, эта миссия, которой он бредил, не давала покоя еще и из-за части измененного гена Дон Кихота. Затеяв мятеж на планете, он был готов к смерти, но мысли о Джульетте останавливали его. Наконец он ступил на землю своего отца, далеко за городом, над замком, шел дождь, а серный туман стелился повсюду, убивая последние следы жизни на каменных ступенях… Здесь он намерен был спрятаться на некоторое время и переждать.
– А, сын мой… зачем ты пришел? Ты теперь другой совсем… – спросил его старый граф-отец, последний из рода великих ученых.
– Я хотел бы покориться, но не могу. Нам грозит вымирание.
– Его наши создатели сами запрограммировали в наших генах своим железным свинцом… Ты же это знаешь, я один из первых, кто открыл это… Смерть суждена нам яркая и безмятежная, – засмеялся отец, зная характер сына и то, что его раздражает.
– Тебе легко говорить, ты на краю, но я хочу остаться здесь, со своим родом.
– Тогда зачем ты вколол в себя семя человека? Ты сам понимаешь, что наделал?..
– Я хочу спасти свой род.
– Весь род? Может, это все проделки человеческого генома в твоем теле? Может, этот ген говорит твоим ртом за тебя? Этот ген мятежного духа человечества.
– Нет, как раз ген иллюзий Дон Кихота поможет избежать нам самоубийства, только он один, отец. Еще вчера я думал иначе, но… любовь спасет нас… Тараканам надо сделать инъекцию человеколюбия себе, пока еще не поздно…