Колония

Ливадный Андрей Львович

— Борт-01, принято. Исполняю. Клим?

— Порядок. Вижу наших.

— Горюнов?

— На связи.

— Окопались?

— По полной. Земля-матушка убережёт.

Шевцов машинально отметил про себя, что фраза Горюнова его порадовала. Назвать марсианский суглинок своей землёй дорогого стоило. Значит, ребята в порядке, осознают ситуацию, а главное чувствовалась в короткой фразе уверенность в своих силах…

Прав он. Это наша земля. И люди, что за спиной, наши, неважно — беженцы-азиаты или свои сотрудники сектора. И пока

последний челночный корабль с эвакуированными людьми не скользнёт по взлётно-посадочной полосе, чтобы взмыть в вечно хмурые марсианские небеса, его рота будет держать порт.

— …идут, командир.

Шевцов вскинул взгляд к горизонту.

Колонна бронетехники, состоящая из тяжёлых планетарных машин, разделялась, начиная выстраивать боевые порядки для атаки. Башенные орудия планетарных танков молчали, и здесь незачем было гадать почему: азиатам нужен порт в целости и сохранности со всем оборудованием, значит, они попрут напролом, производя разведку боем, пока не нащупают узлы наспех организованной обороны…

В этот миг тугой, ощутимый толчок, похожий на мягкий подзатыльник, возвестил о залповом пуске ракет класса воздух — земля.

Шевцову не нужно было оглядываться, чтобы живо представить себе контур десантно-штурмового модуля, который поднялся во влажном мареве, курящемся над зданиями космопорта.

Зримые инверсионные шлейфы ракет густыми полосами прочертили серую хмарь моросящего дождя, впиваясь в землю ослепительными вспышками разрывов.

Десантный модуль, произведя молниеносный залп, тут же начал снижение, уходя из-под ответного огня.

Шевцов лежал на краю обрыва, чувствуя, как воздух начинает дрожать от множественных взрывных волн, с кустов посыпались мелкие веточки, горячие порывы шквалистого ветра срывали листву, обдавая влажную землю своим прогорклым дыханием.

Ну вот… НАЧАЛОСЬ…

Капитан привстал, вскидывая на плечо тяжёлый «АГП» с перепачканными рыжей глиной сошками и, низко пригибаясь, побежал назад, к позициям своего взвода.

— Никому не стрелять!.. Нервы в кулак, пока не выйдут на прямую наводку.

Предупреждение было излишним.

Позиции молчали, словно в полутора километрах по плавно повышающейся равнине к площадкам космопорта не двигался в этот момент потрёпанный ракетным залпом, но всё ещё боеспособный механизированный батальон.

По взлётно-посадочной полосе белоснежной птицей скользнул набирающий скорость «Буран», и Шевцов, проследив за его движением, понял, что не ошибся ни в одном из собственных выводов. Азиаты не стреляли, хотя отлично видели старт челнока. Но он понимал и другое — всё изменится, если рота выдержит первую атаку. Раз за разом сдерживать силы Ляо будет всё труднее, а те начнут звереть от потерь, и тогда уже никто не сможет гарантировать безопасность взлетающих кораблей…

«Кроме нас самих…» — подумалось ему.

* * *

В ста двадцати километрах

от «Южного». Сектор освоения корпорации «Фон Браун»…

Стены бункера мелко дрожали.

Армированный пенобетон не выдерживал вибраций, от потолка оторвались несколько декоративных пластин, и вслед посыпалась мелкая, едкая крошка.

Экраны огромных мониторов были темны, как ночь.

Мошер даже не пытался представить, что сейчас творится наверху, где силы корпорации отбивают методичные атаки андроидов.

Фон Браун сидел в кресле с ледяным спокойствием на лице, будто это не его воля подвигла тысячи машин на бесчеловечную бойню.

— Они не выйдут из боевого режима! — Мошера внезапно прорвало, он не мог больше сидеть, вслушиваясь в далёкий ритмичный рокот, от которого мелко вибрировали стены помещения. — Какие, к дьяволу, двое суток? Они не остановятся, потому что будут постоянно встречать сопротивление, сталкиваться друг с другом, с людьми…

— Сядь! — рявкнул на него Майлер. — Ещё не всё потеряно.

— Хотел завоевать Марс…

— Дейвид, прекрати истерику. Вспомни, сколько раз сам въезжал в рай на чужом горбу, и заткнись. Они остановятся.

— Когда убьют последнего человека, размозжат всю технику…

На этот раз Мошера прервал не раздражённый голос Майлера, а оглушительный взрыв, который выбил часть стены вместе с бронированной дверью и косяком.

Среди клубов дыма и пыли показалась фигура андроида. Он остановился в проломе, повёл головой, сканируя помещение, затем что-то щёлкнуло — это человекоподобный механизм разжал пальцы, и чёрный рифлёный шарик гранаты, подпрыгивая, покатился по полу.

Оглушённый взрывом фон Браун отшвырнул в сторону обломок пенобетона и, кашляя, встал.

«Что происходит?! Как смогли эти машины…» — Его зрачки начали расширяться, когда в дымном сумраке он увидел, как граната, в последний раз подпрыгнув, упала между ним и пытавшимся подняться на ноги Мошером.

Он хотел что-то крикнуть, но не успел — всё поглотила ослепительная оранжевая вспышка.

За поворотом тоннеля андроид толкнул незапертую дверь соседней комнаты и повторил операцию, благо в подсумке, снятом с трупа, было достаточно гранат.

Он зачищал помещения и делал это с присущей любой машине педантичностью.

* * *

Тюремный блок. Цех формирования энзиклонов…

— Не мешай им. — Багиров жестом остановил попытавшегося привстать Келли, когда чуждый механизм с отчётливым щелчком соединил раздвоенный конец длинного кабеля с ответным разъёмом, расположенным в височной области его черепной коробки.

Генри некоторое время стоял, не шелохнувшись, он видел конец кабеля с двумя контактами, и сейчас его система пыталась определить, куда тот должен быть подключён. Сложность заключалась в том, что под конфигурацию разъёма не подходило ни одно стандартное гнездо…