Команда ТелеVIP
Шрифт:
«А у меня и так дел хватает!» — мысленно сказал он воображаемым секретным агентам и взялся за работу.
Но все же Владимир еще несколько дней терпеливо ожидал реакции спецслужб на выковыривание микрокамеры. И когда ему домой принесли подарок от неизвестной фирмы — новый кухонный телевизор, — следователь понял, что час настал: скоро подарок взорвется и разнесет к такой-то матери треть подъезда.
Вручивший подарок грузчик популярно и доходчиво объяснил, что телевизор выдали в честь десятилетнего юбилея фирмы «Белоочи», по данному случаю разыгравшей среди жильцов города тысячи призов.
Владимир поставил подпись
Звуки, как звуки.
За десять минут он прорезал восемь дырок в коробке, но так и не обнаружил тонких проводков, цепляющихся одним концом за откидной верх, а вторым — за спрятанный в телевизоре заряд, и присел на стульчик, недовольный: судя по всему, телевизор оказался вполне обычным. И хотя Владимир не верил в щедрость никаких фирм — бесплатный сыр бывает только в мышеловке, — в этот раз пришлось поверить в существование одной честной компании, на самом деле делающей подарки.
Но из предосторожности он задвинул изрезанную коробку в кладовку — до поры, до времени.
Дело о пропаже Григория уверенно переходило в так называемый «висяк» — нераскрытое преступление, ставившее на мундире милиции крохотное грязное пятнышко. Правда, в последние годы не меньше подобных пятнышек набралось из-за нерадивых сотрудников, пришедших работать в милицию только ради того, чтобы ежечасно всеми возможными способами пятнать честь мундира.
«Антинародные мстители, — выругался Владимир. Крайне не хотелось оказаться записанным в число подобных деятелей, но начальство не посмотрит на обстоятельства дела, а потребует конкретных результатов во что бы то ни стало: почему-то именно это расследование взяли под контроль высокие инстанции. — М-да… ситуация обстоит — хуже некуда».
Но ровно через неделю на стол Владимиру положили папку с очередным делом, на первый взгляд совершенно не связанным с пропажей Григория: в жилом доме по улице Енисейской произошел взрыв.
Первыми на место взрыва нагрянули те самые спецслужбы, на чей счет Владимир и списывал появление микрокамер. Жильцов временно попросили покинуть здание, пока еще чего не громыхнуло, и приступили к поискам взрывчатого вещества. Специалисты быстро определили, что терактом не пахнет даже отдаленно, и передали дело в районный отдел милиции как бытовое происшествие. По предварительным данным, взрыв произошел из-за утечки газа, хотя, как признался один из экспертов, на бытовой взрыв случившееся тоже не особо походило: в ходе следственного эксперимента установили, что бетонную плиту вышибло из здания направленным взрывом импортного телевизора, куски которого обнаружились в квартире и на улице по траектории взрыва. На этом этапе расследования и начались сложности, ведь любой грамотный человек знал, что в телевизоре нет деталей, взрывающихся с эквивалентом в несколько килограммов тротила: наличие взрывчатых веществ в бытовой технике противоречило ее безопасности, и поэтому взрыв телевизора без использования вспомогательных веществ невозможен в принципе.
Случившееся озадачивало.
Эксперт, которого Владимир начинал выводить из терпения частыми звонками, сам готовился взорваться от ярости и разнести кабинет в пух и прах: ни одна проба не показала наличия в квартире и подъезде взрывоопасных веществ.
— Вы определили, что там бабахнуло? — в который раз за сутки спросил Владимир.
— Определили: это телевизор. Подозреваю, что он не выдержал накала страстей в студии, поэтому и рванул.
— Глупость.
— Не скажи. Если швабра раз в год стреляет, то и телевизор имеет право время от времени взрываться. Поверь мне.
— Хорошо. Поверю, когда увижу выстрелившую швабру, — Владимир перелистнул страничку дела двухгодичной давности и наткнулся на сканированную картинку, случайно оставленную в папке забывчивым сотрудником. На рисунке маленький мальчик играл с большими игрушками, и надпись под картинкой уточняла его действия: «Целованный мальчик играет с боевыми роботами Ктулху». В памяти всплыли события двухлетней давности, но сейчас Владимиру было не до глупостей, и он отложил бумажку в стол. — А пока метелки и телевизоры не числятся у военных в качестве боевых устройств повышенной мощности и не применяются при бомбардировке вражеской территории, не пудри мне мозги! Твой ответ не убеждает. И точка.
— Думаешь, меня этот ответ убеждает? — рявкнул Анатолий. — Не больше твоего, между прочим! Но ничего существенного я сообщить не могу.
— Жаль. Я так надеялся.
— Сочувствую, — ответил Анатолий. — И в качестве дружеской помощи советую тебе обратиться к уфологам или экстрасенсам. Они от нечего делать сотни версий взрыва настрогают — от появления в телевизоре искусственной черной дыры и заканчивая пробоиной в четырехмерном пространственно-временном континууме.
— Им я тоже не поверю, пока швабра не выстрелит, — ответил Владимир.
— Какой недоверчивый… слушай, если я что-то обнаружу, то первым тебе сообщу. Только не звони мне больше насчет телевизоров!
— Ладно, не буду. Кстати, Толя, а ты мой телефон не трогал?
— Что? — изумился Анатолий. — У тебя телефон украли?
— Частично, — уточнил Владимир.
— Трубку оторвали, что ли? — предположил эксперт.
— А как я, по-твоему, сейчас с тобой разговариваю?
— С соседского телефона.
— Находчиво, но неправильно.
— Да и шут с ним. А ты обратись в Службу Внутренних Расследований. Глядишь, помогут, чем могут.
— И до них дойдет. Ладно, пока! — Владимир положил трубку и задумался: предложение эксперта пришлось ему по душе. Не по поводу телефона, а на счет обращения к специалистам особого профиля. Но идти к экстрасенсам и уфологам следователь не собирался: Владимир вспомнил, что несколько лет назад записал адрес и телефон профессора Антонова. Тот занимался изучением паранормального, но при этом крепко стоял на земле и не поддавался на хитрые уловки или топорный обман любителей потустороннего. Владимир не исключал, что профессор сталкивался со взрывами бытовой техники и знал, благодаря чему приборы становятся источником разрушительной силы.
В поисках старой записной книжки Владимир перевернул содержимое ящиков рабочего стола вверх дном. Отыскав книжку, следователь клятвенно пообещал навести порядок в столе, задвинул ящики и тут же забыл о данном обещании — до их следующего выдвижения.
До конца рабочего дня оставалось не больше получаса, и Владимир не знал, удастся ли застать профессора в институте — это настолько шустрая личность, что может быть где угодно.
Но оказалось, что позднее время — это полбеды. Еще полбеды добавилось от барахлившей телефонной подстанции: семь раз Владимир попадал не туда, куда надо, и на восьмой раз вынужденный собеседник решил взять ситуацию в свои руки и разрешить вопрос с неправильным набором номера.