Командир
Шрифт:
С подозрением поглядев ей прямо в глаза, я взялся за луку седла, вставил ногу в стремя и легко закинул в седло свое тело.
Что было дальше, описать нетрудно.
Во-первых, я плюхнулся голым задом на раскалившееся
Во-вторых, лошадь не зря смотрела на меня как на жертву, так как мгновенно подпрыгнула задом, отчего я полетел через ее голову на землю.
Подождав, пока небо перестанет крутиться, я встал и, продолжая крепко сжимать поводья, снова подошел к седлу. Зло глянув на лошадку, которая продолжала насмешничать и заржала, убедительным тоном произнес:
— Так, тушенка ходящая, если я еще раз упаду, будешь кормом вон для тех добреньких птичек, которые ждут, пока мы уедем, чтобы полакомиться твоим бывшим хозяином. Ясно?!
Не знаю, поняла она или нет, но снова вскочив в седло, предварительно постелив на него плащ убитого, я крепко стукнул ее кулаком между ушей. Лошадь стояла смирно. С подозрением посмотрев на нее, я тронул поводья и ударил пятками по бокам, как это делали бойцы.
«Кстати, а ведь птички, это ведь грифы, я что, в Америке? Кстати, форма… что-то подобное я видел в книгах по истории. Да и в фильмах
Мы спокойно стали удаляться от убитого, которого хоронить я даже не думал, так как не посчитал нужным. Главное выжить, а то без воды это будет проблематично, во фляге оставалось совсем немного.
Тяжело поводя боками, конь, которого я назвал Черныш, так как он был абсолютно черным, медленно шел в сторону заходящего солнца.
— А ведь ты пить хочешь. Так давай вези меня к воде, вместе и попьем… хотя, может, из фляги тебе налить, там осталось чуток? — спросил я, похлопав коня по холке.
Остановившись, спрыгнул на землю и, достав флягу, налил воды в шляпу и протянул ее Чернышу. Шляпа была достаточно плотная, так что вытечь вода не успела. Конь одним хлюпом втянул всю влагу и ткнулся мордой мне в плечо, прося еще.
— Ша, и так все тебе отдал, не оставив себе, так ты еще просишь. Ищи воду, ищи, — ласково бормотал я, поглаживая голову Черныша.
Надев влажную шляпу обратно на голову, я запрыгнул в седло. Через пару секунд мы снова потрусили по прерии в сторону гор, там должна быть вода, просто обязана быть.