Комбат
Шрифт:
– Группы?
– Так точно! Духи били по нам как минимум с трех позиций, одну засекли.
– Где?
– Пятиэтажка у улицы слева, рядом с домом, который зачищала 9-я рота.
– А этот дом что, пропустили?
– Да их, таких пропущенных, тут с десяток наберется. Этот дом зачищали, но духи, скорей всего, отошли, а ближе к ночи вернулись, чтобы не давать нам расслабляться.
– Вернулись, минуя кордон? Хотя пройти могли и по подвалам, и по коллекторам. Ладно, значит, одну огневую точку засекли?
– Так точно!
– Почему не уничтожили?
– Не
– Вот так просто, не успели, и все? А на какой черт наши стрелки пасут здания?
– Так засекли же! Я вот что предлагаю. Перестрелка снайперов результата не даст. Постреляют духи до рассвета и растворятся. Хорошо, если не завалят кого. Ну а наши настреляются вдоволь, без какой-либо гарантии на успех. Снайперская охота ни к чему не приведет. Надо валить этих горных стрелков прямо в домах.
Голубятников взглянул на Стрельцова:
– Предлагаешь проникновение в здание и там снятие проблемы по снайперам?
– Так точно!
– И считаешь, духи спокойно пропустят тебя к себе в гости? Они наверняка контролируют подходы к дому. Не исключено, что где-то поблизости в засаде сидит вторая снайперская группа, которая только и ждет, когда мы вышлем силы на уничтожение первой группы.
– Не думаю, что у боевиков здесь сосредоточено много снайперов. Все-таки потери они понесли немалые. У меня есть план, как скрытно проникнуть в этот дом.
– План? Ну, докладывай, что за план!
– Да он прост! Духи если и ждут нас, то либо через подвалы, проломы в стенах, или в других местах, пригодных для быстрого проникновения в поврежденное здание.
– А ты пойдешь в подъезды?
– Вот именно!
– Хм! Это уже интересно. И каким способом?
Стрельцов разложил перед комбатом схему дома и прилегающей к нему территории.
– Это дом, от соседних он отстоит метрах в тридцати. Местность между зданиями открытая, а значит, хорошо простреливается. С тыла не подойти – воронки, груды железобетонных конструкций, завалы. А вот фронтальная часть свободна. Понятно, что и она под контролем вражеской снайперской группы. Но снайперов, которые одновременно бьют по целям. Зачем держать прикрытие, если с этой стороны работают стрелки, да и людей у духов много быть не может? Если проскочить тридцать метров по тротуару и добраться до угла здания, то попадаешь в «мертвую» для снайперов зону. Вопрос, как скрытно проскочить эти метры? Ответ – отвлекающий маневр. Надо выставить для духов подставу.
Голубятников взглянул на подчиненного:
– Выставить чучела? И снайпер через оптический прицел не увидит, что его пытаются развести?
– Увидит! И не один стрелок, а вся снайперская группа. Но чтобы понять, что их берут на обычный понт, потребуется время. Мало времени, секунды, но потребуются. Это-то нам и надо. За эти секунды мы успеем проскочить в «мертвую» зону. Ну а дальше дело техники.
– Авантюризм чистой воды.
– Так точно, вы правы. Но если вы оцениваете маневр как авантюру, то и духи оценят ее так же.
– А ты не подумал, что боевики зададут себе вопрос: а почему мы решили устроить эту дешевую подставу?
– Плевать, о чем они подумают.
– Хорошо, а кто это мы?
Стрельцов ответил:
– Предлагаю в группу по уничтожению снайперов включить старших лейтенантов Лихолетова, Гротова из 7-й роты, меня и Раневича и пару контрактников из 9-й. Они зачищали этот дом и смогут действовать самостоятельно.
– Шесть человек против банды, численность которой не определена?
– Нам только зацепить этих абреков, а потом можно и взвод в дом бросить.
Комбат повернулся к начальнику штаба:
– Твое мнение, Сергей Станиславович?
– Авантюра, конечно, но и иметь под боком чеченских снайперов чревато. Одного бойца уже ранили, вас едва не убили. А если завалят пару-тройку бойцов? Думаю, следует принять предложение Стрельцова. Манекены нам брать негде, но отвлечь внимание стрелков сможем. Пустим по площади БМД, башню которой накроем маскировочной сетью.
Голубятников согласился:
– Хорошо! Предложение принимается. Ты, Стрельцов, согласуй действия с начальником штаба и приступай. А ты, – комбат повернулся к Кувшинину, – держи в готовности к поддержке группы Стрельцова взвод 9-й роты.
– Понял!
– Когда начнешь? – спросил у Стрельцова комбат.
– Не позднее чем через полчаса.
Голубятников взглянул на часы:
– Так! Сейчас 22.35. Значит, выход группы предложенного состава на рубеж подхода к цели в 23.05. Оценка обстановки. В 23.10 начальник штаба проведет отвлекающий маневр, в 23.15 группа должна войти в «мертвую» зону и оттуда действовать по обстановке. Сигнал о необходимости поддержки – две очереди трассирующими пулями в сторону и выше вокзала. Так, Стрельцов?
– Так точно, товарищ подполковник!
– Ну, тогда удачи тебе, гусар! Держи связь с начальником штаба!
Стрельцов ушел. За ним вышел и майор Кувшинин. Комбат же подошел к столу связиста:
– Командира дивизии! Срочно!
– Питон на связи! – ответил генерал.
После того как Голубятников успешно выполнил боевую задачу по захвату плацдарма у железнодорожного вокзала, проведя операцию самостоятельно, лишь согласовав ключевые ее моменты, отношение командира дивизии к комбату резко изменилось. От прежнего высокомерия не осталось и следа. Его сменило уважение и признание высокого профессионализма подполковника. Да и общаться просто по-человечески, невзирая на чины и ранги, они стали чаще.
– Я – Лидер! Примите доклад по результатам дополнительной разведки, проведенной силами разведывательной роты, приданной батальону.
– Слушаю тебя, Лидер!
Голубятников доложил о страшной находке в тупике.
– Вот, значит, как? Еще трупы…
– Так точно, примерно полсотни, уточненные данные предоставлю позже.
– Куда же боевики собирались отправить вагонетки?
– Черт их знает, но готовились именно к отправке. К демонстрации.
– А я думаю, чего это представителей СМИ к нам принесло? Не иначе, получили информацию по трупам в вагонетках. Вот и рюхнулись сюда. Как же… Им только подавай сенсацию.