Комэск
Шрифт:
А вот пулемет Дегтярева…
К нему Алексея потянуло как магнитом.
Тот самый легендарный, еще сравнительно молодой и пока не знаменитый Дегтярев сам представлял свое оружие. Пулемет стоял на столе, а оружейник с указкой в руках, разъяснял на плакате его конструкцию.
— Данный образец является оружием с автоматикой на основе отвода пороховых газов и магазинным питанием… — уверенно басил Дегтярев. — Запирание затвора осуществляется двумя боевыми упорами, разводимыми в стороны при движении ударника вперёд. После того, как затвор приходит в переднее положение, затворная рама продолжает движение,
— На основе какой зарубежной системы создан ваш пулемет? — оборвал его Буденный.
— Конструкция своя, оригинальная, — спокойно, с достоинством ответил Дегтярев. — Во многом оружии используется система отвода пороховых газов, но по совокупности технических узлов и параметров, моя конструкция оригинальная.
— Вот как… — искренне удивился Буденный. — Похвально, похвально! — и забросал Дегтярева вопросами.
Лешка не вмешивался в разговор и во все глаза пялился на пулемет.
Так уж сложилось, что Лекса еще в прошлой жизни хорошо ознакомился со всей линейкой ручных пулеметов знаменитого советского оружейника. Алексей просто обожал раритетное оружие и при первой же возможности вдоволь настрелялся из «старичков». В этом плане царило сплошное раздолье, на вооружении множественных отрядов добровольцев и ополченцев всегда хватало разнообразных стрелковых раритетов, массово снимавшихся со складов резерва. В том числе зарубежного производства, от чехословацкого «Брена» до знаменитой «пилы Гитлера».
Так вот, данный образец на столе, как раз и являлся родоначальником знаменитых ручных пулеметов Дегтярева. В нем сразу угадывался предок того самого Дегтярева Пехотного образца 1927 года, несмотря на то, что внешним видом он все-таки несколько отличался. Отсутствовал пламегаситель, приклад, диск, прицельные приспособления и кожух выглядели немного по-другому
От присутствия такого количества знаменитых в будущем оружейников Лешка слегка млел и терялся, но щадить никого не собирался. Справился с волнением, выбрал момент и задал своей вопрос.
— Скажите пожалуйста, товарищ Дегтярев, какова боевая скорострельность данного пулемета?
Дегтярев глянул на Алексея, скользнул взглядом по орденам на его гимнастерке и с едва заметным превосходством ответил:
— Пятьсот-шестьсот выстрелов в минуту.
Буденный одобрительно кивнул и шутливо толкнул плечом Алексея:
— Неплохо, примерно как у Максима! А это все-таки легкий пулемет. И уж побольше, чем у твоего любимого Мадсена. Я всегда говорил, что наши оружейники могут сделать лучше!
Алексей вежливо улыбнулся:
— Простите, я вел речь о боевой, скорострельности. Боевой, а не максимальной. То есть, учитывая смену магазина.
Дегтярев нахмурился и уже не столь уверенно ответил.
— Думаю… около ста выстрелов.
— Понятно, — Алексей кивнул. — Разрешите ознакомиться с оружием, товарищ Дегтярев?
—
Лекса взял пулемет в руки. Покрутил его, сообразил, что «предок» разбирается примерно так же, как его потомки, заметил на столе специальный ключ, а потом…
Потом сноровисто произвел неполную разборку пулемета.
Порядок разборки «предка» несколько отличался от «потомка», но, в целом, все было интуитивно понятно.
— Вот ты хват, Лекса! — громко одобрил Буденный и с гордостью сообщил Дегтяреву. — Товарищ Турчин пулеметчик на загляденье. Имеет большой боевой опыт, не только стреляет но и создает учебные пособия по пулеметной тактике. Что хочешь разберет и соберет.
Оружейник несколько ошалело кивнул.
— Ну и что скажешь? — с интересом поинтересовался Буденный у Алексея.
Лекса чуть не вывалил скопом все свои замечания, но вовремя сдержался и только лаконично заметил:
— Конструкция простая и понятная. Даже проще, чем аналогичные зарубежные образцы. Что до самого пулемета — надо пробовать в работе.
— Так в чем же дело? — хмыкнул командарм. — Мы для того сюда и приехали. А ну пошли на позицию. Где там твой Семен, пусть патроны тащит и диски будет снаряжать. Товарищ Дегтярев, вы с нами. Товарищи краскомы, не стойте столбом, пробуйте образцы…
Буденный отстрелялся очень прилично, предок знаменитого «дегтяря» тоже не подвел. Ну а дальше, за пулемет лег сам Алексей.
Стрелял пулемет очень неплохо, во всяком случае, не хуже того же «Мадсена». Алексей дал несколько очередей, а потом без стеснения устроил образцу тест на выживаемость.
Дегтярев стоял рядом со стрелковой позицией и старательно изображал полную невозмутимость, хотя хорошо было заметно, что он с удовольствием огрел бы чем попало Лексу за издевательство над его творением.
Неподалеку от него расположились остальные оружейники: Токарев и Колесников. Которые тоже ревниво следили, как терзают представленные ими образцы переделки системы Максима в ручной пулемет. Рядом с ними прогуливался с палочкой Владимир Григорьевич Федоров. Он не привез своих образцов, но, судя по всему, прибыл поддержать своих учеников.
Алексей быстро дострелял диск, вставил второй, высадил его одной очередью, приладил третий, про себя ухмыльнулся, понимая, что произойдет дальше и очень ожидаемо добить патроны не успел. Примерно на половине диска пулемет чихнул, а затвор не подал патрон.
Образец страдал теми же самыми проблемами, что и его потомки. Судя по всему, перегрелась возвратная пружина.
Лекса подергал затвор, не смог устранить задержку, после чего встал, положил пулемет на стол рядом со стрелковой позицией и заговорил, не обращая внимание на недовольное лицо Дегтярева.
— Пулеметчику порой приходится вести длительный сплошной огонь. Если ствол можно сменить, то иные агрегаты, к примеру, пружину, уже так быстро не сменишь. А любая задержка — это срыв выполнения боевой задачи и смерть личного состава.
Дегтярев скупо кивнул и принялся разбирать пулемет.
Лешка стал рядом и задал очередной вопрос:
— Какой вы планируете носимый боезапас при вашем образце?
— По три диска в одной коробке, — быстро ответил оружейник. — Второй номер будет носить, скажем, две таких коробки.