Комитет Правды
Шрифт:
– Так для этого и брали! – весело ответил Славик, откусывая сухарик. – Или что вы что-то другое от меня хотели?
– Хотелось бы понять, как тебе удается получать ответы на любые вопросы.
– Ну не любые, – задумчиво протянул Славик, – только те, на которые я могу настроиться.
– Но ты можешь настроиться на что угодно. Разве не так?
– Ну, почти, – ответил Славик неохотно. – Нужно, чтобы существовал человек, которому ответ важен. Это нетрудно, если иметь развитую эмпатию.
– То есть?
– Умение сопереживать человеку, кому важен ответ.
– Если человек задает
– А как он получит, если ваш Комитет перекрыл все каналы доступа? Несколько лет назад «сайт» давал ответ всем. Просто любопытных было мало. Потом народ валом повалил, и появилась куча однотипных тупых вопросов, не нужных никому. Ну, а потом вообще государство сайт монополизировало. Как обычно, сначала новое объявляется вредным, потом его «вредом» пользуются только избранные.
– То есть ты считаешь, что у «сайта» есть какой-то внутренний приоритет по вопросам?
– Конечно. – Славик отвернулся к дисплею и, не смотря на клавиатуру, быстро что-то напечатал. – Не знаю, кто там, Бог, черт или инопланетяне, но у них ограниченные ресурсы. Если на какой-то вопрос «сайт» уже ответил, то повторно он имеет для него низкий приоритет. А народ же чаще всего однотипные вопросы задает. А если личные задает, то не очень-то хочет получить ответ.
– Почему?
– Не знаю. – Славик, смотря на Олега и разговаривая с ним, ухитрялся что-то печатать одной рукой. Другой он активно опустошал съестные запасы. – Думаю, все просто. Средний человек не любит правды. Она несет устрашающую реальность. Куда легче отгородится иллюзиями и жить в своем уютном мирке. Это не я придумал, это какой-то умный человек на форуме сказал. Вот народ и рад, что Комитет изолировал «сайт».
– Забавно, нечто похожее я уже слышал недавно, – ответил Олег, – только без такой радости.
– А чему радоваться? – Славик макнул сухарик в чай и начал его разглядывать. – Я вот хорошие вещи сочинял, честные деньги имел. А сейчас: стоит только что-то придумать, как кто-то тут же крадет. Ваш Комитет уверяет, что он имеет монополию на ответы «сайта правды». Неужели вы воруете?
– Обычные люди практически не могут. Но есть и другие организации, кроме Комитета, – вздохнул Олег. – Это, как с наркотиками, вечная борьба. Но вернемся к нашим проблемам. Насчет эмпатии. Надо ведь знать человека, которому ты хочешь ответить?
– Так люди же на «сайте» не анонимны, – таким тоном, как маленькому ребенку, ответил Славик.
– Для «сайта» – не анонимны. Меня всегда удивляло, зачем, вообще, сайту нужны данные о своих клиентах. Он и так все знает…
– Вот и я все знаю, – перебил его Славик, – в крайнем случае, задаю несколько наводящих вопросов.
– А, так твоя система не так уж проста, – Олег улыбнулся.
– Для меня – проще пареной репы. Тебе, технарю, сложнее: компьютеры ведь не требуют сопереживания, – хмыкнул Славик, – но не проблема, что умею, тому научу…
Олег вернулся к себе. Теперь, когда он был начальником подразделения КОКИЛ, его кабинет занимал большую площадь: приемная, конференц-зал и
– Ну, как там твои подопечные? Приспособились?
– В целом, да. Зарплаты хорошие, но ограничение свободы немного напрягает, – ответил Олег, проходя в свой кабинет.
– Сказал бы сразу: здесь тюрьма легкого режима. – Катя засмеялась.
– Им удобно здесь.
– А какая разница? За стенами этого Комитета почти то же самое. Тут хоть кормят хорошо.
– Вот не думал, что ты туда же, за свободу будешь агитировать, – удивленно сказал Олег.
– Да нет, я не буду. Но, думаю, во всем Комитете ты – единственный романтик, который думает, что служит свободе.
Олег вздохнул, хотел что-то сказать, но махнул рукой:
– Перекинь мне последние доклады Комитета, касающиеся технических аспектов.
– Как у тебя все сложно, – фыркнула Катя, – «касающихся технических аспектов». Сказал бы проще: что они там вообще накопали насчет «сайта». – Катерина зашла к нему, неся несколько папок. – Сделаю, а это пока тебе дела сотрудников.
Олег недовольно посмотрел на груду пухлых папок:
– А в электронном виде нельзя?
– Личные дела в электронном виде? – удивилась Катерина. – Досье есть, но без бумаг до сих пор никуда. – Она отодвинула папки и присела на край стола так, что разрез ее юбки оказался почти на уровне глаз начальника. – Слушай, успеешь ты все это сделать, давай в комнату отдыха на часок, а?
Олег поелозил в кресле: Катерина сразу заявила на него права – первый же поцелуй закончился постелью. Девушка весьма обаятельная, но… какая-то напористая, что ли. Потом всякие служебные проблемы… Поэтому он с трудом отвел взгляд от ее обворожительных ног и сказал:
– Приготовь кофе, пожалуйста. И еще, приемник альфа-ритмов привезли?
Девушка картинно передернула плечиками и спрыгнула на пол:
– Заработался ты, смотрю. Привезли. – Она вышла в приемную и почти тут же вернулась, неся чашку кофе и коробку.
Олег отставил кофе в сторону и открыл коробку. Небольшое устройство, нечто среднее между мобильным телефоном и мыльницей: корпус с дисплеем, от которого отходили провода с присосками.
– И как это работает? – спросил он деловым тоном.
– Как будто ты не знаешь, – ответила Катя, прикрепляя устройство ему на голову. – Тут, вообще-то, надо выбривать участки кожи под присоски и мазать проводящей пастой, но ваши техники обещали повышенную чувствительность.
Олег посмотрел на дисплей своего компьютера: обнаружено новое мобильное устройство.
– А теперь попытайся отдать команду компьютеру, – продолжила Катя. – Эта штука примет твои альфа-ритмы и передаст ему. – Она улыбнулась, глядя, как Олег напряженно таращится на экран. – Да не старайся ты повторять команду. Машин, читающих мысли, пока не придумали. Тут другой принцип. Запускай обучающую программу… Видишь, мелькают буквы? Думай и смотри на них. Угадаешь, буква замигает. Это… как в игре… Принцип не понятен, но с тренировкой получается все лучше. Со временем научишься быстро воспроизводить нужное состояние.