Компаньон

Линде К. А.

Она выбралась за дверь подвала, закрыла его и прикрыла сеном. Дверь явно не использовали, и она не хотела, чтобы люди заметили ее.

Она осторожно отходила от двери, когда ударилась обо что — то и рухнула. Она охнула, упав на твердое тело. Ее глаза открылись, и она попыталась отпрянуть от мужчины под ней. Он не двигался, и она ткнула его здоровой ногой. После всего, что случилось с ней ночью, она молилась Создательнице, чтобы он не был мертв.

Мужчина булькнул, и она выдохнула.

Он

сел и посмотрел на нее налитыми кровью глазами, а она поднялась на ноги. Он был не старше нее на вид, но у него уже было тело охотника. Темно — каштановые волосы его спутались, в них застряло сено. Кровь и грязь покрывали его лицо с одной стороны, на которой он лежал. Его одежда была не в лучшем состоянии. Один рукав был оторван, порез на животе разорвал рубашку, но она не видела кровь. Его штаны обтрепались на краях, и он как — то смог потерять один ботинок.

— Чего надо? — буркнул он, закрывая глаза и прижимая ладонь к голове.

— Чтобы вы перестали на меня вонять, — сказала она без вежливости после событий ночи.

Сирена удивилась, но ее голос не изменился. После бега, борьбы с цепью и потоком, карабканья и побега от смерти она думала, что голос как — то изменится, но она все еще звучала сильно, может, сильнее, чем раньше.

Он заревел от смеха, а потом прикрыл рот и отодвинулся от нее. Он держался за бок, закашлялся в руку. Через минуту он повернулся к Сирене и увидел ее. Его глаза выпучились, он тихо присвистнул.

— Что с тобой случилось?

Сирена невольно покраснела. Она не хотела знать, как выглядела в изорванной ночной рубашке. Ее тело почти онемело, но она знала о своих ранах — порез на пятке, синяки, боль в руках и плечах, кровь на ладонях и пальцах, уставшие ноги. Но это было лучше, чем смерть.

— А что случилось с тобой? — парировала она.

Он выглядел не лучше нее.

Он улыбнулся. Его хитрые глаза были темно — карими с золотыми кольцами вокруг зрачков.

— Перегнул с весельем, — он пожал плечами.

— Ясно. Напомни, чтобы я никогда с тобой не веселилась.

Он рассмеялся сильнее прежнего. В этот раз он повернулся, и его стошнило. Желудок Сирены сжался от звуков и запаха, ее саму чуть не стошнило.

— Прости, — простонал он, вытирая рот рукавом.

— Мне нужно в мои покои.

— Ты не сказала, что с тобой случилось.

— Перегнула с весельем, — с горечью сказала она.

Она развернулась и отошла от него.

— Ты Сирена, да?

Она застыла.

— Да, это я, — удивительно, что он знал, кем она была.

Он встал и прислонился к балке.

— Я Алви. Алви Ганн к вашим услугам.

— А, пьяница, — буркнула она, вспомнив, как его выгнали с ее бала Представления.

Это было только вчера?

— Если

вам так удобнее.

Она кивнула и пошла прочь.

— Может, я помогу? Я неплохо пробираюсь в замок незаметно. На твоем месте я бы не хотел, чтобы меня таким увидели.

Сирена посмотрела на изорванную сорочку, что помялась и была в пятнах ее крови. Он был, конечно, прав. Ее не могли такой увидеть.

«А если король увидит меня? Или, что хуже, королева?» — Сирена не вынесла бы этого.

— Прошу.

Алви криво улыбнулся ей.

— Сюда.

Она пошла за ним по проходу, что обвивал замок. Алви отвел ее к Лозам, незаметный, и она поблагодарила его, вбежала в свою комнату и захлопнула дверь.

Сирена бросила испорченную сорочку на пол и забралась голой под мягкое одеяло. Кто — то с шорохом прошел у ее двери, и ей пришлось встать и проверить, заперла ли она ее. Ей не хотелось, чтобы ее снова потревожили.

Она добралась до двери комнаты, а под ней лежал листок с королевской печатью. Она скрипнула зубами, подняла послание и развернула его.

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В РЯДЫ, ВОИН.

Она не знала, кто подверг ее таким пыткам, а потом оставил записку, но она ненавидела его. Она всегда будет ненавидеть его или их. Ненавидеть каждой клеточкой тела за то, что ее заставили так страдать, рисковать жизнью из — за больной шутки. Она не была воином, она себя такой никогда не считала.

Но если они хотели верить, что победили, она покажет им, что она могла победить в войне.

9

Пьяный

Алви смотрел, как Сирена пропадает в коридоре, ведущем в ее комнаты, а потом ушел в тайный коридор. Он не знал, что заставило его помочь ей. Он не очень — то любил девиц в беде, но что — то в ее глазах говорило о решимости. Он верил, что она пошла бы по замку, хоть и выглядела как побитая крыса, которая чуть не утонула.

Она напоминала ему себя, когда он только прибыл в этот гадкий дворец. Он надеялся, что ее мятежная натура не пропадет, но он сомневался. Это место лишало человека жизни.

Прогнав девушку из головы, он подумывал вернуться к себе, чтобы переодеться и снова пропасть из замка. Он дернул за рукав и оторвал его до конца. Если бы у него остались оба ботинка, ему не нужно было бы возвращаться в покои Высшего ордена. Но он мог сделать это быстро.

Он шел по пустым коридорам с легкостью, ворвался в свою комнату, где почти не жил. Он открыл шкаф и увидел, что кто — то постирал его одежду. Он надеялся, что все пятна крови с одежды из дома не вывели. На всей одежде был символ Высшего ордена.