Компаньонка
Шрифт:
— Леди, которая намерена заняться торговлей, не может позволить себе роскошь быть чересчур чувствительной.
Губы его дрогнули в улыбке. Он учтиво наклонил голову:
— Бесспорно, чувствительность может помешать торговле. — Пристально посмотрев на нее, он добавил: — Я узнал об этом несколько лет назад. И теперь я никогда не позволяю своим чувствам влиять на мои деловые решения.
Все складывается не так, как надо, огорчилась Элеонора. Обладая легендарной, сверхъестественной интуицией, когда дело касалось
Тем не менее она решила еще попробовать, используя рычаги, которые могли на него подействовать: доброту и чувство ответственности.
— Сэр, я намерена перейти непосредственно к делу, — заявила она. — Джулиана обратилась сегодня ко мне с просьбой об услуге.
Артур прищурил глаза:
— Только не говорите, что она набралась храбрости попросить у вас денег!
— Нет, — поспешила ответить Элеонора, довольная тем, что это предположение можно сразу отмести. Артур слегка расслабился.
— Рад это слышать. А то я уже было решил, что она просила вас дать ей взаймы, хотя с какой стати она считает, что у вас есть желание делать это за моей спиной?
— Она не просила взаймы, — осторожно заговорила Элеонора. — Во всяком случае, напрямик. Но возможно, вы вспомните о том, что хотели создать в городе консорциум инвесторов.
— И что из этого?
Элеонора распрямила плечи:
— Джулиана умоляла меня попросить вас предоставить Роланду долю в вашем консорциуме.
С минуту Артур смотрел на нее так, словно она говорит на неизвестном языке. Затем подался вперед, поставив локти на колени.
— Я вынужден сделать вывод, что вы имеете несколько неадекватное понятие о шутке, мисс Лодж.
Элеонора посмотрела ему в глаза и поняла, что он сейчас раздражен, но вовсе не сердится. Между тем и другим существует большая разница. Когда дело касается Артура, она была вполне уверена, что опасно только второе. С первым можно совладать, если привести убедительные доводы.
— Будьте любезны, не делайте попыток угрожать мне, сэр, — произнесла она спокойно. — Все, о чем я вас прошу, — это выслушать меня.
— У вас есть что добавить к этому вздору?
— Я отдаю себе отчет в том, что при сложившихся обстоятельствах у вас найдутся вопросы, но я чувствую, что вы достаточно благоразумны, чтобы оказать Джулиане эту услугу.
Его улыбка была холодна как сталь.
— Но я не создаю консорциум в настоящее время, если вы помните.
— Не создаете, но вы часто что-то изобретаете, и мы оба знаем, что рано или поздно вы затеете новое дело. Вы можете предложить Роланду долю в вашем очередном проекте.
— Я не вижу ни малейшего основания, почему я должен приглашать Роланда Бернли в консорциум, даже если бы у него были
— О деньгах, необходимых для покупки акций, разговор особый. Мы вскоре вернемся к нему.
— Да неужели?
— Вы пытаетесь меня запугать, сэр? Если так, то это не сработает.
— Возможно, мне нужно сделать это пожестче. Приложив некоторое усилие, Элеонора сумела сохранить спокойствие:
— Я пытаюсь объяснить вам, почему вам следует позволить Роланду стать членом вашей очередной компании инвесторов.
— Горю нетерпением услышать ответ.
— Дело в том, — продолжила она, решительно настроившись закончить объяснение, — что человек, видящий ситуацию со стороны, может заключить, что именно вы причина того, что Джулиана и Роланд оказались в чрезвычайно стесненных денежных обстоятельствах.
— Проклятие, вы хотите сказать, что это именно я виноват в том, что они сбежали?
Элеонора не испугалась.
— В некотором смысле — да.
Он тихо чертыхнулся и откинулся назад.
— Скажите, мисс Лодж, по-вашему, это моя вина, что Джулиана была так напугана тем, что ее ожидает моя постель, и решила, что для нее это хуже смерти, а потому не придумала ничего умнее, чем сбежать ночью с другим мужчиной?
— Разумеется, нет. — Она была шокирована его речью. — Я говорю, что вы некоторым образом ответственны за результат, поскольку могли бы броситься в погоню за ними и остановить их. Более того, я уверена, что вы могли бы догнать их раньше, чем был нанесен ущерб репутации Джулианы.
— Если вы не слышали этой истории со всеми подробностями, могу сообщить, что в ту ночь бушевал страшный ураган, — напомнил Артур. — Только безумец способен бросить ему вызов.
— Или безумно влюбленный мужчина, — уточнила она с легкой улыбкой. — Я слышала эту историю в разных вариантах, милорд, и должна сказать вам, что вы не подпадаете под эту категорию. Если бы вы страстно любили Джулиану, вы бросились бы за ней в погоню.
Он положил руки на спинку сиденья, На его лице появилась саркастическая улыбка.
— Наверняка кто-то вам объяснил, что я отношусь к разряду мужчин, для которых единственная любовь — деньги. Люди доверяют мне за многие качества, мисс Лодж, но уверяю вас, отнюдь не за сильные страсти.
— Да, согласна, что мало кто из людей знает вас достаточно хорошо, чем и объясняется их мнение о вас, и в этом, без сомнения, вы виноваты сами.
— Черт возьми, как можете вы возлагать вину на меня?
— Я не хочу вас обидеть, сэр, но вы не располагаете к… — Она резко оборвала себя, осознав, что то слово, которое она хотела употребить — слово «интим», — было не самым лучшим для описания его холодной, замкнутой натуры. — Скажем так, вы не располагаете к тесным личным контактам.