Комсорг
Шрифт:
Кто стоит курит по-взрослому перед учебным корпусом, кто спешит в общагу, которая в ста метрах находится, кто занимает скамейки и проветривает мозги после третьей пары.
Вот и ко мне подсели два парня и две девушки, общаются между собой и по внешнему виду никуда не спешат.
Девчонки с первого курса, как я быстро узнаю, парни с третьего, ведут себя так довольно покровительственно. Но и шустрые девушки раскованно шутят. Уже все хорошо знают, откуда дети берутся и своего знания не стесняются, темы довольно откровенные постоянны слышны.
На
Парни приглашают к себе в гости, раз в женское крыло не пустят точно, девчонки активно выспрашивают, что они там делать будут в гостях.
— На гитаре поиграем, в картишки перекинемся, хорошо время проведем, — туманно обещают парни.
Девчонки довольно симпатичные и смешливые, но так просто соглашаться на гости не собираются, намекают на сходить в кино и вообще красиво погулять по городу. Типа, хотите красоту рядом лицезреть, тогда придется потратиться.
Однако, похоже, что денег у парней нет совсем или настроены они четко на конечный результат без лишних обхаживаний, поэтому договориться у них не вышло. За счет подвешенных языков и авторитета взрослого хотят выехать. Девчонки уже попрощались и собрались уходить, как одна из них заметила вышедшего на крыльцо техникума Чикатило и обратила внимание остальных на него. Да еще так конкретно обратила, что я сразу навострил уши.
— Вон этот странный преподаватель! Как вы и говорили! — это пока маньяк достаточно далеко.
— Что Андрей Романович снова натворил? Этот озабоченный мудак?- интересуется один из парней особенно гнусным голосом.
— Да опять руку в карман засунул и что-то там активно искал, — смеется девчонка.
— А, это обычное дело. Он тут с марта работает и сразу за ним эту дрочку заметили. И на парней и на девчонок. На парней чаще.
— Так он этот — пидарас, что ли? — спросила одна из девчонок и даже покраснела, в мою сторону глянула на всякий случай.
Я на нее не смотрю, но тоже внимательно изучаю быстро шагающую в нашу сторону высокую фигуру. Чикатило быстро идет, не глядя ни на кого, почти убегает. И я вижу, что одну руку он все так же держит в кармане, чем вызывает дружный смех молодежи за своей спиной. Все про эту его особенность уже хорошо в курсе.
— Да что это такое? Он же проявляет явные признаки маньячилы и его еще не уволили? — я не понимаю про себя этого момента, — хотя он всего второй месяц работает, а может и всего-то первый.
— Да похоже, что все обстоит именно так, — лениво цедит второй парень и мы ждем, когда Чикатило пройдет мимо.
— Тьфу, что это за урод! — вдруг громко плюет на землю первый парень, девчонки хихикают, — мимо пролетел.
Чикатило слышит его слова хорошо, даже вздрагивает и только быстрее шагает в сторону общаги.
Да уж, с его поведением в психушке сидеть положено хорошо привязанным, а не в техникуме подросткам преподавать!
— Зато оценки хорошие ставит, — вдруг говорит вторая девчонка и все
У маньяка реальные проблемы по этой части, он часто возбуждается на молодых девчонок и парней. Наверно, представляя, как бьет их ножом много раз подряд, а они умоляют о пощаде.
Девчонки ушли в свое крыло общежития, парни перекинулись между собой словами, что это безнадежный вариант — затащить их в свою комнату. Да и несовершеннолетние они еще, совсем опасный номер получается. Потом пристально посмотрели на меня, рассчитывая на тот интересный случай, не удастся ли с меня что-то поиметь.
Я скорчил суровую рожу и не обращаю на них внимание, а когда обернулся, они уже лениво перебирают ногами в сторону общаги. Они оба помельче меня будут, хорошо видно, что на языке больше работают, не драчуны никакие.
Не такие в себе уверенные поединщики, как вчерашний хулиган. Его я сегодня еще не видел, наверно, раны пока зализывает.
Встал, вытащил свой неприметный пакет из-под скамейки и медленно пошел в сторону выхода из двора технаря. Потому что мне тут сидеть больше незачем, только лишнее внимание привлекать зазря. Или этот вчерашний нарисуется с толпой, будет мне претензии выставлять за полученную зуботычину.
Вообще совсем не зря посидел, время потратил, узнал про Чикатилу все, что необходимо и получил подтверждение, что это именно он. Вспомнил про такие его привычки, прочитанные когда-то давно.
Отвращение к этой твари — вот что я почувствовал в этот момент.
И к себе тоже, что сижу сейчас, гляжу маньяку вслед и не знаю, что с ним делать. Абсолютно точно уверен в его вине, а вот как это знание преподнести людям — не представляю себе. Пока мои способы могут его только спугнуть, это те же листовки на столбах или анонимки в органы руководящей и направляющей силы нашего общества.
Напишу и снова расклею — и что это даст? Ну выгонят его из техникума и все.
Но если его не смогли нормально обвинить там, где за его спиной осталось немало истерзанных тел в лесопосадках, то здесь, если он не начал никого пока убивать — тем более шансов на это мало. Принудить какого-нибудь уголовника наши органы могут, как того же Кравченко, чтобы он взял на себя чужую вину. А вот об такого уверенного в себе мужчину, да еще знающего свои права, с высшим образованием и давнишним членством в КПСС, зубы быстро обломают. Или уже обломали, я все равно этого не знаю точно.
Неужели мои письма-анонимки только в марте сдвинули маньяка с места, что он переехал аж на тридцать километров от Шахт?
Вопросов множество, а ответов нет. Ну, может он давно поменял место жительства и работу, а сюда добрался только месяц назад? Тем более, что ответов и на этот вопрос все равно не имеется.
Я выхожу на улицу, и в сильно расстроенных чувствах запрыгиваю в автобус, везущий меня к вокзалу. Следить за Чикатило я резко раздумал, ведь все равно я слишком засветился здесь, около общаги и самого технаря.