Шрифт:
Уильям Хоуп Ходжсон
Конь-призрак
Тем утром я вновь получил приглашение от Карнаки. Придя, я обнаружил, что он сидит в полном одиночестве. Карнаки поднялся мне навстречу - движения его были скованны, лицо исцарапано, правая рука висела на перевязи. Я пожал левую, и он протянул мне свою газету, от которой я отказался. Тогда, предложив мне стопку фотографических пластин, он снова погрузился в чтение.
В этом весь Карнаки. С момента моего прихода он не произнес ни слова, я же ни о чем его не спросил. Позже он сам все расскажет. А до тех пор я удовлетворился рассматриванием
Все фотопластины изображали разнообразные комнаты и коридоры, на каждой присутствовала девушка; она стояла то вдалеке - и тогда была изображена в полный рост, - то почти вплотную к фотографу - тогда камера выхватывала лишь часть ее руки, головы или платья. Очевидно, запечатлеть хотели не девушку, а то, что ее окружало, и, как вы понимаете, эти фотографические пластины возбудили во мне немалое любопытство.
Просмотрев их почти до конца, я наткнулся на нечто поистине небывалое. Девушка замерла в свете вспышки, она смотрела вверх, будто испугавшись внезапного звука. Прямо над ней, точно сотканное из тени, нависало огромное полупрозрачное копыто.
Я долго и внимательно рассматривал этот снимок, но только и смог заключить, что он, видимо, имеет отношение к последнему делу Карнаки. Когда подошли Джессоп, Акрайт и Тейлор, Карнаки без слов протянул руку за пластинами, которые я так же молча вернул, и мы сели ужинать. Наконец, проведя час за столом в безмолвии, мы устроились поуютнее, и Карнаки начал.
– Я был на севере, - заговорил он, растягивая слова и то и дело попыхивая трубкой.
– У Хисгинсов, в Восточном Ланкашире. Полагаю, когда я расскажу все в подробностях, вы согласитесь, что дело это оказалось очень странным. Еще до поездки я был наслышан о таинственном коне Хисгинсов, но никогда не думал, что мне самому придется с ним столкнуться. Теперь я понимаю, что никогда не принимал всерьез эту историю, несмотря даже на то, что держу за правило не делать поспешных выводов. Воистину, мы, люди, странные создания!
Я получил телеграмму с просьбой о встрече, из чего заключил, что у Хисгинсов происходит что-то необычное. Мы договорились о времени, и в назначенный день ко мне пришел старый капитан Хисгинс. Он сообщил мне много важных фактов, хотя главное я слышал и прежде: если у семьи, принадлежащей к роду Хисгинсов, первый ребенок - девочка, то после помолвки ее начинает преследовать конь-призрак.
История эта поистине невероятна, и не так уж удивительно, что я считал ее всего лишь старинной сказкой, ведь даже сами Хисгинсы давно полагали ее не более чем забавной семейной легендой, тем более что семь поколений кряду первенцами в их роду были мальчики.
Однако у нынешних Хисгинсов первой родилась дочь. С самого детства друзья и родственники поддразнивали ее, что, если она хочет избежать встречи с призраком, пусть не подпускает к себе мужчин, а еще лучше - пусть пострижется в монахини. Вот как легкомысленно они относились к старинной семейной легенде!
Два месяца тому назад мисс Хисгинс обручилась с неким Бомоном, юным офицером флота. В тот самый день, когда их помолвка была официально объявлена, произошло необычайное событие, ставшее причиной нашей встречи с капитаном Хисгин-сом и последовавшего затем моего визита к ним. Там мне доверили семейный архив, с помощью которого я убедился, что, несомненно, не далее как сто пятьдесят лет назад в семье Хисгинсов происходила череда, даже выражаясь предельно
Как вы видите, все эти смерти, даже самоубийства, можно объяснить естественными причинами, естественными - в противовес сверхъестественным. Надеюсь, моя мысль ясна. И все же каждая из девушек во время помолвки, несомненно, пережила что-то необъяснимое и ужасающее, поскольку в записях неизменно упоминаются ржание невидимого коня либо топот, доносящийся неизвестно откуда, а также множество других удивительных происшествий. Теперь вы, думаю, начинаете понимать, в каком необычайном деле мне предложили разобраться.
Согласно одному из свидетельств, призрак был настолько ужасен, что двух девушек оставили их возлюбленные. Это еще более укрепило меня в убеждении, что происходящее с Хисгинсами - не просто череда неприятных совпадений.
Все это я разузнал в первые же часы моего пребывания в доме. Затем я выведал в подробностях, что случилось в день помолвки мисс Хисгинс и Бомона. Судя по всему, сразу после заката, но до того, как в доме зажгли лампы, они шли по главному коридору первого этажа, когда рядом с ними раздалось устрашающее, дьявольское ржание. Тут же невероятной силы удар сломал Бомону правое предплечье. В коридоре немедленно зажгли огонь и вскоре обыскали весь дом, но ничего странного не нашли.
Можете себе представить, как взбудоражился весь дом, все вспоминали старинную легенду, и веря и не веря в нее. В ту же ночь старого капитана разбудил грохот копыт, как будто огромный конь скакал по гулким, пустым коридорам.
И после помолвки Бомон и мисс Хисгинс несколько раз слышали в комнатах и коридорах конский топот.
Спустя три беспокойные ночи Бомон проснулся от странного ржания, доносившегося со стороны комнаты его возлюбленной. Он ринулся к капитану, и вместе они побежали к мисс Хисгинс, которая вся дрожала от ужаса - ее разбудило ржание, раздавшееся прямо над ухом.
За день до моего приезда случилось очередное происшествие, которое, как вы догадываетесь, привело всех обитателей дома в еще более беспокойное состояние.
Как я уже говорил, большую часть первого дня я провел, выясняя подробности дела, но после ужина решил отдохнуть и весь вечер играл в бильярд с юным Бомоном и мисс Хисгинс. В десять мы прервались, и я попросил Бомона рассказать мне, что именно произошло днем раньше.
Они с мисс Хисгинс тихо сидели в будуаре ее почтенной тетушки, которая читала книгу, выполняя при них роль un chaperon [1] . Уже вечерело, и тетушка придвинула лампу поближе к себе. В доме свет еще не зажгли, так как стемнело ранее обыкновенного.
Дверь в залу была открыта. Внезапно девушка прошептала:
– Тс-с! Что это?
Они прислушались, и тут Бомону почудился за парадной дверью шум, производимый обычно лошадью.
– Может, это приехал капитан?
– предположил он, но мисс Хисгинс напомнила, что ее отец не любит ездить верхом.
Разумеется, обоим стало не по себе, но Бомон попытался успокоиться и вышел в залу посмотреть, нет ли кого-нибудь на пороге. Лампы еще не зажгли, и в темноте неосвещенной залы отчетливо виднелся светлый контур дверного окошка. Бомон выглянул через него на улицу, но никого не увидел.