Конец игры
Шрифт:
Он бросился к краю плато, где была тропа, ведущая обратно. Посмотрев на небо, увидел там первые знаки забрезжившего рассвета. Он прекрасно все рассчитал.
Один из горящих шатров внезапно взорвался, отчего содрогнулось все вокруг. Брызги пламени прошили воздух, опалив ближайших монстров. Многие твари ринулись наутек, пытаясь сбить огонь с пылающей одежды. Стало ясно, что Черные Соколы уничтожили часть запасов огненного порошка. Дроданис улыбнулся неожиданной удаче.
– Уходим!
– снова заорал он.
Его конь, слегка
Черные Соколы тоже повернули из вражеского лагеря, стреляя из лука и отбиваясь мечами от монстров, преграждающих им путь. Твари бросились вдогонку за людьми.
Дроданис не оглядывался назад. Он видел, как четверо Черных Соколов во весь опор мчатся впереди него по тропе. Он слышал и за собой стук копыт, мешающийся с ревом и воплями монстров. Вырвавшись с плато, всадники растянулись длинной цепью, они уже не гнали лошадей, прекрасно понимая, что легко могут оторваться от монстров.
Заря занялась сильнее, но узкая тропа заставляла их особенно внимательно выбирать свой путь. Внизу, все еще погруженный в глубокую тень, бурлил и пенился стремительный поток. Даже если монстры смогли бы их догнать, всадники дали бы им достойный отпор в теснине каньона.
Дроданис не спешил пройти опасный отрезок пути. Он хотел, чтобы Серрийк как следует запомнил, где пройдут Черные Соколы. Мантикор, скорее всего, предположил, что его потревожили немногочисленные мстители, уцелевшие в прежней стычке со слаками, и тогда он отправил бы монстров следом вплоть до края обрыва, где те натолкнулись бы на передовые подразделения Делраэля, скрывающиеся за скалами.
Дроданис оглядел всю цепочку всадников. Он насчитал восемнадцать человек. "Стало быть, мы потеряли двоих. Вполне приемлемые потери".
Дроданис видел все еще полыхающие огни на стоянке Серрийка и чувствовал себя помолодевшим. Он корил себя, что мог оставаться вне Игры так долго. Впервые после смерти Фьель и Кэйона он почувствовал собственную значимость. Он совсем уже забыл, зачем был создан персонажем Игроземья. И только сейчас наконец вспомнил об этом.
Кровь забрызгала его лицо, а руки болели после напряжения борьбы, но Дроданис улыбался. Ни на что в мире он не променял бы эту ночь.
***
Мантикор Серрийк стоял, прикусив от ярости губу. В гневе он издавал какие-то булькающие звуки, пытаясь найти, но не находя слова, способные выразить его обиду. Кто бы ни нападал на него все это время, у того, судя по всему, была только горстка воинов, тем не менее армия Серрийка продолжала терпеть неудачу за неудачей.
Треть его воинов сгорела заживо во время лесного пожара, затем семьдесят три слака были убиты одетыми в черное всадниками. Когда те ускакали, Серрийк сам сосчитал погибших врагов: десять человек! Они убили целых семьдесят три монстра и потеряли только десять своих!
А
От скорпионьего хвоста Серрийка посыпались синие искры. Он шагнул к шатру и сорвал полыхающую холстину, под которой горели зерно и мясо. Он сперва не почувствовал, когда огонь обжег его пальцы, но взвыл, пытаясь вытащить горящие мешки.
Его голова сильно болела, глаза жгло и взгляд помутился. Серрийк знал, что его морда набухла и загноилась от ядовитого дыма, который наслал на него Энрод. Тогда еще двадцать воинов Серрийка были убиты.
К нему подошел генерал Корукс:
– Серрийк, мы наблюдаем за теми, кто напал на нас. Сейчас они скачут вдоль каньона. Ты хочешь, чтобы мы последовали за ними?
Мантикор круто повернулся. Остальные монстры предусмотрительно отскочили от его грозного вращающегося хвоста...
– Конечно!
– Но тут он задумался.
– Нет, дай-ка я посмотрю.
Корукс проводил его до края плато, где в нежном рассветном сиянии он разглядел крошечные фигурки, пробирающиеся вдоль отвесной скальной стены.
– Лучше приведите профессора Верна. И подкатите сюда пушку. У нас еще остался огненный порошок?
– У нас осталась примерно половина наших запасов. Как раз подобные ситуации указывают на пользу хранения припасов в разных местах.
– Корукс потер свои мозолистые лапы, словно собираясь поздравить самого себя.
– У нас его еще достаточно, чтобы несколько раз зарядить пушку.
– Вот и займись этим.
Серрийк нервно расхаживал, наблюдая, как огромный черный цилиндр на колесах устанавливают с помощью бронзовых "подпорок". Слаки направили дуло прямо на маленькие черные фигуры, удирающие вдоль ущелья.
Корукс подошел ближе. Его чешуйчатые лапы сжимали разодранную рубашку Верна. Слаки тащили упирающегося профессора. Его руки были связаны за спиной и кровоточили на запястьях.
Из ноздрей Серрийка вырывалось пламя. "Как забавно было бы, - пришло ему в голову, - если бы черные всадники спалили вместе с шатром и профессора".
– Я думал, ты будешь рад посмотреть, - сказал мантикор.
– Мы же впервые опробуем твою пушку на настоящей цели. В случае успеха ты испытаешь чувство глубокого удовлетворения.
Верн глянул на всадников и еще больше испугался, но не мог вымолвить ни одного слова.
– Почему они двигаются так медленно?
– спросил Серрийк с некоторым недоумением.
– Заботятся о том, чтобы мы успели зарядить пушку, - сказал Корукс. Он кивнул слакам, которые уже засыпали огненный порошок в казенную часть, и поднял одно из внушительных ядер.
– Эй, возьмите прицел повыше, - гаркнул Серрийк.
– Ничего эти олухи не знают, даже баллистики.
Несколько слаков с помощью поворотного механизма немного подняли дуло. Корукс наконец одобрительно кивнул и направился в сторону одного из костров. Он вернулся, неся в руке горящий фитиль.