Конец игры
Шрифт:
— Безусловно, нет.
— А может быть, вы первая схватили его?
— Я слышала о том, что полицейские любят издеваться над женщинами в моем положении, — холодно произнесла Памела. — Но это просто смешно.
— Послушайте, я поймал на улице человека, который к вам приставал. Вы собираетесь предъявить ему официальное обвинение? Чего вы вообще хотите, леди?
В огромном зале компьютерного центра, отделанном хромом и освещенном ярким светом неоновых ламп, наступила тишина. Уолдо слышал, как кто-то в задних рядах спросил, что произошло.
— Он попытался
— Он знал, кого выбрать.
Памела выпрямилась и одернула юбку. Ее сверкающие глаза впились в Уолдо Хаммерсмита.
— Сэр, если вы уйдете отсюда по своей собственной воле и пообещаете никогда больше сюда не возвращаться, я не стану выдвигать против вас официальное обвинение, — сказала она.
Уолдо взглянул на полицейского.
— Пошли, — сказал тот.
Он вышел из здания центра вместе с Уолдо, а когда Уолдо попытался удалиться, полицейский пошел вместе с ним вдоль по улице.
— У тебя неприятности? — спросил он.
Голос был ровный, в нем сквозила озабоченность.
— Нет, я просто хотел... э-э... ну, сделать это, — ответил Уолдо.
— Ты не похож на таких, — сказал полицейский.
— Спасибо, — отозвался Уолдо, от стыда низко опустив голову.
— Кто-то тебя заставил?
— Нет-нет. Боже, да кому такое придет в голову? Я хочу сказать, кому придет в голову заставлять меня совершать такой идиотский поступок?
Полицейский пожал плечами. Потом сунул руку в карман брюк и достал карточку.
— Если у тебя будут неприятности, позвони мне.
На тисненой карточке было написано: «Лейтенант Джозеф Кейси».
— Я Джо Кейси. У тебя есть мой домашний телефон. У тебя есть мой служебный телефон. Если понадобится помощь, звони.
— Со мной все в порядке, спасибо.
— Так говорят все, когда увязнут по уши в дерьме, — сказал лейтенант полиции Джо Кейси и дружелюбно протянул руку. Уолдо пожал ее.
Он сунул карточку в жилетный карман, а потом, дома, аккуратно, так, чтобы не попасться на глаза своему новому дворецкому, спрятал карточку в маленьком ларчике из слоновой кости. Когда он получил новое извещение от «Инста-чардж», там было напечатано новое компьютерное сообщение. На этот раз ему надо было прийти по новому адресу.
Это оказалась еще одна пустая комната в пустой конторе в Манхэттене. На этот раз голос сказал ему:
— Залезь под юбку мисс Трашвелл.
Уолдо вспомнил чувство унижения, которое он испытал. Вспомнил, как ему хотелось умереть.
Он сидел в темноте, куря гаванские сигары, надолго задумавшись. Он мог снова пойти в компьютерный центр и сунуть руку под юбку Памеле Трашвелл. Или он мог проследить за ней и сделать это на улице или в метро. Может быть, на этот раз ему это сойдет с рук, и он только испытает чувство унижения.
Но что будет в следующий раз? Что еще потребует от него голос?
Он достал карандаш и попытался подсчитать, сколько стоит его образ жизни. Он думал, что может обойтись парой тысяч в неделю, но, к своему полному изумлению, обнаружил, что тратит в неделю двенадцать тысяч долларов, и это
Хватит. Он забирает деньги и исчезает.
Он посмотрел на цифру в банковском извещении и выписал чек на семь миллионов долларов.
Он направился в банк. Кассирша спросила, не шутит ли он. Он сказал, что не шутит. Подошел управляющий филиалом. Он связался с головным отделением. В головном отделении рассмеялись. У Уолдо на счету было всего полторы тысячи долларов — и это только благодаря льготному кредиту на случай перерасхода.
На следующее утро Уолдо притаился в подъезде одного из домов рядом с компьютерным центром. Когда Памела приехала на работу, он подбежал к ней сзади и быстро-быстро сунул ей руку под юбку. Она завизжала. Какая-то женщина с очень тяжелой сумочкой преградила ему путь к отступлению, какой-то мужчина закричал: «Насильник!», но Уолдо упал на колени и на корточках выбрался из толпы. Он оглянулся через плечо и увидел, что охранные телекамеры нацелены на улицу. Он чувствовал, как они хохочут над ним.
Еще несколько дней спустя он с утренней почтой подучил новое извещение из банка. В нем содержался приказ появиться по новому адресу.
Все тот же нежный женский голос звучал и в этой конторе. Он произнес:
— Отшлепай Памелу Трашвелл веслом.
Уолдо понял, что в следующий раз ему прикажут убить. Веслом тоже можно убить. Он позвонил лейтенанту Джо Кенси.
Они встретились на темной набережной реки Гудзон, напротив Нью-Джерси. Уолдо выбрал это место за его пустынность. Он был уверен, что тот, кто стоит за всем этим, — кто бы или что бы это ни было — может видеть почти всюду. Он хотел убежать, убежать от всех и всякие компьютеров, убежать отовсюду, где есть телекамеры, фиксирующие любое его движение. Но все-таки больше всего — прочь от компьютеров. Компьютер начал все это, изменив сумму остатка на его счету. И Памела Трашвелл работала в компьютерном центре. Слово «компьютер» вызывало у Уолдо только одну ассоциацию: «бежать».
— У меня неприятности, — сказал Уолдо полицейскому.
И рассказал ему, как банковская ошибка привела к тому, что уровень его жизни постоянно повышался и повышался, и теперь он попал в полную зависимость от денег. Он нуждался в деньгах. Но его страшило то, что ему, может быть, придется сделать ради них.
— У меня такое чувство, будто мною играют, — пожаловался он. — Я не могу обналичить чек в банке и получить реальные деньги, но я по-прежнему могу купить все что угодно на свою кредитую карточку. Поэтому все, что я могу получить, — это товары.
— Ну, и на какую сумму в год? — поинтересовался Кейси.
— Полмиллиона или около того, — ответил Уолдо.
— Хорошие деньги, — присвистнул Кейси.
— Но куда все это ведет? — недоумевал Уолдо.
— Полмиллиона за то, чтобы полапать девушку? Залезть к ней под юбку? Отшлепать? Слушай, Уолдо, я простой полицейский. Мне платят куда меньше за куда более неприятную работу.
— Что вы хотите сказать?
— Я хочу сказать, что за полмиллиона я бы отшлепал самого Папу, — сказал Кейси.