Конец кошмара

Я свалился на стул, который показался мне мелковатым, и щёлкнул пальцами. В следующую секунду передо мной появился дневник Натаниэля, который я заблаговременно превратил в своё сокровище.

К счастью, в этот раз мне не пришлось искать свечку. Видимо, Натаниэль уже вырос из фазы, когда обязательно нужно делать свои записи невидимыми чернилами. Белые страницы покрывали отчётливые синеватые завитушки:

«Обращаюсь к тебе, о, почивший».

Я заранее оставил ему записку, в которой просил, чтобы он вёл свои записи в том числе

и для меня, чтобы мне было проще разобраться в происходящем во время своего следующего «пробуждения».

'Три дня прошло с тех пор, как мы, велением высшей воли, спаслись с острова, которые отныне будет зваться Гробницей Королей; всё это время мы следовали на запад. Не было никаких сомнений, что теперь, когда лорды моря потеряли своих повелителей, конфедерация попытается это использовать, и что считанные дни оставались до момента, когда огромные стальные корабли начнут рассекать воды Четвёртого моря…

…Занятно читать историю, которая уже состоялась, «в процессе». Первые несколько десятков страниц, несколько месяцев из жизни Натаниэля после моего прошлого визита представляли собой попытки собрать разрозненные пиратские флотилии и дать отпор Конфедерации.

Сперва они направились в стан Короля Литургии. После смерти своего дяди у Крисс больше не было причин скрывать свою личность, и она смогла открыто заявить о своих правах на престол. Разумеется, заполучить последний было непросто. У неё были соперники, другие претенденты. Были те, кто сомневался в её притязаниях. И тем не менее посильная помощь Натаниэля, а также её собственный «пробивной» характер позволили ей стать новой императрицей.

Теперь главное было удержать эту власть, что, опять же, было проблематично перед лицом флотилии конфедератов. Последовало несколько сражений. Конфедерация использовала свои новые корабли; пираты старались применять сокровище, которых у них было несколько больше, поскольку они проживали в более опасных водах четвёртого и третьего морей. В эти дни пригодился обильный запас песка Лайма, который я оставил Натаниэлю. Последний сердечно благодарил меня за этот прощальный подарок. Если бы не он, может быть, дело закончилось самым печальным образом…

В итоге конфликт разрешился внезапно. Дело в том, что в один момент уровень моря стал стремительно расти. Он возрастал и раньше, но сразу после происшествия на злополучной «Гробнице Королей» скорость подъёма увеличилась в десятки раз. У меня было несколько предположений по этому поводу; сперва, однако, следует дочитать рассказ Натаниэля.

Вскоре стало ясно, что такими темпами море уже в самое ближайшее время поглотит всю оставшуюся сушу. В стане Конфедерации начались раздоры. Ведь они представляли собой альянс наиболее удачных стран прежнего мира, которым повезло избежать затопления. Теперь же число свободных «мест» в этой игре стало сокращаться. Первое время адмиралтейству ещё удавалось поддерживать подобие единства, но затем Конфедерация стала распадаться на различные флотилии, которые воевали не с пиратами, но друг с другом.

Это было и благом, и проклятием.

Первое — потому что пираты смогли выдохнуть спокойно.

Второе — потому что последние клочки сухи действительно погружались в морские пучины. Более того, начали расползаться всевозможные странности. Вскоре монстров, гигантских

осьминогов, черепах и медуз, которые могли наэлектризовать воду на расстоянии сотен километров, стали замечать в границах Пятого, Шестого и даже Седьмого моря; то и дело находили корабли-призраки — обыкновенные торговые суда, которые следовали безопасному маршруту, и всё равно потеряли команду — она испарилась, — за исключением юнги, который закрылся в трюме, и, как безумец, сидел обнимая колени и повторял единственную фразу: «серый туман».

Следовало что-нибудь сделать, и срочно. Иначе в ближайшее время мир мог стать попросту необитаемым. Но что? Ответ был более чем очевидным.

Вскоре остатки адмиралтейства, пираты и прочие фракции забыли раздоры и вложили все свои ресурсы, чтобы собрать великую экспедицию, которая должна была устремится в самое сердце Семи Морей. Туда, где, по расчётам древних находилась проклятая дверь. Это было путешествие в один конец; путешествие в сердце бездны, от которого зависела судьба всего мира.

Кто же стал капитаном этой отчаянной экспедиции?

Разумеется, его величество Натаниэль Тибериус Фердинанд!

Вернее, его бывшее величество.

Некоторое время Натаниэль действительно был императором, причём не пиратским, а настоящим — сразу после того, как женился на Крисс, которая наследовала корону своего отца.

Потом они расстались.

Бывает.

Именно после этого Натаниэль снова располнел.

Трагичная история, особенно в его собственном переложении. Впрочем, они остались хорошими друзьями, и Натаниэль, — конкретно эти строчки читать было болезненно, настолько явно сквозили они отчаянием, — надеялся возвратить свою любовь. Сразу после своего героического возвращения с безумной миссии в сердце бездны.

На этом моменте его записи плавно превращались в моё текущее окружение. Натаниэль расписывал остров, на котором находился прямо сейчас, — небольшой клочок земли, который в своё время был в десяти раз больше, на самой границе Третьего моря, — где он и его флотилия загружали последние припасы, данное поместье, садик, в котором я проснулся и прочие приготовления.

Теперь и слова дворецкого обрели для меня смысл. Всё было почти готово. Наше отбытие, прыжок в бездну, ожидалось в самое ближайшее время. Теперь оставалось только ждать и надеяться на лучшее, на благоприятный исход одиссеи, от которой зависела судьба всего мира.

Я кивнул, закрыл книжку и откинулся на спинку стула.

Я кивнул, закрыл книжку и откинулся на спинку стула.

Затем поднялся на ноги, позвал дворецкого и попросил, чтобы последний принёс несколько десятков пустых бутылок. Когда указания было исполнено, я стал методично наполнять их песком лайма.

В данный момент у меня было не так и много вариантов. Мне действительно следовало спасти этот мир прежде чем делаться его «Божеством». Собственно, статус великого спасителя будем отличным подспорьем в этом отношении. К тому же у меня было смутное предположение, что великий потоп случился не просто так. Что в этом прослеживалось влияние одного из них. В таком случае мне обязательно нужно было его остановить. Сделать это будет непросто, а потому следовало заранее совершить все возможные приготовления.