Конфидент
Шрифт:
— К Ромке соваться не следует, может, он нас и заложил твоему профессору, перекантуемся на вписке, я знаю одну. Там вообще всем пофиг, кто приходит, уходит, бывает. Отберём несколько объявлений и пойдём по адресам. До вечера постараемся найти квартиру, а там попробуем выяснить, из-за чего поднялся шум.
— Известных резонов тебе недостаточно?
Матильда вздохнула, задумчиво куснула пирожок, из тех, что выдала на дорогу Дарина.
— Кир, да пусть он взъелся из-за отказа, это ещё не причина тебя убивать. То есть для мужика — причина. Они на всю голову больные бывают и чаще, чем хотелось бы, но обрати внимание на то, как бешено он подсуетился. Мстительный, но ведь не дурак. Сделал бы вид, что всё нормально, а потом прибил
— Наверное, я так испугалась, что не сообразила всех тонкостей дела. Всегда кажется, что преподам всё сойдёт с рук, никто и не почешется.
— Понятно, ты в этом котле больше двух лет варилась, а я смотрю со стороны и не думаю, что весь кипешь чисто из-за уязвлённого самолюбия. Здесь нутряное. Задето глубоко. Страх, ненависть, но страха больше. А если твой Жеранский ещё и того богатенького мужика грохнул, то жопа у него в перспективе, причём где-то в обозримом пространстве грядёт. Полная жопа! Почва под ним горит, так что приходится лично ручонки пачкать. Подумай лучше, пока мы на ухабах качаемся, чем ты для него опасна. Нам против него оружие нужно, и если оно у тебя есть, то самое время достать и протереть от заводской смазки.
Здравые рассуждения Матильды пошли на пользу. Кира немного успокоилась и поняла, что соображать действительно надо. Непоняток в этом деле намечалось ещё больше, чем подметила подруга, потому что, как известно любому магу: кто что сломал, тот то и поднимать должен. Случайно получилось колдовство пробуждения частичной смерти или нет, но вернуть всё как было с гарантией мог лишь тот, кто сделал. Существовали другие способы, но менее надёжные, а рисковать драгоценным хозяйством мужик бы не стал, не найдись у него веских причин рискнуть. Желай он заполучить Киру живой для исполнения обряда, не выдал бы своим мордоворотам пушки. Послал он их убивать или устрашать, а должен был предвидеть, что начнут палить по дури. Они и начали.
Да, но как узнать, какой страх перевесил тот, другой? Можно подумать, простая студентка хоть что-то знает о своих преподавателях кроме того, что они преподают. Если сомнительные истории были, всё осталось шито-крыто, не мертвец — не раскопаешь. Её новые способности как пробудились, так и угасли, ничем не могут помочь. Чтобы набрать компромат на Жеранского, надо близко к нему подобраться, а это неоправданный риск.
Но Матильда считает, что оружие у неё уже есть. Значит, это не предполагаемые порочащие сведения, а некое умение, навык. Пробуждение полной смерти? Даже если и получится, то загоняя ведьму в угол, как раз-таки его и получишь на свой хребет. Понятно ведь, что не станет человек убивать без веской причины. На этом попасться можно. Нет, должно присутствовать под спудом что-то иное, хитрое, чего она сама ещё не заметила, а более опытный профессор просёк с полувзгляда.
Автобус остановился, приняв новых пассажиров. В салоне стало тесновато. Рядом уселась полная женщина, прижав подруг и загородив их отчасти от прочей публики. Кира иррационально почувствовала себя защищённее прежнего. Мысли потекли свободнее.
Нет, надо искать мастерство, лежащее на виду и потому незаметное. Жеранский не бог, не дьявол, а обычный маг. Если он заметил нечто, то оно бросалось в глаза. Значит, поймёт и кто-то другой. Надо было расспросить Дарину, подробно, а не наспех. Старая ведьма могла понять первопричину событий, но полагать, что и Кира в курсе, так что не след навязываться с поучениями. Ох уж этот колдовской этикет, когда прямо говорить не принято, только обиняками. С одной стороны, бережёт, с другой — путает. Возвращаться не слишком разумно. Надо думать самой. Все уверены в её сообразительности, а в голове словно стену поставили и забыли прорубить дверь. Не возникало даже догадок.
Ещё
Значит… Нет, ничего не значит. Ущербность никуда не делась, она не сумела бы уверенно управлять тем, что не видит и вообще не осознаёт. Есть некий тайный игрок, тот, кого велела найти убиенная Варвара, извлечённая полицейскими из пруда? История в морге отодвинулась в прошлое, выглядела отчасти нереальной. Ещё и потому, что на поиски живого проще было нацелить через живых. Мёртвые — отдельное государство, они здесь не распоряжаются, потому их и не боится никто. Опасаются живых, в том числе и тех, кто руководит усопшими.
Или стоит совсем сойти с ума и допустить, что управляет мертвяк оттуда, настолько могущественный, что смог пробить границу между мирами. Тот, что оставил на кресте призрачный медальон, как бы намекая, что надеется на сотрудничество. Вот это был бы союзник, каких поискать. С ним рядом поход против Жеранского выглядел уже годной затеей. Если неведомый маг с той стороны хочет контакта, Кира всей душой — за. Только как установить канал связи? Общение с тем светом всегда считалось делом немыслимым, да и плевать. Мир бы состарился и издох, не появляйся в нём постоянно что-то новое. Вчера не было, завтра будет. Надо пробиваться, пробовать, не дожидаясь благоприятных условий, а при любом удобном и неудобном случае, часто, всегда, пусть прямо в автобусе. Не терять более и без того дорогих минут.
Кира положила ладонь на грудь, туда, где по её представлениям должен был находиться призрачный медальон. Пальцы ничего не ощутили, в голове мудрости не прибавилось, но не сдастся же она после первой неловкой попытки. Здесь, где относительно безопасно, можно полностью уйти в себя и искать дорогу, тропинку, нить, протянувшуюся сквозь непреодолимый барьер. Найти.
Визг тормозов. Автобус занесло так резко, что Кира едва не слетела с сиденья. По салону прокатился возмущённый ропот, и несколько страшных мгновений она думала, что Жеранский и его приспешники так обнаглели, что не постеснялись напасть на полную людей маршрутку. Матильда, раздувая ноздри, зло смотрела в окно, успокоительно положила ладонь поверх Кириных стиснутых пальцев.
— Подрезал какой-то мудак на гружёном самосвале, — пояснила, как видно заметив, что подруга пыталась отрешиться от этой действительности, чтобы постичь другую. — Вот козёл!
Оказывается, уже добрались до объездной. Кира прислушивалась к тому, как отпускают и тревога, и сосредоточенность. Жизнь никогда не станет прежней и насторожённость будет в ней до тех пор, пока ситуация не разрешится.
Матильда не подвела. На вписке никто им не удивился, внимания даже не обратил, а подруги смогли немного прийти в себя, выпить чаю и раздобыть местную газету с объявлениями. Велев Кире ни о чём не беспокоиться, Матильда плотно взялась за дело, и уже к вечеру, после двух неудачных попыток, обзавелись жильём. Не хоромы заполучили —, крохотную комнатушку в коммуналке, но ближе к центру, чем в прошлый раз — в ведомственном доме почти почившего завода.