Конклав
Шрифт:
Мне не терпелось это выяснить.
Конклав
Конклав – это небольшая бонусная новелла, действие которой происходит между книгами «Курок» и «Сумрак». Читать ее рекомендуется только после знакомства со всеми предыдущими частями серии «Ночь Дьявола» («Испорченный», «Убежище», «Курок»), а также книгой «Панк 57». Наслаждайтесь!
Часть 1
Дэймон
Я
Если она ушла от меня, я сожгу дотла весь гребаный мир, но найду ее. А если она забрала моего ребенка, ее наказание будет медленным и изощренным. Бред какой-то. Когда я звоню, ты отвечаешь. Когда мои люди передают тебе телефон, ты берешь проклятую трубку! Черт, понятия не имею, чем провинился на сей раз, однако мне придется что-нибудь сломать, чтобы сдержаться и не свернуть ее прелестную шейку.
Я был вынужден примчаться домой раньше срока, прервав свою поездку, потому что Уинтер решила проигнорировать мои звонки и пройтись пируэтами по моему душевному спокойствию. Какого хрена? Так и знал, что лучше остаться холостяком. Знал, ведь именно это женщины и делают, не правда ли? Скручивают тебя в бараний рог, пока ты не лишаешься возможности дышать, и…
Сжав кулаки, качаю головой. Дерьмо. Чушь собачья!
Я стремительно пересекаю холл, намереваясь прихватить из гаража веревку, чтобы напомнить ей, кого она любит, но замечаю чей-то силуэт на террасе и останавливаюсь.
На улице идет дождь. Кто там ошивается?
Подхожу к окнам.
Хит Дэвис, один из охранников, нанятых мистером Гариным для ночных смен, стоит под навесом, прислонившись к кирпичной стене. С сигаретой во рту, он держит руки в карманах. Дым клубится в воздухе над его головой, и я облизываю губы, стараясь проигнорировать жгучее желание ощутить вкус табака на языке. Проблема с отказом от курения заключается в том, что это очень тяжело, когда ты, по сути, курить не бросил.
Его черные волосы аккуратно зачесаны назад и блестят в ярком свете фонаря, а взгляд голубых глаз направлен во двор. Он за кем-то наблюдает.
Посмотрев в том же направлении, обнаруживаю в бассейне Уинтер. Она стоит спиной к нам по пояс в воде. Волосы липнут к ее коже. Капли дождя барабанят по поверхности воды.
Я выдыхаю, даже не осознав, что задержал дыхание. Уинтер здесь.
Она плавно поднимает руки под дождем, сделав шаг вправо, затем разводит их в стороны и шагает влево.
Она танцует. Уинтер часто репетирует в бассейне – там ей легче держать равновесие. Вдруг перебросив волосы через плечо, она открывает свою обнаженную спину. Мой взгляд скользит вдоль ее позвоночника к талии.
Я опускаю подбородок, мои глаза яростно вспыхивают. На Уинтер нет никакой одежды. Не поворачивая головы, опять смотрю на Дэвиса. Он не моргает, пристально уставившись на нее.
Когда сказал неотрывно
Она разворачивается, до сих пор сжимая волосы в кулаках, благодаря чему ее руки прикрывают груди, но я замечаю тонкую белую вуаль, спадающую на ее лицо, и мое сердце как будто пропускает десять ударов. Это часть костюма для предстоящего шоу. Уинтер репетирует в вуали, чтобы привыкнуть к ней.
Меня всерьез бесит то, что она танцует в таком виде, зная о моем отсутствии. Девушка опускает руки, покачнувшись вбок, снова их разводит и кружится. Ее растрепанные волосы, полупрозрачная ткань на лице, идеальные груди, кожа…
Боже, Уинтер чертовски бесподобна. И в ней навсегда останется некий налет невинности. В небе раздается раскат грома. Мне уже безразлично, злится ли она и почему. Я хочу оказаться в этом бассейне.
Направившись к холодильнику, достаю с подноса сэндвич, вытаскиваю разделочный нож из блока, разрезаю квадратный ломтик хлеба пополам, по-прежнему с ножом в руке выхожу во двор и откусываю кусок.
Дэвис сразу же замечает меня, выпрямляется и тушит сигарету ботинком. Я смотрю на Уинтер, стройное тело которой изгибается, умело меня дразнит, как всегда. Мой член набухает в брюках. Бросаю взгляд на охранника. Готов поспорить, что у него тоже стояк.
Парень прокашливается.
– Вы приказали не спускать с нее глаз ни на минуту.
Снова откусив сэндвич, провожу лезвием ножа по кованому забору, чтобы соскрести горчицу.
– Извините, сэр. – Краем глаза вижу, как он опускает голову и пятится, собираясь уйти.
Но я его останавливаю.
– Отдай мне свой ремень.
Дэвис замирает.
– Сэр?
Я вонзаю нож в стоящий передо мной цветочный горшок, по самую рукоять погрузив металл в землю.
Он вновь прочищает горло, после чего слышится звон пряжки. Дэвис быстро снимает свой кожаный ремень и протягивает мне.
Забрав его, говорю:
– Если еще раз оскорбишь мою жену, я поеду с сыном на рыбалку и использую твои глазные яблоки в качестве наживки.
– Да, сэр.
Уинтер не виновата. Время позднее, она у себя дома и имеет полное право рассчитывать на уединение.
Я выбрасываю остатки еды в кусты и продеваю ремень в пряжку.
– Иди домой.
Спустя мгновение дверь черного хода открывается и закрывается, а я подхожу к бассейну.
Дождь, темнота, мы окружены деревьями… Неторопливо и спокойно приближаясь к ней, я словно возвращаюсь в детство. Мне нравится прятаться с Уинтер под открытым небом.
Она медленно танцует, ее движения плавные и томные. Не следуя определенной хореографии, девушка импровизирует под тихую навязчивую мелодию, доносящуюся из домика у бассейна. Ее влажная кожа блестит в тусклом освещении. Не отрывая от Уинтер взгляда, я раздеваюсь, бросаю вещи на землю и с ремнем Дэвиса в кулаке прыгаю в подогретую воду. Перестав двигаться, она поворачивает голову, когда слышит всплеск, однако не разворачивается лицом ко мне и ничего не говорит.