Конноры и Хранители

Авраменко Олег Евгеньевич

Марика прекрасно понимала, что Алиса права. Хотя с завершением отладки портала медлить не стоило, излишне пороть горячку также не было смысла. Пару часов назад Стэн, покидая с войском Црвенеград, послал ей последний привет. Теперь в ближайшие дни у них не будет возможности не то что увидеться, но даже обменяться короткими мысленными посланиями. Конноры могли общаться с помощью мыслей — но лишь находясь на расстоянии двух-трёх миль друг от друга либо от настроенных на них порталов. А создать работающий переносной портал пока ещё никому не удавалось…

Марика

в нерешительности отступила на несколько шагов от портала.

— Вот этого я никак понять не могу, — задумчиво произнесла она, отзываясь на собственные мысли. — Хоть убей, не понимаю.

— О чём ты? — спросила Алиса.

— Да о переносных порталах, — ответила Марика. — Вроде бы все порталы движутся: вместе с Землёй — вокруг её оси и вокруг Солнца, вместе с Солнцем — вокруг центра Галактики, вместе с Галактикой — чёрт знает как и куда… И вообще, понятия покоя и движения относительны. Тем не менее, переносные порталы не работают.

Алиса улыбнулась.

— Старая песенка, — сказала она. — Впрочем, сейчас тебе лучше заняться теорией, нежели практикой.

Марика небрежно передёрнула плечами.

— Да какая уж тут теория! Ничего толкового в голову не приходит — одни только вопросы без ответов. Для остальных Конноров всё предельно ясно: покой — понятие абсолютное, Земля — неподвижна, и портал, чтобы он мог работать, должен быть зафиксирован в пространстве. То есть, они видят закономерность, пусть и необъяснимую. А я не вижу никакой закономерности — и это меня бесит. Получается, что чем больше я узнаю об устройстве мира, тем меньше понимаю происходящее.

— Это вполне естественно, — заметила Алиса. — Чем больше у человека знаний, тем обширнее область их соприкосновения с непознанным. На лекции по философии наш преподаватель даже рисовал на доске наглядную схему: маленький круг — маленькая граница, большой круг — большая граница. И цитировал слова Сократа… или Декарта… в общем, одного из древних греков: «Я знаю, что ничего не знаю».

— По-моему, Декарт не был греком, — сказала Марика. — Кажется, он был французом и жил в XVII веке. Хотя я не уверена.

— Невелика разница, — отмахнулась Алиса. — Всех греков и французов не упомнишь. Тем более, что я филолог, а не философ.

С этими словами она подошла к стенному шкафу, внутри которого был сооружён портал и захлопнула створки дверей. Марика хотела было запротестовать, но потом передумала. Алиса совершенно права: в таком состоянии лучше не заниматься серьёзными делами. Портал может подождать и до завтра. Вернее, до сегодня — ведь уже наступила полночь.

— Всё-таки хорошо, что мы решили замаскировать портал, — произнесла Марика.

— Да, в самом деле, — согласно кивнула Алиса и ухмыльнулась. — А то представь себе: я в постели с каким-нибудь парнем… или, скорее, с девушкой — и тут ты выскакиваешь из портала, как чёртик из табакерки. Но пока ты откроешь шкаф, у нас хоть будет время спрятаться под одеялом.

Марика покраснела.

— Я вовсе не то имела в виду.

— Знаю. Просто

я выпустила из внимания, что сейчас у тебя нелады с чувством юмора. — Алиса отошла от шкафа к кровати и принялась расстилать постель. — Во всей этой истории меня утешает одно: я не напрасно пожертвовала шкафом. Дядя крупно ошибался, когда говорил, что в наше время с порталом можно не таиться.

— Ошибался… Да, ошибался, — задумчиво проговорила Марика и вздохнула. — Скорей бы он вернулся.

Позавчера вечером сэр Генри уехал на неделю-полторы в Лондон. Последние анализы засвидетельствовали полное исчезновение опухоли со всеми метастазами, и лечащий врач, озадаченный чудесным выздоровлением пациента, которого он считал обречённым, направил его на дополнительное обследование к одному из столичных светил онкологии. Конечно, сэр Генри мог и не ехать — он целиком доверял способностям дочери и был уверен, что болезнь побеждена. Но, посовещавшись с Марикой и Алисой, решил последовать рекомендации своего врача. Любой другой больной на его месте так бы и поступил; поэтому не стоило излишне выделяться, демонстрируя свою беспечность перед лицом столь опасного недуга. И сэр Генри поехал — как оказалось, очень не вовремя…

Разобрав постель, Алиса сняла халат, под которым были только кружевные трусики, и нырнула под одеяло.

— Когда завтра дядя позвонит, ты расскажешь ему про Кейта? — спросила она.

Марика присела на край кровати и покачала головой:

— Ни в коем случае. Телефон могут прослушивать.

— В самом деле? — с сомнением произнесла кузина. — Неужели это настолько серьёзно?

— Это очень серьёзно, Алиса. Ты просто не видела выражения лица Кейта, когда он говорил о тех влиятельных людях. Он был напуган до смерти. Он боялся — но не меня. Скорее, он боялся за меня. И за себя тоже.

Алиса хмыкнула и перевернулась на бок.

— Мне кажется, ты защищаешь его. А ведь если Кейт не солгал, и тобой действительно интересуются какие-то загадочные люди… Да, это мысль! Тогда выходит, что Кейт — их шпион.

Марика кивнула:

— Я тоже так считаю.

— Ты сильно злишься на него?

— Ещё как злюсь! Хорошо, что его не было рядом, когда я сообразила это. Я бы такого ему задала! Думаю, потому он и поспешил уйти — пока не разразилась буря… И кстати. Если наша догадка верна, то получается, что Джейн заодно с братом.

Алиса в растерянности моргнула и ненадолго задумалась.

— Нет, вряд ли, — сказала она. — Я познакомилась с Джейн ещё в Корнуолле, когда понятия не имела о твоём существовании и не думала переезжать к дяде Генри.

— А тебе не кажется странным, что сразу после твоего отъезда из Корнуолла Уолшей тоже потянуло на родину предков?

— Уолши ирландцы, а не шотландцы, — возразила Алиса. — Пора бы уже различать. А родина ирландцев — Ирландия.

— Тем более странно, — стояла на своём Марика. — С какой тогда стати им было ехать в Шотландию?