Констанция. Книга первая

Осень 17… года выдалась в Бретани чрезвычайно теплой и солнечной. Старый парк вокруг дворца графини Эмилии Аламбер весь утопал в золоте. Лишь редкие зеленые пятна хвои разрушали это единство.

В отличие от лета, которое было дождливым и туманным, осень поражала разнообразием красок и на удивление теплыми солнечными днями. Все дорожки в парке были усыпаны листвой, садовник с утра до вечера сгребал листья в большие золотые горы, и по парку тянулся серебристыми шлейфами голубоватый

Листвы. Садовник поджигал кучи всегда на закате солнца, когда обитатели дворца покидали ставшую прохладной террасу и, кутаясь в шали, уходили в залы к каминам.

Здесь, в селении Мато, все дышало таким осенним спокойствием, что, казалось, ничто не в силах разрушить идиллическую картину.

Время словно остановилось, и каждый следующий день был похож на день предыдущий.

Трехлетняя Констанция, единственная внучка графини Эмилии, со своей няней целые дни проводила на свежем воздухе. Она восхищалась всем подряд: и белками, ловко взбирающимися по стволам деревьев и перескакивающими с ветки на ветку, и птицами, низко пролетающими над землей. Ее удивляла всякая малость. Вот и теперь она стояла возле огромной клумбы, усаженной цветами, и осторожно прикасалась маленьким розовым пальчиком к бархатистому лепестку розы.

— А почему она такая колючая? — спросила девочка у своей няни. Та не знала, что ответить, и поэтому сказала:

— Все красивое, Констанция, должно уметь защищаться.

Этот ответ не удовлетворил любопытную Констанцию.

— Жанет, а зачем красивому защищаться?

Няня задумалась, наморщив лоб.

А Констанция, не дождавшись ответа, побежала по одной из дорожек парка. Ее внимание привлек жук-скарабей, переползавший дорожку. Девочка, присев на корточки и взяв в руки палочку, преградила жуку дорогу. Тот остановился, как бы раздумывая, с какой стороны ему лучше обойти преграду. Но стоило ему свернуть

Влево, как Констанция тут же переставила палочку, не давая жуку двигаться дальше. Жук свернул вправо. Но и тут его ждала преграда. Тогда он обхватил палочку лапками и взобрался на нее.

Когда няня подошла к своей воспитаннице, та держала перед собой палочку с зависшим на ней насекомым.

— Брось, брось!

— Почему?

— Он может укусить тебя!

— А разве у него есть зубки? Констанция с любопытством поднесла жука поближе к глазам:

— У него даже нет рта. Зато большие глаза и шесть рук… или ног, — девочка запуталась, чего у жука шесть.

Няня мягко, но настойчиво забрала у Констанции палочку и бросила ее в кусты.

И девочка тут же потеряла интерес к жуку, переключив свое внимание на то, как кричат птицы, вспугнутые внезапным порывом ветра. Так неожидан и неуместен был в этот мягкий солнечный день тревожный крик птиц.

Девочка стояла, запрокинув головку в голубое небо и глядя на темную стаю птиц, которые никак не могли угомониться и вновь опуститься на ветки деревьев к своим покинутым гнездам.

— Жанет,

— Их что-то испугало. Может быть, белка.

— А разве белка может испугать?

— Если бы ты, Констанция, была такой же маленькой, как птицы, ты бы тоже боялась белки.

— А я хочу быть такой, как птица, — и девочка взмахнула руками, будто собиралась взлететь, и побежала по дорожке.

Она подбежала к парадному входу дворца, вихрем влетела в гостиную и бросилась к бабушке Эмилии, сидевшей за столом и раскладывавшей пасьянс.

— Бабушка, бабушка, там летают большие птицы. Я тоже хочу быть птицей.

Графиня Аламбер отложила карты в сторону и погладила девочку по темно-каштановым кудрявым волосам.

— Ты, Констанция, вырастешь, станешь очень красивой девушкой и тогда будешь порхать на балах, как птичка. Это я тебе обещаю.

— А что такое бал? — тут же последовал вопрос любопытной внучки.

— Это когда собирается много красивых дам, кавалеров, и все танцуют и веселятся.

— Но ведь я не умею танцевать, — задумалась девочка.

— Ты обязательно научишься, у тебя будет учитель танцев. И когда ты появишься при дворе, король непременно обратит на тебя внимание.

Няня Жанет осторожно вошла в гостиную и с самого порога позвала к себе Констанцию.

— Не отвлекай мадам, видишь она занята делом, — и обратилась к самой госпоже. — Мадам Аламбер, простите, что Констанция побеспокоила вас. Я сейчас ее чем-нибудь займу.

— Не беспокойся, Жанет, пусть она побудет со мной. Мне нравится разговаривать с ней. И вообще, она моя единственная внучка, поэтому я ее очень люблю.

Эмилия Аламбер прижала к себе девочку и поцеловала в лоб.

— Бабушка, а где сейчас мама? — поинтересовалась Констанция.

Ей не часто доводилось проводить время в обществе матери.

— Наверное, она в оранжерее, — предположила графиня, — скоро

Должен приехать твой отец, и она хочет украсить дом цветами.

Как только разговор зашел о цветах, девочка оживилась.

— Я видела чудесные цветы на клумбе.

— Большие?

— Большие. Вот такие, — Констанция сложила вместе свои ладошки,

Демонстрируя величину бутонов, а затем потянула за руку свою няню.

— Жанет, пойдем поможем выбрать цветы для моего папы. Ведь он

Привезет мне подарки из Парижа.

Эмилия Аламбер с сожалением проводила взглядом уходящую Констанцию. Ей хотелось побыть вместе с внучкой подольше, но неволить ее она не хотела.

Карты ложились к картам, но пасьянс не складывался. Графиня Аламбер,

Как всегда, когда у нее что-то не получалось, нервничала.»Почему же до сих пор не приехал Рене?» — думала она о сыне, отправившемся в Париж.

В последний год его дела стали для матери тайной. Он не любил говорить

О них, лишь отшучивался. Но графиня все прекрасно понимала, ведь ей самой