Консультант
Шрифт:
— Могу тебе только сказать, что такого ощущения я не испытывал… Да, в последний раз я этим занимался, когда мне было тринадцать лет. — Вспоминая, Вебб даже прикрыл глаза. — Мы тогда следили за одной чокнутой семейкой, которая жила напротив нас, а они следили за нами. Думаю, что мы тогда им проиграли. Мы были ещё более занимательным объектом для наблюдения, чем они…
Поняв, что больше из Вебба ничего не вытянешь, Сьюзен наклонилась к нему и очень тихо сказала:
— Я за тебя очень болею, Крис.
Потом, тщательно отмерив паузу, добавила:
—
— О’кей!
Её ноги показались ему сегодня вдруг особенно красивыми, и это помогло Веббу решиться.
— Я принесу тебе чашечку кофе, — улыбнулась Сьюзен, вставая.
— Бога ради, — ужаснулся Вебб, — только не кофе. В засаде я напился его на много лет вперёд.
7
Понедельник, шестое ноября.
— Линденхолл-стрит, — сказал Вебб таксисту.
Они выехали с Фитцрой-сквер. Кеннеди, неуверенно балансировавший спиной к водителю на откидном стульчике, на углу чуть не упал и вынужден был ухватиться руками за колени Вебба.
— Какие диапозитивы вы им везёте? — поинтересовался он, указывая на пластмассовую коробку, которую Вебб держал на коленях.
— Это целый кинофильм.
— Знаю, но что в нём показывается?
— Ты когда-нибудь слышал об антивеществе? Так вот — это антиприманка. Что Харрингтон хотел, то он и получит. И порядочную порцию!
— Я их посмотрел перед отъездом, — включился в разговор Шалтон. — Я бы скорее назвал это противозачаточным средством для фирм, опасающихся получить заказ!
— Ты остроумен, как всегда, — буркнул Вебб. Всё его внимание было поглощено тезисами сегодняшнего выступления. Он перелистывал их снова и снова, пытаясь устранить последние шероховатости и вновь проигрывая в уме линию своего поведения и возможные ответы на реплики слушателей. Особенно на непредвиденные реплики. Он закрыл глаза и попытался представить, как будет сейчас выступать перед этими банковскими шишками, что те скажут в ответ, что может у него не получиться. Но сосредоточиться было невозможно: машину немилосердно трясло, и к дребезжанью периодически добавлялся противный скрип тормозов, характерный для всех лондонских такси.
— Валютные курсы опять пляшут, — сказал Кеннеди, стараясь возобновить разговор. И Вебб, и Шалтон ошеломлённо уставились на него. — Я сегодня это проверил. В порядке самоподготовки.
Вебб явно перепугался.
— Бога ради, Джек, не пророните там ни слова, если я вас об этом прямо не попрошу! Ясно? Мы везём вас, как необходимый балласт в трюме. Зрительный балласт.
И тут до Вебба впервые дошло, почему Кеннеди ему сегодня показался каким-то странным. Джек переоделся! Джинсы и кожаную куртку он сменил на строгий, а главное — тщательно выглаженный костюм. Самое поразительное, что он нацепил даже галстук.
— Я рад, Джек, что вы так серьёзно подошли к делу, — произнёс Вебб и пощупал
— Блеск, — кивнул головой Шалтон и потеребил другой лацкан.
— Я вообще-то думал когда-нибудь его купить, — промямлил Кеннеди, несколько сконфуженный таким вниманием к своему наряду, — только сделал это лет на пять раньше, чем предполагал.
Вебб отвернулся к окошку и с деланным интересом стал разглядывать прохожих. Ни за что этим двоим он не позволит догадаться, как он волнуется.
Зал заседаний был огромен, он занимал б'oльшую часть 23-го этажа в здании «Уотермана». Они были приглашены внутрь ровно в 10:00. Харрингтон им представил Уотермана, Сасскинда и Клемента, которые сидели в конце стола, занимавшего центр зала. Перед каждым их них лежал экземпляр доклада «СисТех». Вебб представил свою команду, польстив Кеннеди, который по случаю был назван «ведущим техническим работником».
— А вы, значит, и есть тот самый консультант, — сказал Клемент, глядя на Вебба.
Вебб вспомнил, что именно Клемент провожал тогда людей из «ДАСТа». Но сегодня он был далеко не так дружелюбен.
— Вот именно, — подтвердил Вебб, продолжая готовить слайды к показу.
— Похоже, что вы о нас знаете даже чересчур много…
Хотя Клемент тщательно подбирал слова, своё чувство неприязни он скрывать явно не собирался. Ещё раз пролистав доклад, он многозначительно взглянул на Харрингтона.
— Это предварительное досье, — равнодушно ответил Вебб. — Его цель состоит лишь в том, чтобы продемонстрировать присущую нашей фирме тщательность в работе, которую вы в полной мере испытаете, если мы получим ваш заказ на ревизию.
— Я считаю нелишним указать, что ни одну из цифр в этом досье господин Вебб не получил от меня, — вступил в разговор слегка раздосадованный Харрингтон.
— Совершенно верно, — подтвердил Вебб, слегка сбитый с толку той напряжённостью, которую он почувствовал между этими двумя людьми.
— Лично я считаю, что ваш доклад свидетельствует об инициативности, — сказал Харрингтон. — Хотя, честно говоря, не все здесь присутствующие разделяют эту точку зрения.
Прежде, чем Вебб успел что-нибудь ответить, Харрингтон нажал кнопку на панели, встроенной в стол. Одновременно начали сдвигаться плотные шторы на окнах и разгораться люстры под потолком. Синхронность этих операций было столь полной, что освещение в зале почти не менялось.
— Мы были бы рады, если ваше выступление носило сугубо неформальный характер, — пояснил Харрингтон, положив палец на следующую кнопку. — Но наша встреча окончится ровно в двенадцать часов, независимо от того, успеете ли вы к этому времени завершить своё выступление или нет. Аналогичного порядка мы придерживались и при заслушивании ваших конкурентов, — сказал Харрингтон и нажал следующую кнопку. В комнате медленно потемнело, с потолка спустился экран и оживший проектор бросил на него ясный квадрат света.