Конт

Успенская Ирина

– Тогда поверьте мне на слово, я неплохо его знал. Надеюсь, мозги вы унаследовали от кирены Ксаны, – без улыбки буркнул маркиз, отправляясь к своему месту.

Слишком прямолинеен. Неудивительно, что с таким характером он оказался здесь. Типичный вояка! Все остальное время маркиз молчал, внимательно прислушиваясь к разговору и изредка отвечая на вопросы, когда к нему кто-либо обращался.

Зато его жена и обе дочери болтали без умолку.

Маркиза и юные кирены лишь слегка уступали Литине в объемах, и Виктория с тоской и нежностью вспомнила Зиру. Иверт еще вчера вечером уехал в сопровождении пятерки воинов встречать Волка и Ведмедя, и она передала

с ним подарок для девушки. Серебряный подвес в виде цветка с розовым камнем в сердцевине. Просто так, на память… Все же это был ее первый опыт в этом теле, и за этот первый опыт ей было немного стыдно. Вот дурная натура! Считать себя женщиной, но при этом желать нравиться всем в качестве мужчины. И смех и грех! Виктория перевела взгляд на дочерей маркиза, одна из которых считалась потенциальной невестой конта. Которая? В розовом или в голубом? А кто его знает? Не интересует! Девушки были копиями отца, но если крупный нос с горбинкой и тонкие губы придавали мужчине некую аристократичность, то на женских лицах смотрелись, мягко говоря, несимпатично. Зато конту удалось поразить гостей «изысканными манерами и куртуазным обращением». Дамы млели от расточаемых хозяином комплиментов. Дамы собирались ввести такие же правила и у себя в замке. Дамы были в восторге, их поразило все. Сервировка стола, застывшие за каждым стулом официанты в новенькой, с иголочки, униформе – белый верх, темный низ и длинные синие передники, – Олика, стоящая у двери и зорко следящая, чтобы никто из гостей ни в чем не нуждался. По ее кивку наливалось вино, подавались блюда, накладывалось горячее.

– Я еще никогда не пробовала таких кушаний! – воскликнула маркиза, когда слуга положил ей на тарелку маленькие канапе, скрепленные тонкими палочками. Кусочки обжаренного хлеба, курицы, сыра и овоща, похожего на огурец.

Самым трудоемким было изготовление «шпажек». Их вытачивали из щепок дети. Они же первыми и опробовали новое блюдо, но не оценили. Как сказал один из мальчишек-рабов: «Лучше кусок хлеба и мясо». Зато гостей удивили, вон с каким выражением лица маркиза и «маркизетки» следили за тем, как Литина, аккуратно взяв «шпажку» за кончик, подносит канапе ко рту. Дамы тотчас последовали ее примеру. Маркиз только крякнул и указал слуге на блюдо с мясом.

– Баловство это все, – буркнул он. – Еда настоящих мужчин – это мясо, мясо и мясо!

Виктория про себя хихикала. Гостьи пытались держаться непринужденно, словно каждый день сиживали за таким столом, но по бросаемым на хозяев настороженным взглядам, по неловким движениям, по скованности она видела, что такой завтрак для них внове. Только маркиз не заморачивался такими мелочами и ел, как привык. Что – руками, что – ножом, напрочь игнорируя вилку. Но когда он попытался вытереть руки о скатерть, а слуга, заметив это, подал ему влажное полотенце, на лице старого воина мелькнуло что-то, похожее на смущение. Да уж… и это человек, который был вхож к королю. Что же тогда говорить об остальных? Только сейчас Виктория поняла, что перемудрила с приемом и надо срочно упрощать меню. «Эх, далеки вы, Виктория Викторовна, от реалий местной жизни. Оторвались от народа», – сыронизировала она про себя.

– Я покину вас. – Алан отдал слуге скомканное полотенце и, дождавшись, пока ему отодвинут кресло, встал из-за стола. – Дела не ждут. Отдыхайте. До вечера. Дарен!

Дар с облегчением вскочил, с грохотом отодвинув стул. Литина неодобрительно посмотрела на мальчика, но промолчала. У нее на коленях лежал крольчонок, и женщина скармливала ему кусочек какого-то

зеленого овоща, периодически бросая на бывшего мужа задумчивые взгляды.

Маркиз решительно встал следом.

– Я не баба, чтобы сидеть за столом по несколько рысок.

Ну не баба, значит, не баба. Только что с тобой делать?

– Дарен, переодеваться – и на полосу препятствий. Тура захвати. Кир Генри не желает посмотреть на тренировки моих воинов?

– Я сам хотел вас об этом просить. Интересное сооружение видел, когда подъезжали к замку, хотелось бы знать о его предназначении.

– Это полоса покойника, как окрестил ее мой шут, – усмехнулся конт. – С огромным интересом выслушаю ваше мнение и, может быть, вы как более опытный воин подскажете мне еще что-нибудь.

Тонкая лесть еще никому не вредила. Вон как довольно улыбнулся старый вояка. Хорошо бы поучиться у него, потому что ее знания о средневековых армиях начинались и заканчивались на рыцарях-крестоносцах.

Они проходили мимо пристройки к храму, в которой расположилась замковая школа, и Виктория услышала громкие крики. Похоже, что брат Взывающий и мастер Семон что-то очень серьезно не поделили. Конт решительно повернул к храму. Маркиз с интересом последовал за ним.

– Нет, это ты заблуждаешься, брат Турид! Солнечный диск не может стоять на месте! Он движется вместе с небом по спирали!

– Ничего подобного, мастер Семон. Наши Учителя давно доказали, что солнечный диск стоит на месте, а вот звезды вертятся вокруг него! Иначе отчего в месяц Белого Паука Волчий Хвост находится совсем не там, где он бывает в месяц Огненной Рыбы?

– Великий ученый Аль…

– Вы еще подеритесь, горячие финские парни.

– Что? – Оба спорщика повернулись в сторону вошедших.

– Кир Алан, смотрите, – тут же привлек Семон прибывших в судьи. – Вот я сделал подобие, чтобы показать детям…

На столе стоял примитивный глобус. Глиняный шар, покрытый разноцветными узорами. Интересно. Голубое – это море, коричневое – наверное, горы, а зеленое – леса. Всего три континента. Два больших и один маленький.

– А где мы?

– Вот здесь, – ткнул пальцем в маленький континент ксен. – Остальное нарисовано с древних карт. Но сейчас мы утратили умение строить корабли, которые могли бы путешествовать между землями.

– И о чем спор?

Ксен взял свечу и начал медленно обносить ее вокруг глобуса.

– Вот! Солнечный диск плывет по небесам и освещает каждый день одну сторону, где он светит – становится тепло и светло! Или вот так, – он опустил свечу вниз и начал поднимать ее вокруг глобуса по спирали.

– А вот великий ученый Альде…

– Я думаю, вы оба не правы. Солнце стоит на месте. Держи так, – Алан поднял руку ксена на уровень груди. – А… кстати, как называется наш мир? Что-то я забыл…

– Точно так же, как и то, по чему мы ходим, – улыбнулся наставник Дарена.

Местные называли землю замеля. Так что, выходит, планета Замеля? Вот и не верь после этого в множественность миров.

– Так вот, Замеля вертится вокруг своей оси. Ось – это если проткнуть шарик вот здесь и здесь через середину. Замеля крутится быстро, и от этого наступают день и ночь. – Алан медленно повернул глобус возле свечи. – Но кроме этого Замеля оборачивается вокруг солнечного диска, и тогда наступает смена циклов. Отворачивается от солнца – выпадает снег, поворачивается к солнцу – становится тепло.

– А лунный диск?

– А луна вращается вокруг Замели.

– Кир Алан, этого не может быть! Наши Учителя…