Конт
Шрифт:
ГЛАВА 11
Так и повелось со времен тех давних.
Днем молитвы Ирию Создателю возносятся
— открыто и честно, с истинной душевной верой.
А ночь принадлежит Вадию Злокозненному,
творящему дела свои непотребные под покровом тьмы.
Из тени дверного проема выбежал Ольт с факелом в руке, он остановился, дожидаясь идущих следом Литину и Дарена. Виктория видела, как Ольт в нетерпении переминается с ноги на ногу, желая подбежать к спешивающимся воинам, чтобы
— С возвращением, кир Алан, — в грудном голосе контессы проскользнула нотка облегчения. — Мы волновались.
— Добрый вечер… кир Алан, — чуть запнувшись, громко произнес Дар и тотчас опустил глаза в землю.
— Добрый вечер, кирена Литина, добрый вечер, кир Дарен, — склонил голову конт. Как бы Виктории не хотелось сгрести в охапку обоих мальчишек, а нужно соблюдать этикет. — Вы отужинаете со мной?
— Мы уже ели, но я велю накрыть для вас ужин в столовой, — улыбнулась кирена.
— Вам нужно чаще улыбаться, Литина, — искренне сказал Алан. — Вам очень идет улыбка. Погодите. — Конт снял с пояса маленький замшевый мешочек. — Это вам.
Виктория всегда любила дарить подарки близким больше, чем их получать. Ей нравилось видеть улыбку родного человека, когда он разворачивал упаковку, нравилось наблюдать за сверкающими в предвкушении глазами, следить за разливающимся по лицу удовольствием, слышать восторженные возгласы. Это ведь так приятно — дарить дорогим людям мгновения радости. По поводу и без него, в честь какого — то события или просто так! Она вспомнила, с каким азартом искали свои подарки под елкой ее мальчишки, возглавляемые отцом. Сколько было смеха, веселья, шуток и подколок.
Она скучает по своим мужчинам.
Литина открыла мешочек и высыпала его содержимое на ладонь. В свете огня переливались маленькими колючими искорками голубые топазы. Когда Виктория увидела их среди других украшений баронессы Роган, она в них просто влюбилась. Тяжелые большие серьги и кулон в форме полумесяца, украшенные камнями и искуснейшим узором, сразу привлекли её внимание. В зависимости от освещения топазы переливались бирюзой тропических лагун или синим цветом грозных северных морей, лазурью южного неба или сверкающим голубым льдом.
Литина тихо ахнула.
— Это мне?
— Они подойдут к вашим глазам. Для тебя у меня тоже есть подарок, — повернулся конт к сыну. — Пойдем.
Виктория знала, что Дар будет в восторге. Этого вороного жеребенка показал ей Найк. Прекрасная молоденькая кобылка волоканской породы, когда подрастет составит отличную пару ее жеребцу.
— Это Мгла. Теперь это твой боевой конь.
Виктория с улыбкой смотрела на сияющего сына. Ее четвертого сына, младшего. Как жаль, что он никогда не познакомится со своими старшими братьями, но, может быть, когда — нибудь она сможет рассказать о них Дарену? Взгляд переместился на лицо Ольта, и сердце болезненно сжалось. Мальчишка со слезами на глазах смотрел, как Дар что — то шепчет, уткнувшись лбом в лоб жеребенка. В глазах Ольта Виктория отчетливо видела безнадежную тоскливую зависть. Она поняла, надо что — то делать, чтобы впоследствии эта зависть не превратилась в ненависть.
— Ольт,
— Ага. Красивая, — через силу улыбнулся Ольт.
— Дарен, тебе понадобится компаньон в тренировках, почему бы не привлечь к этому Ольта? — поинтересовался конт у сына, давая ему возможность принять решение. — У нас скоро ожеребится рыжая кобыла, я думаю малыша можно закрепить за Ольтом, чтобы тебе не одному отбивать зад на тренировках. Как считаешь?
В глазах раба вспыхнула надежда.
— А вы разрешите? — Дарен недоверчиво переводил взгляд с отца на товарища, словно страшась, что сейчас конт рассмеется и скажет, что пошутил.
— Я разрешаю, но принимать решение тебе. Ольт твой слуга.
— А мне можно принимать решения? — нерешительно спросил Дар, глядя на конта большими испуганными глазами.
— Кир Дарен, — строго произнес Алан. — Вы отвечаете за своих людей и должны сами заботиться о них. Ошибки ваших людей — это ваши ошибки. Достижения ваших людей — ваши достижения. Вы вправе принимать решения, предварительно получив мое согласие, но нести ответственность тоже будете вы. С того, кто правит, и спрос больше. Вы меня поняли, кир Дарен?
Дар задумался, но затем кивнул и робко улыбнулся конту.
— Спасибо за подарок, кир Алан. Вы позволите Ольту заниматься со мной верховой ездой и фехтованием?
— Я не возражаю, сын. — Алан протянул руку и потрепала парнишку по голове. Он видел, что мальчишкам хочется остаться наедине, чтобы обсудить новости, но было еще одно дело. — Кроме этого, вы еще будете учить грамоту. Семон, подойди сюда, — позвал он старика, ждущего в сторонке. — Это твой наставник, свободный мастер Семон. Пояс он получит завтра.
— Доброй ночи, юный кир, — поклонился старик. — Я буду рад обучить вас всему, что знаю сам, а знаю я немало, поверьте мне. Я много путешествовал и расскажу вам о далеких и изумительных странах, о странных людях, не похожих на нас. Я научу вас читать и слагать вирши, мы узнаем, как выстраивать прекрасные конструкции из чисел. Я покажу вам звезды и расскажу, как они называются. Вы знаете, отчего моряки чтят Рубиновый Глаз? Это очень занимательная история…
Виктория усмехнулась, глядя на восторженные мордашки мальчишек. Они, приоткрыв рты, слушали пожилого раба, интересно рассказывающего о звездах. Она видела, что Семону приятно это внимание и он сам получает истинное удовольствие от своих слов. Им крупно повезло встретить этого старика.
К ней подошли Нанни, Тур и брат Взывающий. Тур низко поклонился, ксен кивнул головой, а Нанни вымученно улыбнулась. Взывающий тут же перебил Семона, нравоучительно заметив, что звезды на небе — не что иное, как многочисленные глаза богов, следящие за людишками. Неисправим. Между ним и Семоном завязался оживленный спор на эту тему, причем чем больше распалялся ксен, размахивая руками, тем спокойнее и тише звучал голос старика. К ним подошли несколько воинов и слуг, с любопытством прислушиваясь к научно — теологическому диспуту. Разговор становился все жарче и жарче, но непохоже было, чтобы спорщики начали ругаться. Наконец брат Турид поставил жирную точку, заявив, что в Песнях Жития есть ответы на все вопросы, а вот не хочет ли мастер Семон посмотреть его библиотеку и химическую лабораторию?