Контракт Паганини
Шрифт:
5
Государственная комиссия по расследованию убийств
Шла первая неделя июня. Уже почти месяц жители Стокгольма просыпались по утрам раньше обычного. Солнце всходило в половине четвертого, и почти круглые сутки было светло. Поздняя весна выдалась необычайно теплой. Черемуха и сирень распустились одновременно. Аромат от тяжелых соцветий плыл от парка Кронебергспарк до самого входа в полицейское управление.
Государственная уголовная полиция — единственный полицейский орган Швеции, служащие которого могут расследовать
Шеф уголовной полиции, Карлос Элиассон, стоял у невысокого окна на восьмом этаже; из окна открывался вид на крутые склоны Кронебергспарка. Элиассон взял телефон, набрал номер Йоны Линны, в очередной раз услышал сигнал голосовой почты, положил трубку на стол и взглянул на часы.
В кабинет Карлоса вошел Петтер Неслунд; он осторожно кашлянул и привалился к плакату «Бдим. Предотвращаем. Раздражаем».
Из соседней комнаты доносился усталый голос. Телефонный разговор вертелся вокруг европейского ордера на арест и Шенгенской информационной системы.
— Поллок со своими ребятами скоро будет, — сказал Петтер.
— У меня есть часы, — миролюбиво отозвался Карлос.
— Бутерброды во всяком случае готовы.
Карлос выдавил из себя улыбку и спросил:
— Ты слышал, что в Комиссию по расследованию убийств сейчас набирают людей?
Петтер покраснел и опустил глаза, но быстро овладел собой и снова взглянул на Карлоса:
— Я бы… У тебя есть кандидатура получше?
Государственная комиссия по расследованию убийств состояла из пяти экспертов, которые оказывали помощь в расследовании преступлений по всей стране. Комиссия работала по системе, обозначенной аббревиатурой ПРТП — полицейское расследование тяжких преступлений.
Нагрузка на постоянных членов Комиссии по расследованию убийств была чудовищной. Их буквально рвали на части, и им очень редко удавалось собраться вместе в полицейском управлении.
Когда Неслунд ушел, Карлос уселся на стул и принялся рассматривать парадизок в аквариуме. В тот момент, когда он потянулся к банке с кормом, зазвонил телефон.
— Слушаю!
— Поднимаются, — доложил с поста дежурного Магнус.
— Спасибо.
Карлос сделал последнюю попытку связаться с Йоной Линной; потом встал со стула, глянул на себя в зеркало и пошел к двери. Когда он выходил из кабинета, раздался мелодичный звон, и двери лифта бесшумно разъехались. Карлос взглянул на членов Комиссии, и в памяти тут же всплыл концерт «Роллинг Стоунз», на который он пару лет назад ходил с двумя-тремя коллегами. Музыканты напоминали бизнесменов на отдыхе. На всех были темные костюмы с галстуками — точь-в-точь как на членах Государственной комиссии по расследованию убийств.
Первым шел Натан Поллок — седые волосы стянуты в хвост; за ним следовал Эрик Эрикссон в солнечных очках со стразами. Из-за этих очков его прозвали Элтоном. Затем плелись Никлас Дент с П. Г. Бондессоном; замыкал же шествие техник-криминалист Томми Кофоэд. Он был чем-то недоволен и сутулился, уставившись в пол.
Карлос жестом пригласил
— Проходите, садитесь, — начал Карлос. — Я очень рад, что все нашли время и возможность. У нас на повестке дня несколько важных тем.
— А Линна разве не придет? — спросил Кофоэд.
— Придет, наверное…
— Линна поступает как хочет, — негромко пояснил Поллок.
— Йона пару лет назад раскрыл убийства в Тумбе. И я вот все думаю — насколько же он был в себе уверен… точнехонько угадал, в каком порядке произошли убийства.
— Причем против всякой логики, — улыбнулся Элтон.
— Я собаку съел в криминалистике, — подхватил Томми Кофоэд. — А Йона просто ходил и смотрел на кровавые следы. Не понимаю…
— Он словно бы увидел убийство целиком, — сказал Поллок. — Градус жестокости, напряжение… и по следам определил, что убийца, явившись в дом, уже побывал в раздевалке и успел устать.
— Я так и не могу в это поверить, — пробормотал Томми Кофоэд.
Карлос откашлялся и опустил глаза на листок с повесткой дня.
— Сегодня утром поступило сообщение от морской полиции, — начал он. — Какой-то рыбак обнаружил мертвую женщину.
— В сетях?
— Нет. Он увидел, как большая спортивная яхта дрейфует возле Даларё, подгреб поближе, поднялся на борт и нашел ее сидящей на кровати в форпике.
— Ну, Комиссии тут вряд ли есть что делать, — усмехнулся Неслунд.
— Ее убили? — спросил Поллок.
— Самоубийство? — быстро предположил Петтер.
— Пока неясно, — ответил Карлос и взял кусочек бисквита. — Однако я все-таки счел нужным упомянуть об этом.
— Что еще? — хмуро спросил Кофоэд.
Карлос сказал:
— У нас запрос из полиции Вестра Гёталанд. Письменный отчет — на столе.
— Я не собираюсь брать это дело, — заявил Поллок.
— У вас у всех полно работы, я знаю, — сказал Карлос и неспешно смахнул крошки со стола. — Может, нам сменить тему и поговорить о… о наборе в Государственную комиссию по расследованию убийств?
Бенни Рубин цепко оглядел присутствующих и заговорил о том, что руководству известно об их колоссальной нагрузке и поэтому оно постаралось найти средства и привлечь в Комиссию по расследованию убийств еще одного служащего.
— Приступим к обсуждению! — предложил Карлос.
— А не лучше будет дождаться Йону и потом уже обсуждать? — спросил Томми Кофоэд. Он перегнулся через стол и выбрал себе парочку завернутых в целлофан бутербродов. Карлос сказал негромко:
— Неизвестно, придет ли он.
— Можно пока устроить перерыв на кофе. — Эрикссон поправил свои сверкающие очки.
Томми развернул бутерброд с лососем, вытащил оттуда укроп, выдавил каплю лимонного сока и развернул салфетку с ножом и вилкой.