Шрифт:
Солнце уже понемногу начинало садиться, освещая напоследок небольшую поляну посреди леса, к которой подходил мужчина с ребенком.
– Это же надо так, – расстроено покачал головой мужчина. – Всегда успевали, а тут на тебе, как будто специально. И сына взял почем зря, и ведь уже было ясно, что придется ночевать на этой поляне.
С приходом осени охотники уходили все дальше в поисках живности, так как предстояла долгая холодная зима, а дичь словно чувствовала
– Ну, как тебе, Кальд, заночуем на этой полянке? – обратился к сыну отец. – А то мы явно не успеваем в деревню, а ночью, чего доброго, заплутаем, или хищник какой нападет, – улыбнулся отец.
Кальд с любопытством, оглядывая, что-то на дальнем краю поляны, обернулся к отцу и радостно сказал:
–Конечно, – а про себя подумал: «Первый раз заночевать вне деревни в лесу, никто не поверит, тем более с отцом на охоте. Вернемся, в деревню, расскажу всем, пусть завидуют».
Как и всякий ребенок 10 лет отроду, Кальд мечтал, чтобы отец взял его с собой на охоту, конечно, он уже был с ним в лесу неоднократно, но ночевать вдали от дома ему еще не приходилось.
– Ну ладно, ты давай натаскай листьев и травы, вон туда под большой дуб, – показал отец рукой, – а я пойду соберу сушняка для костра, а то ночью замерзнем.
Он снял с плеча легкое копье со стальным наконечником, колчан с луком и стрелами, положил все рядом с тушками добытых зайцев, оставив себе только легкий топорик на поясе и ушел за хворостом.
Кальд, проводив его взглядом, занялся будущим костром и ночлегом. Как учил отец, притащил камней и очистив место от сырых листьев и травы, сложил аккуратное кострище, наломал мелких сухих веточек, и сложил их рядом. Потом начал стаскивать к будущему костру, собранные ветки с травой, сделав из этого наподобие двух лежанок. Оглядев все это со стороны критическим взглядом, подошел, примял, где надо, полностью успокоившись.
Отца все еще не было, солнце уже почти село, в лесу сгустились сумерки. Практически ничего не было видно, лишь на поляну, падало немного света.
Кальд прогуливался по поляне в ожидании отца, потом вспомнил о том, что его привлек какой-то блеск, от луча солнца, на дальней стороне поляны. Он не спеша подошел к тому месту, отодвинув в стороны ветки кустарника, он увидел небольшую, наполовину вросшую в землю, деревянную фигуру, выглядящую, как старый дед с длинной бородой со сложенными на животе руками.
– Точь-в-точь как наш староста! – улыбнулся Кальд, и взгляд такой же, смотрит нахмурившись.
Выточенная из цельного куска дерева фигура, была уже очень старой, потрескавшейся, покрытой темными пятнами и лишайником. Перед ней на плоском камне лежал нож, который и блестел в лучах солнца. Лезвие было небольшим, очень светлым, как будто его только что выковали в кузне, а вот рукоять была деревянной, украшенная узорами в виде листьев.
«Не
Конечно, он знал о таких местах, рассказывали, что в лесах, стоят старые фигуры лесных духов, которые раньше помогали людям, и им до сих пор приносят подношения, в надежде на помощь. И вот он собственными глазами рассматривает одно из изваяний и судя по ножу, кто-то все еще продолжает приносить дары.
«Красивый нож, очень красивый», – завороженными глазами смотрел Кальд. – «Вот бы ходить с таким на поясе по деревне, тогда не только друзья, все завидовать будут». Но брать его было нельзя, все знали, кто возьмет подношение, того кара настигнет неминуемая.
«Что же делать?» – прикусил губу Кальд. – «Да ладно, будь, что будет!» – и медленно потянулся рукой, чтобы взять нож.
– Я бы не стал этого делать, – произнес за его спиной мягкий, чуть насмешливый мужской голос.
Кальд, испуганно дёрнувшись, развернулся в сторону голоса. Перед ним стоял мужчина в темно-зеленом плаще, с закрытым повязкой лицом под накинутым капюшоном, так что видны были только одни глаза.
Кальд в страхе прижался к деревянному деду спиной, испуганно проглатывая слова выпалил:
– Да не собирался я брать этот нож! Просто хотел подержать, посмотрел и положил бы на место.
– Ну-ну, – сказал с улыбкой в глазах мужчина. – Конечно, так и есть, ты ведь знаешь, что нельзя брать дары Духам леса? Да? Кто возьмет, того потом будет ждать очень плохая судьба.
Кальд немного успокоился, незнакомец, явно, не собирался делать ничего плохого, и он отходя от него в сторону стоянки, спросил:
– А вы кто такой? Я, таких, как вы, еще не видел.
Незнакомец, не обратив внимания на его вопросы, посмотрел вглубь леса и произнес:
– Там кто? Твой отец идет, да? Вот с ним и поговорю, а ты мал еще много знать.
–
На краю опушки показался отец Кальда, он шел, закинув за спину охапку сухих веток, неся в свободной руке завернутую в тряпицу голубику. Заметив незнакомца, подошел к костру и отдав ягоды сыну сказал:
– На, полакомься. Не удержался, набрал, потому и задержался, – он свалил хворост на землю рядом с костром, после чего, подошел к мужчине, протягивая руку, здороваясь.
– Олег.
Незнакомец помедлил сначала, глядя на руку охотника, но потом протянул свою, одетую в зеленую перчатку из тонкой ткани.
– Александр из Велиграда.
– Ого! – удивился Олег. – Далеко вас занесло. Столица от нас через полмира. Гостей оттуда раз в десять лет увидишь, и то проездом. Судя по вашей одежде, вы, явно, не из простых.
Александр улыбнулся.
– Зоркий у тебя взгляд, все подметил, сразу видно охотник. Дела у меня в этих краях, так уж вышло, углядел вас, вот решил попроситься к вашему костру. Коротать ночь одному не очень хочется, да и вам, думаю, не помешаю. У меня с собой есть солонина и немного хлеба.