Кораллы Кайобланко

Григорий Темкин

Кораллы Кайобланко

Черное небо, словно бархатный фон, подчеркивало молочную ослепительность планеты, которая фарфоровым блюдцем улеглась посреди экрана. Неподалеку от блюдца разместилась голубоватая розеточка поменьше, с темными расплывчатыми пятнами, похожими на грубые, мазками написанные цветы.

"Что ждет нас на этих двух планетах?" - в который раз попробовал угадать эколог Игорь Краснов, вглядываясь в приближающиеся диски, которые почему-то назвали по-староиспански: Кайобланко и Кайонегро - Белый Камень и Черный Камень. Игоря вдруг неудержимо Потянуло туда, в чужой, незнакомый мир,

чтобы немедленно, сейчас же испытать все, что судьба уготовила их экспедиции.

– Боб!
– позвал он.
– А может, начнем с Кайонегро? Говорят, это планета гор. Сто лет не лазал по скалам.

Пилот Роберт Чекерс не ответил, но поза его красноречиво говорила, что он занят и его лучше не беспокоить с глупостями.

– Так что же, на Кайонегро не полетим?
– горестно переспросил Игорь.

– Полетим. Только после Кайобланко.

– Ну, давай хоть туда, - вздохнул Игорь.
– Только побыстрее бы...

– Когда намечено, тогда и прилетим.

– Гарантируешь?

– Если меня не будут постоянно отвлекать от дела праздношатающиеся ученые.

Игорь встал, крутнув вращающееся кресло, досадливо махнул рукой и вышел из рубки. Потом постоял в нерешительности, не зная, куда направиться: в лаборатории и вправду дел пока никаких нет, спать еще рано, а из рубки Чекерс его почти что выставил. "Праздношатающийся"! Ничего, сядем на Кайобланко, посмотрим, кто будет работать, а кто - праздно шататься. Да, но делать действительно нечего. "Пойду в салон, - подумал Игорь.
– Может, там Надя. Хоть поговорю с нормальным человеком".

Войдя в кают-компанию, Игорь увидел, что не ошибся: Надежда Сереброва, биохимик из его эколаборатории, сидела в мягком плюшевом кресле, уютно поджав под себя ноги, руки скрестив на груди. Голову ее почти полностью скрывал видеошлем, лишь слегка подкрашенные приоткрытые губы выглядывали из-под его матовой полусферы, да упруго выбивалась короткая черная коса.

– Надюша!
– позвал Игорь. Девушка не ответила. Игорь подошел к креслу, поднял с ворсистого пола коробку от видеокассеты: "Легенды о майя, ацтеках и инках". Все... От фильма ее теперь не оторвать. Игорь послонялся еще немного по кают-компании, от нечего делать сорвал ромашку в цветочной нише, сунул в коробку из-под "Легенд", улыбнулся и пошел к себе.

Тягость вынужденного безделья для Игоря и Надежды, к их великому облегчению, окончилась наутро.

В 6 часов 23 минуты по бортовому времени Чекерс вывел корабль на орбиту вокруг Кайобланко и отключил ионную тягу. Еще через час сорок закончилась расстыковка - дисколет сбросил с себя в несколько раз превосходящую его по массе ношу, которую весь путь толкал перед собой. Отделившись от грузового прицепа, не только хранящего запас горючего, склады, мастерские, радиоаппаратуру, но и защищавшего корабль от возможных опасностей в открытом космосе, дисколет сразу потерял в автономности и жизнеспособности. Однако груз, почти неощутимый в космическом пространстве, в условиях притяжения, близкого к земному, стал бы непосильной обузой. Да и у автономного дисколета запас надежности для планетарных условий более чем достаточный. Одним коротким ударом двигателей пилот сбросил дисколет с орбиты и начал планирующий спуск. На высоте четырех километров, когда атмосфера стала плотной, купол над центральной частью аппарата раздвинулся, и оттуда появились посаженные

на одной оси друг над другом, пропеллеры. Бесшумно завращались в противоположные стороны мощные лопасти, и дисколет сразу же обрел опору и движение.

С этого момента для трех человек, которые до сих пор были лишь членами экипажа, а двое, может быть, даже только пассажирами, с этого момента для них началось выполнение экологической программы. За неделю, которую план исследований отводил на каждую планету, им полагалось совершить на небольшой высоте облет планет и предпринять посадки по усмотрению эколога. Не слишком обширная программа, но их группа была первой, и они должны были лишь составить предварительный обзор, собрать исходные данные для долгосрочной, расширенной научной экспедиции.

Дисколет на малой скорости шел над Кайобланко. Под ним развернулся настоящий океан, спрятавший под своим соленым одеялом две трети всей планеты. Дул легкий ветер, и в изумрудных волнах, вздымающихся будто тугие бока гигантского, тяжело дышащего зверя, загорались льдинками и тут же таяли серебристые завитки. Ничего интересного.

– Пойду проведаю Роберта, - сказала Надежда и вышла из лаборатории. Игорь вдруг подумал, что Чекерс сидит в пилотском кресле, не вставая часов с двух ночи: почему-то, даже при самом мало-мальски сложном маневре, пилоты обязательно дублируют автоматику. А тут надо было произвести торможение, расстыковку, спуск в атмосферу, переход на вертолетный режим... Причем все это время Чекерс сидит один. Устыдившись собственного эгоизма, Игорь включил связь с рубкой.

– Эй, Боб, как ты там?
– позвал он и тут же услышал цоканье каблучков: в кабину пилота вошла Надя.

– Да, как ты, Бобби?
– повторила его вопрос девушка.

Чекерс обернулся, и Надя увидела, что на его гладком, круглощеком лице, которому большие пухлые губы обыкновенно придавали обиженный, ворчливый вид, проступил пепельного оттенка налет. Глубоко посаженные глаза выпукло оттенили синеватые мешки.

– Спасибо, ничего, - облизнул губы Роберт.

– Как это "ничего"!
– ужаснулась Надя.
– Да на тебе лица нет. И вообще, ты все эти дни работал как каторжный, а мы с Игорем баклуши били. Отдохнуть тебе надо...

– Вот сядем на первую посадку - отдохну. Сутки буду отсыпаться. А пока...
– Роберт извиняюще улыбнулся, - пока я не отказался бы от чашки кофе.

– Это я мигом, - откликнулась Надя.

– Слушай, Боб, - предложил Игорь по интеркому, - чего тебе еще шесть часов ждать посадки? Иди поспи, а я давай поведу. Мне все равно делать нечего. Да ты не волнуйся, - добавил он, почувствовав в молчании пилота сомнение, - тут же море. Тишь да гладь, никаких тебе маневров: знай держи курс и никуда не сворачивай. И потом, я же умею водить такие телеги, как наша...

Это Чекерс знал: как эколог, Краснов обучался вождению малых космических аппаратов. Однако дисколет был кораблем среднего класса, и доверять штурвал непрофессионалу Чекерс ни когда бы не стал - в космосе, на ионной тяге... Но на вертолетном ходу управлять дисколетом мог почти всякий обладатель любительских прав, тем более что полет над океаном действительно никакой сложности не представляет. Кроме того, Роберт и впрямь чувство вал себя усталым. Поэтому, оговорив, что Игорь будет идти на высоте ста метров и не быстрее ста километров в час, пилот уступил свое кресло.