Корейский Гамбит
Шрифт:
– Но это очень много, я… - закончить тётушка не успела.
Раздался звук удара чего-то тяжёлого об твердую поверхность.
– … Заткнись и плати! Иначе… - заорал вымогатель, сразу же после резкого звука.
– Аджумма, всё в порядке? – Джун выскочил из узкого коридора в основное помещение магазина и увидел, что перед прилавком напротив тётушки Ма стоит молодой парень лет двадцати трёх, в кожаной куртке и джинсах чёрного цвета. Классический «прикид» для местного преступного элемента.
Парень удерживал в правой руке телескопическую
– Аджумма? – Джун хотел уточнить о его возможной помощи. Прекрасно поняв, что тут делают эти ублюдки – нагло вымогают у его работадательницы деньги. Это ему сильно не понравилось.
– Всё хорошо, Джун, - частя и с испугом в голосе, сказала тётушка Ма. – Ты иди, иди, товар донеси, - она пару раз сделала правой рукой отталкивающий жест от себя в сторону Джуна.
– Да, иди отсюда! Э-э! – почти заорал в конце главарь.
Эта особенность у местных повышать голос на того, кто им не нравился или, когда они хотели задавать «авторитетом», раздражала Джуна, даже не совсем помнившего почему, но раздражала. Сильно!
– Иди, иди, мальчик, - продолжила тётушка Ма, не хотевшая, чтобы парню досталось ни за что.
– Да, иди отсюда! – опять прокричал главарь.
Не тронувшись с места, Джун внимательно и ожидающе посмотрел на тётушку Ма – та резко закивала, и он вынужденно отступил в коридор, перед этим очень тщательно запомнив лица и фигуры парней.
– Вы просите очень много! – голос тётушки Ма, хорошо слышимый Джуном, стоявшего за углом небольшого коридора, задрожал. – Если я буду вам платить 200 000 вон, то я не смогу содержать магазин, закупать товар. И мне придётся закрыть его.
– Мне плевать на это! Или плати или… – главарь не собирался уходить без денег.
Раздался звук открывшегося выдвижного ящика, шелест купюр.
– Так бы сразу, - раздался голос предводителя рэкетиров, а затем смех, поддержанный ещё несколькими молодыми глотками, а потом звякнул колокольчик на входной двери, оповестивший о том, что неприятные гости покинули магазин.
– Тётушка Ма, я перенёс коробки, - потерянная тётушка Ма стояла у кассы, как неожиданно позади раздался голос её помощника. – Может нужна помощь?
– Нет, нет, - строго заявила она. – Не нужна. Тебе деньгами?
– Нет, спасибо, - поклонился ей Джун. – Я бы опять взял едой.
– Да, конечно, - на её лице была вымученная улыбка.
– Возьми, ты знаешь, где лежит рамён.
– Тётушка, я могу это взять?
– Джун быстро прошел к стеллажу, где лежали упаковки рамена разных производителей и вкусов, выбрал три штуки, а потом кое-что заметил на соседнем стеллаже.
– Да, конечно, - в руке у парня Ма увидела упаковку с одной из масок для лица, которых у неё было несколько десятков видов и расцветок.
Очень полюбились покупателям вошедшие несколько лет назад в моду маски для лица. Изначально медицинские
– Аищи, можешь бесплатно забрать этот ужас, - она аж руками замахала. – Мне их подсунули, когда отвлеклась. Давно пора было выкинуть эту дрянь.
– Спасибо, аджумма, - он поклонился.
– Ещё себе можешь три упаковки рамёна дополнительно взять, - сказала она ему.
– И ещё это, - она протянула ему зелёную купюру номиналом в 10 000 вон.
– Это много, тётушка, я столько не зарабо…
– …Бери! – надавила она голосом, не дав ему закончить. – Ты молодой, тебе кушать хорошо надо, - она тяжело вздохнула.
– Спасибо, тётушка Ма, - поклонился Джун. – Желаю, чтобы в вашей кассе всегда была выручка.
– Иди уже, - махнул она на него рукой, пытаясь казаться спокойной.
Сейчас для неё даже эти деньги были достаточно серьезной суммой, пробивающей брешь в собственном бюджете, но парень молодой. У него растущий организм, ему нужно хорошо питаться, а она что-нибудь придумает.
Звякнул колокольчик, а парень будто растворился за дверью в наступающей тьме позднего вечера…
**********
– Так, завтра с утра нужно зайти к Киму и Чхои, - вещал Юн Кан, главарь местной банды, своим подручным, упомянув хозяев ещё двух магазинов.
Проблемы облагаемых данью владельцев магазинов его не волновали. Старшие приказали повысить сбор денежных средств, и он выполнит этот приказ в любом случае. Ничего страшного в повышении суммы на 50 000 вон он не видел. Эти зажравшиеся лавочники зарабатывают на их территории, так что должны делиться.
– Да! Сонбе! – его подчинённые сделали поклоны прямо на ходу, сопровождая своего вальяжного идущего босса.
– Что там с выполнением задания от Чон Мин Гу?
– спросил Юн Кан у своего ближайшего помощника.
– Всё выполнено, хённим (обращение к старшему брату, мужчине или главарю мафии, - прим), - угодливо доложил тот. – Бон Сок и Мин Хён доставили еду, как вы приказывали. Охранники остались довольны.
– А Соджу не просили? – нахмурился Юн Кан.
– Э-э, - заколебался помощник. – Просили, но я… - он замолчал.
– Это указание от хённима. Не вздумайте принести им соджу, - жёстко сказал Юн Кан. – Господин особо об этом предупреждал, - он очень грозно посмотрел на подчинённого.
– Да, хённим, - помощник ещё раз поклонился.
Чан Мин категорически запретил посещать катакомбы, ранее использовавшиеся для хранения различных вещей и предметов, о которых совершенно не стоит знать посторонним людям, а тем более – полиции!
Несколько дней назад, хённим вызвал его, представил четверых молчаливых мужчин без имён, отпечаток на лице которых однозначно говорил о том, чем именно они занимаются. Юн Кану было сказано, что эти люди от верхушки их преступного сообщества.