Король-Демон
Шрифт:
– Именно поэтому я посылаю тебя. У меня есть не меньше полусотни говорунов, способных за час убедить тебя, что ты никакой не Дамастес а'Симабу, а горный козел. И у короля Байрана предостаточно таких же гладкоречивых политиков. Но если в Джарру отправишься ты, Байран поймет всю серьезность моих намерений. Если его самый знаменитый военачальник прибыл ко мне с переговорами о мире, я обязательно бы его выслушал.
Я задумался. Тенедос был прав.
– Но что я скажу, что смогу предложить?
– В твоей власти делать все, что ты посчитаешь нужным, для предотвращения
– Мне понравилось твое предложение насчет Ренана! – взволнованно продолжил Тенедос. – Как только переговоры будут завершены и забрезжит надежда на мир, скажи королю Байрану, что я встречусь с ним в Ренане... или даже за границей Нумантии, на территории Майсира, если мне будут даны гарантии безопасности.
Дамастес, отправляйся в Джарру и принеси мне мир. Я прошу — нет, приказываю тебе выполнить самую важную задачу, с которой столкнулась Нумантия с тех пор, как я взошел на престол.
Взгляд императора жег меня насквозь; я прочел в нем искренность.
– Хорошо, ваше величество. Я поеду в Майсир... и сделаю все, что в моих силах.
Тенедос как-то весь обмяк.
– Хвала Сайонджи, – прошептал он. – Ты только что спас наше государство.
Но как, черт побери, мне добраться до Джарры? Единственная известная мне дорога проходила через Сулемское ущелье, мимо столицы Кейта Сайаны, а затем через границу в Майсир – именно там пролегал караванный путь в Джарру.
Но в Сайане, столице Кейта, до сих пор сидел на троне ахим Бейбер Фергана. Услышав обо мне, он прикажет всем солдатам своего королевства обнажить мечи, а всем колдунам-джакам в горах твердить заклинания, призванные поразить меня молнией.
Я никак не мог выбрать наиболее безопасный и быстрый способ путешествия – взять в качестве эскорта целый кавалерийский полк, скорее всего Юрейских Улан, или же двигаться без сопровождения, инкогнито, как я уже не раз делал в прошлом.
Я приказал принести мне карты, что было большой ошибкой. Не успел я посидеть над ними и двух часов, как ко мне пришел гость. Трибун Йонг, настоявший на том, чтобы я принял его без промедления. Торопливо прикрыв карты, я бросил сверху первую попавшуюся папку с документами. Войдя в комнату, Йонг кивнул и сразу же прошел к столу с картами.
– Симабуанец, ты считаешь себя очень умным? – криво усмехнулся он.
Я недоуменно молчал.
– Как ты собираешься пересечь Кейт? – продолжал Йонг.
– Проклятие, как ты узнал? – с трудом выдавил я.
– Хоть ты и произведен в трибуны, ты все равно остался дураком, – ухмыльнулся Йонг. – Ты забыл, что я уроженец Кейта. Я служу Нумантии – в настоящий момент, – но родом я из Кейта. Я знаю все, что можно знать о моей стране и о том, кто ею интересуется. Когда мне случайно становится известно, что первый трибун, генерал армии, запрашивает карты Сулемского ущелья и караванного пути от Сайаны к майсирской
– Йонг, в хитрости тебе нет равных.
– Ха! – ответил мой гость. – Но из того, что ты, варвар, не научился пить огненную воду, еще не следует, что ты не можешь быть радушным хозяином.
– Третий шкаф от окна, – сказал я. – Там и стаканы.
Перебрав бутылки, Йонг остановился на одной из них и, сорвав восковую печать, вытащил зубами пробку и выплюнул ее на пол.
– Я так понимаю, ты собираешься выпить ее в одиночку.
– Естественно, – улыбнулся он. – Чем еще ты сможешь расплатиться с человеком, который собирается спасти тебе жизнь? – Налив себе стакан, Йонг осушил его залпом и удовлетворенно крякнул. – Хорошо. Помои тройной очистки. Этой мочой можно очищать мечи от ржавчины. – Он снова наполнил стакан. – Бедняжка, – промурлыкал Йонг, подходя к столу и снимая с карт покрывало. – Пытаешься решить, как пересечь мою родину, – на цыпочках или с развернутыми знаменами под бой барабанов, да?
– Ну, не дают мне иметь свои маленькие тайны! – пожаловался я.
– Куда тебе с такой тупой, покорной рожей! Я считаю оба плана чистейшим козьим дерьмом, – сказал он. – Если ты пойдешь с солдатами, тебе придется взять всю нумантийскую армию, черт возьми, в противном случае ахим Бейбер Фергана будет охотиться на тебя. Я прекрасно его понимаю, потому что я научил себя мыслить, как мыслит свинья. Как мыслит умная свинья, вроде Ферганы, а? Твой старый знакомый костьми ляжет, чтобы посадить тебя в железную клетку на окраине Сайаны и наблюдать за тем, как ты будешь там гнить заживо.
– Итак, первый план глуп, – закончил Йонг. – Ха! – Он выпил. – Правда, второй еще глупее. Ты вспомнил, как мы забрались в пещеру к этому чертову демону Тхаку и перебили всех его Товиети. И сейчас ты собираешься нарядиться сельским дурачком и в таком виде пересечь весь Кейт, да?
Я угрюмо кивнул.
– Ха! – снова с чувством воскликнул Йонг, презрительно смахивая карты на пол. – А теперь слушай, симабуанец, что ты будешь делать. Ты пересечешь границу, но в Кейт ты даже ногой не ступишь.
– Я полечу по воздуху, – усмехнулся я.
– Нет. Ты отправишься туда, где у горных баранов от страха кружится голова. Ты поднимешься над облаками и сможешь мочиться на них, но твоя моча будет замерзать, не достигая земли. Я, Йонг, знаю другой путь. Тайную тропу, которая доставит тебя прямо в самое сердце Майсира.
Его лицо озарилось злорадным торжеством.
– Ну а теперь я могу оставить себе эту бутылку?
Солнце взошло меньше часа назад, и набережные были пусты. Остановив своего коня, я оглянулся на пятиэтажное здание, бывшее моим домом.
На верхнем этаже, в окне за балконом, в той комнате, где была наша спальня, едва заметно шелохнулась занавеска.
Мне показалось, я увидел за ней чей-то силуэт.
Утренний ветерок снова колыхнул занавеску и утих. Наступила полная тишина. Никто так и не вышел на балкон.
Подождав, я тронул коня. Тот, фыркнув, медленно застучал копытами по мостовой. Я ни разу не оглянулся.
Час спустя я уже был на корабле, поднимавшемся по реке к майсирской границе.