Король поневоле
Шрифт:
– Т'oрус, а граф не боится короля, нападая на путников?
– Вальд, ты что, из тех, кто верит в то, что Игн'aр III в состоянии обуздать герцогов и графов? Думаю, что ему это вообще не силам.
Так, стало известно имя короля. Надо продолжать:
– А что, в этой части страны нежить нападает на дружины?
– Насколько я знаю, нападение нежити – очень редкая проблема в Панн'oнике в любых местах, так как власти и маги крайне не любят некромантов, и активно преследуют их.
Так, с этим тоже понятно. Но, непонятно, почему напали именно на их обоз? Надо будет потом на досуге об этом подумать.
По дороге путники постепенно
К сожалению, у убитых дружинников не было щитов – они были классическими рейдерами в дозоре, располагали арбалетами, и щиты им, видимо, были не положены. Кожаные штаны, прикрывшие колени дополнительными кожаными пластинами, они также надели: всё в руках меньше тащить. Т'oрус пообещал потом отдать свой арбалет Владу (мечник не привык им пользоваться), и тот задумал объединить два в один, сделав двухзарядный арбалет – видел такой в каком-то фильме.
– Спасибо. Скажи, может, эти мертвяки пришли из-за границы?
– Ну, до Сильв'aны не так уж и далеко, но вряд ли бы они смогли дойти оттуда незамеченными. До Лрии ближе, но там тоже пограничная стража не дремлет. До Мор'aвы ещё дальше, тоже не то. Не, похоже – свои.
Во время ответа он вертел головой, как бы смотря в ту сторону и прикидывая расстояние. Так, удалось понять, что вокруг Панн'oники – три государства: на востоке и юге – Сильв'aна, на западе – Лрия, а на севере – Мор'aва. Кстати, очень знакомое слово – Влад помнил, что в середине Европы располагалась Моравия, где в его мире была Чехия. Он, что, на территории Словакии или Венгрии? А, что, природа подходит, баобабов же здесь нет, вполне европейская флора и фауна. И близости океана не чувствовалось – это Влад как житель Приморья легко мог почувствовать.
За пару часов Влад с Т'oрусом почти бегом отмахали километров десять или, как определил это расстояние мечник, пять лиг. Судя по всему, лига в этом мире примерно равнялась двум земным километрам, и надо было привыкать к единицам измерения чужого, но становившегося на всю оставшуюся жизнь родным мира. Лес вокруг не изменился – остался всё таким же: высоким, густым, тёмно-зелёным.
Вскоре его спутник радостно заулыбался, и показал рукой:
– Вальд, видишь вон то корявое дерево?
Дерево было, действительно, приметным: ствол изгибался на высоте метров полутора от земли, стоял на высоком бугре, вокруг была приличных размеров опушка. Он посмотрел на Т'oруса.
– Я нашёл дорогу, и знаю, где мы. Теперь сможем вскоре добраться до надёжного места, где сумеем почти безопасно переночевать.
Вариантов особых не было, и Влад кивнул. Ночная пробежка оказалась очень тяжёлой, надо было восстановить силы. Напарник не казался безграмотным и беззаботным. Должен понимать, что будет, если их найдут.
К полуночи Т'oрус привёл Влада на маленький зелёный островок на реке, куда они без проблем перешли вброд, сняв с себя часть одежды. Заодно напились. Температура весенней воды
Глава третья. Союзник
Но разбудило утром их не чувство свободы, а голода. Пели птицы, всё так же шумела вода в реке. Над её зеркалом колыхался небольшой туман.
– Т'oрус, что есть будем? Брюхо урчит!
– Рыбы сейчас потихоньку наловим. Ты умеешь бредень делать?
– Нет, не жил на реке.
– Сейчас покажу, как его можно сделать.
Основой стали две длинных ровных ветки, выломанные в кустах. Основой самой сети стала верёвка, длинные мотки которой оказались в котомках прежних обладателей. Быстро сплетя сеть с ячейками примерно по три сантиметра, они взяли получившуюся снасть длиной метров шесть, разделись догола, и зашли в воду: решили и половить рыбу, и искупаться одновременно. Долго ходить с бреднем было опасно: слишком прохладная вода.
Но, и за небольшое время рыбы попалось в бредень достаточно: в основном, то были обычные и знакомые Владу окуни, которых почистили (вспомнилось это нехитрое искусство) и подкоптили. С огнём также проблем не возникло – вокруг было полно сухих веток и коры, а в котомках оказались кремни и кресала. Правда, огонь развёл Т'oрус, Влад шифровался, но тщательно запомнил несложную технологию. От реки тянуло свежим ветерком, дым костра и запах коптящейся рыбы навеял радостные воспоминания о прошлой жизни в турпоходах: жизнь налаживалась.
Похоже, все стартовые проблемы в этом мире удалось преодолеть. Владу захотелось узнать, как дела у его мага-напарника, оставшегося в его мире. Удалось ли ему предотвратить гибель его друзей: весельчака Сашки Вихорева, крепыша Виктора Ляшенко, балабола Федьки Требухина, зануды Славки Зайцева? Даже такую сволочь, как Димка Блохин, которому многое прощали только за его маленькую трёхлетнюю дочурку Аську, которую все знали и любили, хотелось бы видеть живым. Но, все его друзья остались в прошлом мире. И ему теперь надо подумать, как здесь обустроиться побыстрей, понадёжней и получше. Надо было ещё кое-что выяснить у напарника:
– Т'oрус, тебе этот бредень нужен?
– Нет, у меня дома получше есть.
– Я возьму себе его?
– Бери!
Влад упаковал просушенный бредень в приспособленную под переноску пока весьма скромных пожитков одну из взятых ими вчера у убитых котомку: она напоминала рюкзак-«почтальонку» на одной лямке из его мира, только сделанную из грубой холстины. Там покоились снятые с него вчера Т'oрусом оковы и добытый у охранника кошель. В нём лежали пять медных (самые мелкие в Панн'oнике), две бронзовые (к таким приравнивали десять медных) и две железные (их составляли десять бронзовых) монеты. Они наелись и отдыхали, набираясь сил.