Король сделки

Гришэм Джон

Сейчас в коридоре царила мертвая тишина. Обе «подруги» яростно гладили его каждая по «своей» руке.

Ребекка моргнула первой. У нее не оставалось выбора, в конце концов, она действительно была замужем.

– Ну, мне пора. – И она медленно двинулась к выходу, словно не хотела уходить и оставлять поле боя за соперницей. Клей был тронут.

Как только дверь за ней закрылась, Ридли отошла к окну и долго стояла там, глядя перед собой невидящим взором. Клей углубился в газету, не обращая на Ридли никакого внимания и даже не замечая ее присутствия.

– Ты ведь любишь ее, правда? – сказала она,

не отходя от окна и стараясь казаться уязвленной.

– Кого?

– Ребекку.

– Ах, ее. Да нет, просто давняя подруга...

При этих словах Ридли быстро обернулась и подошла к кровати.

– Не принимай меня за дурочку, Клей!

– Я и не принимаю, – ответил он, продолжая смотреть в газету. Поскольку ее попытка разыграть сцену из «высокой» драмы его ничуть не растрогала, Ридли схватила сумочку и, нарочито громко стуча каблуками, покинула палату. Минуту спустя заглянула медсестра проверить, не пострадал ли пациент.

А еще через несколько минут, выйдя из зала, с сотового телефона позвонил Оскар. В заседании был объявлен короткий перерыв.

– Ходят слухи, что Мунихэм сегодня утром отказался от сделки на десять миллионов.

– Это Флит тебе сказал?

– Нет, мы не виделись. Что-то заставило его воздержаться от встречи. Постараюсь отловить его во время обеда.

– Кто сейчас дает показания?

– Еще один эксперт фармацевтов, женщина-профессор из Дьюка, чихвостит правительственный доклад по максатилу. Мунихэм уже точит нож. Расправа будет ужасной.

– А тебе слухи кажутся правдоподобными?

– Я не знаю, чему верить. Похоже, мальчиков с Уоллстрит они очень волнуют. Им сделка на руку, потому что ставки стали бы предсказуемыми. Я позвоню вам в обеденный перерыв.

Процесс во Флагстафе мог иметь три исхода, два из которых оказались бы убийственными. Суровый вердикт вынудил бы компанию пойти на соглашение, чтобы избежать многолетней тяжбы и постоянной угрозы новых исков, которые пришлось бы удовлетворять. Сделка, заключенная в ходе процесса, могла бы означать общенациональную программу компенсаций для всех истцов.

Вердикт в пользу «Гофмана» заставил бы Клея шевелиться и начать подготовку собственного процесса в округе Колумбия. При этой мысли острая боль вернулась, в голове снова застучали молоточки.

Неподвижное лежание на больничной койке само по себе было пыткой. Но при молчащем телефоне пытка становилась невыносимой. В любой момент фирма «Гофман» могла предложить Мунихэму достаточно денег, чтобы тот согласился на сделку. Самолюбие, разумеется, будет подталкивать старика добиваться вердикта, но и интересы клиента он игнорировать не сможет.

Медсестра опустила жалюзи, выключила свет и телевизор. Когда она ушла, Клей положил телефон на живот, натянул простыню на голову и стал ждать.

Глава 40

На следующее утро Клея снова отвезли в операционную, чтобы чуточку «подогнать» штыри и скобы в его ногах, как выразился врач. Какой бы простой ни была операция, она потребовала общей анестезии, отключившей его на большую часть дня. В палату Клея привезли лишь после обеда, и там он проспал еще часа три, прежде чем действие наркоза окончательно выветрилось. Не Ридли и не Ребекка, а все та же преданная Полетт

дежурила у его постели, ожидая, когда приятель очнется.

– Есть новости от Оскара? – сразу же спросил Клей, едва ворочая языком.

– Он звонил, сказал, что все идет хорошо. Без подробностей, – доложила Полетт. Она расправила простыни, взбила подушки, дала воды и, когда Клей окончательно пришел в себя, побежала по делам, вручив ему перед уходом запечатанный толстый конверт, присланный экспресс-почтой.

Пакет был от Пэттона Френча. В написанной корявым почерком записке он желал Клею скорейшего выздоровления и еще чего-то, чего Клей не смог разобрать. В конверт была вложена справка, присланная управляющему комитету истцов (а ныне ответчиков). Хелен Уоршо доводила до их сведения, что список ее клиентов, предъявивших претензии своим бывшим адвокатам по делу о дилофте, увеличился. Количество пациентов, у которых образовались повторные опухоли, росло как на дрожжах по всей стране, и нынешние ответчики все глубже увязали в зыбком песке. Сейчас к ее коллективному иску присоединился уже триста восемьдесят один клиент. Двадцать четыре из них в прошлом были клиентами JCC – на три человека больше, чем на прошлой неделе. Фамилии Клею были по-прежнему незнакомы, и он снова удивился тому, как могли пересечься их пути.

Наверное, его бывшие клиенты получили бы удовлетворение, увидев его в больнице избитым, израненным, с переломанными костями. Вероятно, кто-то из них лежал сейчас здесь же, этажом ниже, после операции по удалению опухолей из внутренних органов, а их родные сидели у постелей умирающих, прислушиваясь к тиканью часов, отсчитывающих последние минуты их жизней. Клей знал, что не виновен в их болезни, но почему-то чувствовал себя ответственным за их страдания.

По дороге из гимнастического зала заглянула Ридли. Она притащила целый ворох журналов, книг и всячески старалась продемонстрировать заботу. Через несколько минут после своего появления она сказала:

– Клей, звонил декоратор. Мне нужно вернуться на виллу.

«Интересно, этот декоратор мужчина или женщина?» – хотелось спросить Клею, но он сдержался. Ее отъезд – прекрасная идея!

– Когда? – спросил он.

– Может быть, завтра. Если самолет свободен.

Как он мог не быть свободным – ведь Клей, по понятной причине, никуда лететь не собирался.

– Конечно. Я позвоню пилотам. – Ее отсутствие облегчит его существование. В больнице от нее все равно никакой пользы.

– Спасибо, – сказала красотка, села в кресло и стала листать журнал. Через полчаса ее время истекло. Она поцеловала его в лоб и исчезла.

Следующим явился детектив, который сообщил, что рано утром в воскресенье неподалеку от бара в Хагерстоуне, Мэриленд, были арестованы трое мужчин из Ридсбурга. При аресте они оказали сопротивление и хотели удрать в темно-зеленом микроавтобусе, но водитель чего-то не рассчитал, и машина свалилась в сточную канаву. Детектив предъявил ему цветные фотографии подозреваемых. Все трое имели разбойничий вид. Клей не смог опознать ни одного из этих людей.

По сведениям начальника ридсбургской полиции, все они работали на заводе компании «Хэнна Портленд». Двое только что были уволены, вот и все, что детективу удалось узнать у тамошних властей.