Король-сердцеед
Шрифт:
Это был Грибуйль, канатный плясун днем и грабитель ночью. За десять экю он готов был убить кого угодно, и Рене частенько пользовался его услугами.
— Грибуйль, — сказал ему Флорентинец, — я оставлю эту женщину у тебя. Смотри, ты отвечаешь мне за нее головой!
Грибуйль только улыбнулся в ответ и повел Рене с его жертвой в дом.
Рене, войдя вместе с Саррой в низкую комнату с закрытыми железными решетками окнами, сказал еврейке:
— Прошу вас простить меня, но вам придется провести ночь в этой убогой обстановке. Однако поверьте, уже завтра
— Уйди прочь, негодяй! — презрительно ответила ему Сарра. — Я в твоих руках, и ты можешь меня убить, но в твоей власти только моя жизнь, и больше ты ничем не воспользуешься от меня!
Рене презрительно рассмеялся. Но тут Сарра заметила острый каталонский нож, лежавший на столике у кровати, не задумываясь, прыгнула, словно дикая кошка, и через секунду нож был уже в ее руках. Рене хотел броситься на нее и отнять опасное оружие, но Сарра приставила нож острием к своему сердцу и крикнула:
— Еще один шаг, и я убью себя!
Взор Сарры дышал такой решимостью, что Флорентинец сразу понял серьезность ее намерения.
— Ну хорошо, хорошо, красавица! — сказал он с наглой усмешкой. — Я уйду и дам вам отдохнуть и отоспаться! Покойной ночи! Желаю вам набраться разума для завтрашнего утра и понять свою собственную выгоду. Я так люблю вас, что готов даже жениться на вас! Покойной ночи!
Рене ушел. Сарра слышала, как загремели засовы и замки за дверью ее комнаты.
Не выпуская ножа из рук, она бросилась на кровать, чтобы хоть немного отдохнуть и собраться с мыслями. И вдруг она сразу успокоилась: ведь Рене ищет главным образом ее богатства. Ну, так… И красотка-еврейка стала с нетерпением дожидаться наступления следующего дня.
Но наступило утро, день, вечер, а Рене не было. Сарра чрез вычайно волновалась, так как в силу пришедшего ей на ум решения появление Рене должно было принести ей свободу, а последняя была особенно нужна ей теперь, когда она так волновалась за жизнь своего принца Генриха!
Наконец прошла вторая томительная ночь, наступило утро, и засовы заскрипели, отпирая дверь. Вошел Рене.
— Ну-с, красавица, — сказал он, — набрались ли вы благоразумия?
— Назад, негодяй, ни шагу дальше, или я проткну себе сердце ножом! — крикнула Сарра. — Мы еще можем столковаться, но вы не должны ни на шаг приближаться ко мне!
«Она потребует, чтобы я женился на ней»! — подумал Рене и, опустившись на стул у дверей, произнес:
— Ну-с, я слушаю вас!
— Мы здесь одни, — начала Сарра, — нас никто не подслушивает, поэтому мы можем говорить откровенно. Вы убили моего мужа Самуила Лорьо…
— Сударыня! — крикнул Рене бледнея.
— Да, это вы убили его! — спокойно продолжала Сарра. — Вы сделали это с двойной целью, а именно — чтобы похитить меня и забрать себе сокровища покойного.
— Берегитесь! — с бешенством крикнул Рене.
— Ну-с, а на самом деле вы не нашли ни женщины, ни сокровищ. Я только одна знаю тайну; где они помещаются. Ввиду того что я предпочитаю даже смерть
— Полно! — с наглой усмешкой ответил Рене. — Я женюсь на вас и получу и женщину, и сокровища!
— Ошибаетесь! — ответила красотка-еврейка. — Достаточно вам тут же на месте не прийти к определенному решению или отказаться от предлагаемого мною торга, как я на ваших же глазах убью себя, и тогда у вас не будет ни того, ни другого! Ну, я жду!
Рене видел, что Сарра способна сдержать свое слово и что ему предстоит выбор между тем, отказаться от всего или только от части, иначе говоря, отказаться ли и от женщины, и от сокровищ или только от женщины. Поэтому, окинув всю красивую фигуру Сарры взором сожаления, парфюмер королевы сказал:
— Ладно! Я принимаю ваше предложение!
— Мне этого мало! — сказала Сарра, когда услыхала согласие Рене на ее предложение. — Я честная женщина и никогда не лгала ни Богу, ни людям, и если я дала обещание, то слепо сдержу его. Но ты, Рене Флорентинец, Рене-отравитель, Рене-убийца, ты жонглируешь клятвами и обещаниями, и я не могу поверить лишь одному твоему слову. Поэтому я клянусь тебе, что передам тебе тайну своих сокровищ лишь в тот момент, когда ступлю в Наварру, где я буду в безопасности от твоих козней. Пусть в этом путешествии меня сопровождает избранный тобою человек. В тот момент, когда я переступлю французскую границу, я передам ему письмо для тебя, и в этом письме будет все сказано!
— Но вы можете и обмануть меня! — сказал Рене.
— Я еще никогда не изменяла данному слову. Рене задумался.
— Да поймите, — продолжала Сарра, — что Самуил Лорьо скопил просто бесценные сокровища на сказочную сумму! Все это запрятано так хорошо, что ищите вы эти сокровища хоть сто лет, вы не найдете ничего! Но пустите меня на свободу, дайте мне добраться до Наварры — и богатство станет вашим!
В тоне Сарры было столько искренности, что Рене в конце концов поборол свою нерешительность.
— Пусть будет так! — сказал он. — Вы свободны! Он открыл дверь и отступил на шаг.
— Дальше от дверей! — крикнула Сарра.
Рене отступил еще дальше. Тогда, не отнимая кинжала от груди, красавица еврейка вышла из дверей на улицу.
Теперь она была свободна и стремглав кинулась бежать к кабачку Маликана.
Там ее встретила Миетта.
— Боже мой! — — крикнула девушка. — Откуда вы? Что с вами случилось? Где вы были?
Сарра нашла в себе силы сказать лишь одно слово:
— Генрих?
— Спасен, спасен! — ответила Миетта. — Его рана оказалась неопасной, он останется жив!
— Я хочу видеть его! Где он?
— Он в безопасном месте, но сейчас идти туда рискованно: ведь вас может выследить Рене!
— О, теперь я не боюсь Рене, — ответила Сарра, — потом я объясню тебе все, а сейчас. Бога ради, бежим туда!
Так и случилось, что Сарра появилась в комнате принца. На вопросы Генриха и Ноэ, изумленных ее неожиданным появлением, она рассказала все, что с ней случилось.