Король вампиров
Шрифт:
— Это заклинание телепортации, о котором я тебе рассказывал.
Эви, задыхаясь, по-прежнему стояла на месте с широко раскрытыми глазами. Затем, спотыкаясь, медленно обернулась, осматривая окружающую обстановку.
Роман смотрел, как она всем своим дрожащим существом впитывает открывшийся вид. И скользнул взглядом по окружавшему их миру. Это было одно из его самых любимых мест в мире. Все, что он обожал, и ничего такого, чего бы не любил. Он создал его сам — и никто другой не знал о существовании этого рая.
Огромная пещера размером с
У некоторых из них перила обвивали лианы из цветов. Другие оказались украшены газовыми, призывно мерцающими фонариками. В центре каждого островка, на ложе из трилистника или мха, росло одно дерево. Ветви деревьев раскинулись над островками словно баньяновые скамейки, приглашая сесть и отдохнуть. На ветках виднелись ярко окрашенные почки, сладкие освежающие фрукты, которые, насколько известно Роману, не пробовал ни один человек. Как вампиру, ему не суждено питаться подобным. Но частью своего существа он всегда наслаждался ароматами мира смертных. Это было его собственное творение. Сочетание самых любимых фруктов в одном месте.
Воздух в пещере идеальной температуры, не слишком горячий и не слишком холодный. Вдалеке гудел водопад, журчали реки, текущие в постоянном успокаивающем ритме. Но самым привлекательным оказался маленький коттедж с соломенной крышей, стоявший на большом острове. Снаружи было невозможно определить, но Роман знал, что дом двухэтажный. С крошечной кухней, обеденным гарнитуром и кресло-качалками, занимавшими весь второй этаж. Винтовая лестница вела на чердак, где и спал Роман.
В коттедже имелось два камина: один на втором этаже и один у дальней стены чердака. Из единственной трубы на крыше дома вился дымок. Но воздух в огромной пещере оставался волшебно чистым и свежим.
Вдоль стен росли и мерцали кристаллы разных цветов и размеров, словно разбросанные украшения из самоцветов. Как драгоценных, так и полудрагоценных.
Волшебное место. Рожденное магией, заклинаниями и колдовством, которые наслаивались друг на друга в течение тысячелетий. Роману потребовалось бессчетное количество жизней, чтобы создать потрясающее по красоте убежище. И никогда, ни разу за все это время, он даже не подумал о том, чтобы привести сюда с собой еще одно существо.
До сих пор.
Отведя взгляд от пещеры, которую прятал от всего мира, Роман посмотрел вниз, на женщину, с которой наконец смог разделить подобную красоту. Она стояла очень тихо. За журчанием ручьев, отдаленным ревом водопада едва слышалось ее дыхание.
— Где мы?
— Это мой дом, — сказал он. — Мой настоящий дом.
Эви снова огляделась, с благоговением в золотистых глазах, с открытым ртом, с застывшим на лице недоумением. Слегка покачала головой.
— Я никогда… — Замолчала, сглотнула, а затем сделала самое замечательное, что Роман когда-либо видел. Улыбнулась. — Я никогда в жизни не видела ничего прекраснее, — прошептала она, снова взглянув на него.
Роман выдохнул, осознав, что задержал дыхание с тех пор, как они материализовались в пещере.
— Ты даже не представляешь, как я рад это слышать.
Эви с детской непосредственностью и очарованием смотрела на него снизу вверх.
— Потому что я никогда и ни с кем этим не делился, — ответил вампир. — Ты первая.
Эви развернулась на месте, явно ошеломленная увиденным. А потом снова покачала головой.
— Первая?
— За тысячи лет своего существования, Эвелин, я никогда не испытывал к женщине того, что сейчас испытываю к тебе. Именно поэтому ты здесь.
Глава 10
Эви обхватила руками дымящуюся чашку, наблюдая, как от горячего чая поднимается пар. В небольшом камине весело потрескивало пламя. Воздух здесь оказался таким же чистым, как и снаружи пещеры, но вдобавок вокруг витал аромат корицы, гвоздики и свежеиспеченного хлеба.
Она ощущала спокойствие.
Бессмысленное спокойствие. Эви осознавала, что должна была истерически рыдать или, возможно, выть, словно гиена, сидя на земле и раскачиваясь вперед-назад. Она словно нырнула в кроличью нору. И пещера снаружи служила тому буквальным доказательством.
Но вопреки общепринятым психологическим законам, правда заключалась в том, что после того как Роман привел ее в пещеру и показал то, что на самом деле оказалось правдой… Сердцебиение Эви начало замедляться. Вздохнула легче. Мысли перестали кружиться.
Эви понятия не имела, как лучше описать, что чувствовала, словно какой-то недостающий кусочек пазла встал на место. И вот она сидит за небольшим полированным деревянным обеденным столиком, а Роман подает ей горячий чай, хрустящий тост с маслом.
Почти кайф. Словно после невероятно сильной и продолжительной боли вдруг подействовало обезболивающее, избавляя от страданий. И все тело обмякает от усталости, благодарности, наполненное умиротворением.
Именно это она и ощущала, даже несмотря на все, что он рассказал ей за последний час. Что видел ее во снах, что очень древняя и уважаемая ведьма предсказала ее существование, и что сама Эви… отличалась от других. Он не мог пояснить, чем именно, но она отличалась от других людей точно так же, как он отличался от всех остальных.