Король воров
Шрифт:
Проспер пригладил свои темные волосы, убирая их со лба.
— Вон там, в переулочке, я знаю магазинчик электротоваров, — сказал он, заботливо поднимая на братишке воротник курточки: он заметил, что Бо от холода вжимает голову в плечи.
И они снова влились в поток прохожих. Это был рыночный день, так что и на самом мосту Риальто, и в прилегающих переулках народу было еще больше, чем обычно. Стар и млад, мужчины, женщины, дети — все были тут, все толклись у лотков и прилавков, протискивались вперед, пятились назад, обвешанные и нагруженные сумками и пакетами. Старухи, никогда в жизни
— Оса! — Бо схватил девочку за руку, одаривая ее одной из самых неотразимых своих улыбок. — Купи мне вон то маленькое пирожное!
Оса ласково потрепала его по щеке, но непреклонно покачала головой.
— Нет, — решительно сказала она, подталкивая его дальше.
Лавка электротоваров, которую высмотрел Проспер, оказалась совсем крохотная. Однако в витрине среди кофеварок и тостеров нашлось место и игрушкам, перед которыми Бо в восхищении замер.
— Но я же есть хочу, — прохныкал он, упираясь ручонками в витринное стекло.
— Ты всегда есть хочешь, — отрезал Проспер, открывая дверь магазинчика и пропуская Осу к прилавку: сам он вместе с Бо остался на пороге.
— Scusi [2] , — обратилась она к пожилой продавщице, которая, стоя к ней спиной, смахивала пыль с товаров. — Мне нужны две батарейки для транзисторного приемника.
Женщина положила батарейки в маленький пакетик, а в придачу протянула Осе еще пригоршню карамелек.
— Ах, какой славный малыш! — сказала она и весело подмигнула Бо. — Белокурый, ну прямо ангелочек. Это что, братья твои?
2
Извините (итал.)
— Нет. — Оса покачала головой. — Вернее, братья, но только двоюродные. Погостить приехали.
Проспер попытался заслонить собой Бо, но тот ловко проскользнул у него под рукой и, подскочив к прилавку, хапнул пригоршню леденцов.
— Graczie! [3] — поблагодарил он и тут же шмыгнул обратно к Просперу.
— Un vero angelo! [4] — восхитилась продавщица, укладывая деньги в ящичек кассы. — Только скажи его матери, пусть штаны ему зашьет, да и одевает потеплее. Зима на носу. Слыхали, как ветер-то сегодня в трубах завывал?
3
Спасибо! (итал.)
4
Ну чистый ангелочек! (итал.)
— Обязательно скажем, — пообещала Оса, засовывая батарейки в свою туго набитую сумку. — Всего хорошего, синьора.
— Ангелочек! — передразнивая, повторил Проспер, когда они снова нырнули в уличную суматоху. — Дались же им всем твои белокурые локоны и круглая мордашка, а, Бо?
Но братишка в ответ только показал ему язык, сунул в рот леденец и кинулся
— Бо, не так быстро! — недовольно крикнул Проспер ему вслед, но Оса только усмехнулась.
— Да пусть себе! — сказала она. — Уж как-нибудь не потеряется. Вон он, видишь.
Вдалеке Бо скорчил им рожицу и попытался на одной ножке обскакать оброненный кем-то апельсин, но споткнулся и плюхнулся прямо под ноги целой группе японских туристов. Он испуганно вскочил и тут же расплылся в улыбке, заметив, как две японки потянулись за фотоаппаратами. Но не успели они начать щелкать, как Проспер, решительно ухватив братца за шкирку, поволок его дальше.
— Сколько раз тебе говорить: не давай себя фотографировать! — шипел он на ходу.
— Да ладно, ладно! — Бо вырвался у него из рук и ловко перепрыгнул через брошенную кем-то пустую сигаретную пачку. — Это же были китайцы. Тетя Эстер никогда в жизни не увидит, что они там нащелкали. К тому же она уже давно взяла себе другого мальчика. Ты сам говорил.
Проспер кивнул.
— Да-да, так оно и есть, — пробормотал он. Но при этом посмотрел по сторонам так, будто тетя прячется где-то тут, в толпе, совсем рядом, готовая в любую секунду выскочить и схватить Бо в охапку.
От Осы его взгляд не укрылся.
— Опять про тетю вашу вспомнил, да? — спросила она, понизив голос, хотя Бо давно уже снова несся где-то впереди. — Да забудь ты о ней, она давно уже вас не ищет. А если даже и ищет, то где угодно, только не здесь.
Проспер пожал плечами, недоверчиво разглядывая спины двух впереди идущих женщин.
— Наверно, — не слишком уверенно согласился он.
— Да точно, — все тем же сдавленным шепотом настаивала Оса. — И прекрати наконец из-за этого переживать.
Проспер кивнул. Хотя отлично знал, что переживать. не прекратит: не может. По ночам Бо спит сладко, как котенок, а ему, Просперу, чуть ли не каждую ночь эта Эстер снится. Сварливая, вечно всех понукающая Эстер, прилизанная лаком для волос, словно клеем.
— Эй, Проп! — Как из-под земли перед ними снова возник Бо, радостно протягивая Просперу туго набитый бумажник. — Смотри-ка, что я нашел!
Проспер испуганно выхватил бумажник у него из рук и стремглав потащил братца прочь из толпы, под арку ближайшей подворотни. И лишь там, за штабелем пустых ящиков, в которых голуби лакомились остатками фруктов, он остановился.
— Откуда это у тебя, Бо?
Бо обиженно надул губы и строптиво уткнулся лбом Осе в плечо.
— Говорю же тебе: нашел! У дядьки лысого из заднего кармана вывалился. Он даже не заметил, а я и подобрал.
Проспер издал горестный стон.
С тех пор как они были предоставлены самим себе, ему пришлось научиться воровать сперва просто еду, а потом и деньги. Как он это ненавидел! И страшно было всякий раз до смерти, аж руки тряслись. А Бо, наоборот, нравилось, для него это было как захватывающая, азартная игра. Но Проспер строго-настрого запретил ему воровать, и теперь, поймав его за этим делом, всякий раз жутко ругался. Этак, чего доброго, Эстер еще обвинит его в том, что растит братишку вором.