Король
Шрифт:
– Хорошо, – княжна понятливо кивнула и пристально посмотрела мужу в глаза. – Те люди на желтых повозках – посланные царем стрельцы?
– Н-нет, – покусал губу Арцыбашев-Магнус. – Это свои, местные…
– Зачем же они тогда за нами гнались?
– Наверное, мы просто слишком уж быстро ехали.
А вот это – да. Быстро! Шутка ли – сто двадцать километров в час. Вот гаишники и всполошились. Так что он, Леонид, сам во всем виноват, сам себе злой Буратино. Хорошо хоть, ушли, иначе… Страшно себе даже представить, что
– Любый, ты, если можешь, так мысли вслух, – негромко попросила Маша. – Чтоб я все слышала. Может, и подскажу чего, помогу – не дура ведь.
– Вслух? Х-хорошо, – Леонид отозвался несколько растерянно. – Только ты, пожалуйста, не перебивай, если что-то непонятное вдруг услышишь. Я тебе потом объясню, да?
– Хорошо, – согласно кивнув, юная красавица погладила мужа по волосам и тут же показала рукой на маячивший в отдалении трактор: – Этот самоходный амбар, я так понимаю, поле пашет?
– Ну да, так и есть.
– И много здесь амбаров таких?
– Много, Машенька, много, – Арцыбашев порывисто поцеловал жену в губы и с жаром продолжил: – Ты даже себе не представляешь, как всего много! И амбары, и повозки, и… даже железные птицы, что возят людей… и Интернет, и…
– Что-что?
– Интернет тебе точно понравится! За уши потом не оттащишь. Главное, там и образования-то никакого не надо… одни навыки. В общем, для шестнадцатого века – в самый раз.
– Загадками говоришь, – усмехнулась княжна. – Давай-ка, супруг мой, думать уже! Как ты говоришь, планы строить.
– Хорошо… Только договорились – вопросов раньше времени не задавай!
– Договорились, сказала уж.
– Ну, тогда начнем… – Ливонский король задумчиво посмотрел в небо, на тающий реверсивный след реактивного лайнера и, шмыгнув носом, продолжил… вернее, приступил к делу: – Итак, нам надо добраться в Москву – у меня там квартира съемная, связи… в общем, жизнь.
– Как – в Москву?! К Ивану?!
– Ты же обещала не перебивать, милая! – качнув головой, Магнус грозно взглянул на супругу.
– Все, все, поняла – молчу, – поспешно закивала та. – Ты продолжай, любый.
– Если не в Москву, тогда – в Лихвинск, в старый дом. Да, для начала там, наверное, и лучше будет. Адаптируешься, а потом… Адаптироваться – это значит приспособиться, понять все.
– Ага, – благодарно кивнула Марья. – Понятно.
– В общем, там дальше все хорошо, все наладится. Самое главное теперь – добраться. Без разницы, куда – хоть до Москвы, хоть до Лихвинска. А для того деньги нужны. На билеты. Хотя нет – без документов автостопом придется… или на электричках. Но деньги все равно понадобятся – покушать, сменить одежду… а то уж мы как-то вызывающе выглядим. Значит – деньги! «Яву» можно продать или вот… шпагу… кольца…
– У меня тоже перстни есть, – княжна пошевелила пальцами. – Если надо – продадим, чего уж. За один такой перстень покойный батюшка
– Ну, за две деревни, положим, не продадим, – продолжал рассуждать Магнус. – Но кое-что даже на местном рынке или у ларечников выручим. На дорогу хватит. Эх, одежонку бы сперва! Хоть какую.
– Тебе наша одежда не нравится, любый? – Маша обидчиво сверкнула глазами. – Ну, уж извини, не сообразила немецкое платье надеть.
– Нет, твоя-то одежка вполне. Так, самую малость поправить… А ну-ка, встань!
Окинув быстрым взглядом Машин сарафан, Арцыбашев вскочил на ноги и вытащил из-за пояса нож. Присмотрелся, примерился… и тотчас оттяпал рукава рубахи, а за ним – и подол сарафана, обнажив ноги супружницы куда как выше колен.
– Эй, эй! – запоздало запротестовала та. – Ты что это делаешь-то? Это что, я теперь так и должна ходить – голой? Срам! Прости, Господи, срам-то какой!
– Красавица ты у меня, – с удовольствием оглядев жену, улыбнулся Магнус. – Точно – с обложки журнала.
– Я… я никуда так не пойду! – княжна густо покраснела, словно ее только что уличили в каком-то уж совершенно отвратительном действе, и вновь уселась в траву, обиженно обняв руками колени.
– Нет, в самом деле – красива, не отвести глаз! – присев рядом, Арцыбашев обнял жену и крепко поцеловал в губы. – Не оторваться! Ну-ну, что ты? Ты веришь ли мне, любезная Марья Владимировна?
– Верю… – одними губами прошептала Маша. – Верю.
– Тогда делай, что я скажу. Пойми – здесь все так ходят. И тебе нечего, абсолютно нечего стесняться. Пожалуй, даже наоборот. Ну, что сидишь? Пойдем… Стоп! Сначала мотоцикл спрячем. Помоги-ка во-он в те кустики откатить…
– Кого спрячем?
– Ну, коня нашего… Чешскую хромированную лошадку. Да и шпагу, кстати, там же оставим… Чтоб народ лишний раз не смущать.
Замаскировав мотоцикл ветками, молодой человек вытащил из замка зажигания ключ и засунул его под отслаивающуюся кору приметной кривоватой березки.
Юная королева смотрелась очень изящно и вполне сексуально: синий, с серебряными пуговицами, сарафан с обрезанным выше колен подолом открывал точеные ножки, облаченные в красного сафьяна сапожки с затейливой вышивкой бисером. На руках сверкали самоцветьем браслеты, на пальцах – кольца и перстни. Гламурнее некуда!
– Любый, а мы куда идем-то?
Догнав ушедшего вперед мужа, Маша взяла его за руку – так они и пошли дальше, прямо по лугу, к видневшемуся невдалеке, меж полей, шоссе, выводившему к небольшому поселку. По шоссе то и дело проносились машины, а по полю ездил синий трактор с телегою, и двигавшиеся позади дети высыпали в телегу картошку из деревянных ящиков. Картошку собирали тут же, на поле.
– Ну, надо же! – повернув голову, изумился Леня. – Я-то думал, уже давно такого нет. Ан есть, оказывается.