Король
Шрифт:
Этель (всплакнула). Делай, Женечка, как тебе сердце подсказывает, а я всегда благословляла тебя и теперь благословляю.
Женя (плачет). До чего меня довели. Посмотри, Яша, мою руку. Я, кажется, останусь калекой. (Плачет.) А если поеду домой, не начнешь по-старому: Жанна д'Арк, Шарлотта Корде?
Розенов. Нет-нет, этого больше не будет, клянусь тебе. Только ты будь благоразумна. Разве тебе не все равно, чем я занимаюсь, если могу откладывать тысячи? Ты наслаждайся, пользуйся своей
Женя. А не будешь больше скупиться?.. Нет? Знаешь, выбросим картины из гостиной и купим Левитана.
Розенов. Куплю, выброшу – все, что хочешь. Теперь наклевывается у меня такое дело, такое дело…
Гросман (с любопытством). Какое?
Розенов (смеется). Вот этого, тесть, не могу вам сказать. Разве вы рассказываете о своих планах?
Гросман. Ты прав. Я никогда не рассказываю о своих планах.
Этель. Что у тебя хорошая голова, против этого никто не спорил. Ты весь пошел в свою мать.
Женя (стоявшая задумчиво). Ну едем домой. Решила!.. Мама, я счастлива!.. Я увижу своих детей. Принеси мне ротонду.
Этель быстро выходит.
(Вспомнив.) Ну а… она?
Розенов (тихо). Выгнал ее. Конечно, выгнал. Выгнал, выгнал!..
Женя. Яша!.. (Обнимает его.)
Входит Этель с ротондой.
Едем, едем. Мама, я прощаю тебе, но ты с ним была очень груба. Я едва сдержалась. Ведь это мой муж.
Этель (пораженная). Что скажешь на свою дочь, Давид?
Гросман (тонко улыбается). Ничего не скажу…
Розенов. Прощайте, тесть. На вас, теща, я еще сержусь, но помиримся, помиримся…
Женя. Прощай, папа, прощай, мама. Я так счастлива… Ах, как я счастлива!..
Гросман (равнодушно). Прощайте, дети, не ссорьтесь больше.
Этель (провожает их до двери). Помиримся. А когда у тебя будет новый сын, тогда и расцелуемся.
Все смеются. Розеновы уходят.
Ну слава богу, все хорошо кончилось. Но хоть натешила свое сердце. Такой мерзавец! Однако пусть будет мерзавцем, лишь бы она его любила и была с ним счастлива.
Гросман. Все это пустяки. Я видел, что они помирятся. Ведь оба стоят друг за друга… А если хочешь сказать – слава богу, то слава богу. Идем спать. Скажи слуге, чтобы нас пораньше разбудили. (Задумчиво.) Почему Яков сказал, что хотят разнести мельницу? (Подходит к окну.)
Отдаленный шум.
Этель (останавливается). Где-то
Гросман (у окна). Пусть кричат! (Говорит в окно.) Шумите, рабочие? (Рассмеялся.) Шумите, дети, шумите!.. Гросман спокойно будет спать.
Этель (потушила электричество, оставила горящей одну лампочку). Ну и день сегодня. Ты спрятал ключи от кассы?
Гросман (весело). Спокойной ночи, рабочие!.. (Грозно.) Прощайте, мерзавцы!..
Гросман тушит последнюю лампочку. Оба без шума выходят. Входит горничная со свечой, закрывает ставни, расставляет стулья по местам и выходит. Пауза. Возвращается Гросман. Он в халате, в туфлях, в руках свеча. Бродит по комнате. Проверяет, заперта ли касса, хорошо ли ставни закрыты. Входит Александр.
Гросман (испуганно). Кто там?
Александр. Папа…
Гросман. Вон!..
Александр. Папа…
Гросман. Вон!..
Александр. Я уйду, но смягчись. Сотни людей останутся без хлеба, если ты уедешь. Надо быть человечным. Уступи, я прошу, папа. Папа, они в отчаянии. Они готовы на безумство…
Гросман. Какие-то люди шляются по ночам и не дают покоя. Человеку заснуть нужно, а они стучат, ходят, пугают…
Александр. Зачем ты притворяешься? Смягчись, смягчись. Они в отчаянии…
Гросман. Как будто здесь обыкновенная комната – столовая, передняя, – а не кабинет, где моя касса. Разве трудно ее разбить ломом и забрать деньги. (Тушит электрическую лампочку. С криком.) Кто здесь? Вон!..
Александр. В первый раз я почувствовал ужас от мысли, что я твой сын… (Быстро уходит.)
Гросман со свечой в руке стоит и долго смеется. Медленно уходит. Кабинет во мраке. Пауза. Входит Маша. Зажигает электричество. Она в белом платье, на ней ротонда, в руке дорожная сумка. Садится на кушетку и прислушивается. Входит Вайц. Озирается. Он бледен от испуга.
Маша. Наконец-то… Вайц. Мне показалось, что вы уже не придете.
Вайц (робко). Я долго колебался.
Маша (не слушает его). Как тихо, очаровательно!.. Сейчас мы выйдем отсюда, и лошади унесут нас далеко, далеко…
Вайц (несмело). Маша!..
Маша. Осмотрим эту комнату. В последний раз. Вот касса. (Останавливается перед ней.) Отсюда исходило наше несчастье. Мне хочется проклясть ее. Вайц, бедняки называют отца королем… Вот гнездо короля. Железная касса, счеты, письменный стол… Бедные люди!.. Ах, Вайц, мы-то, мы уедем от этой проклятой власти. Я вздохну глубоко. Сейчас на улице я скажу торжественно: я человек!..
Вайц. Позвольте мне сказать вам одно слово, Маша.