Короли
Шрифт:
– Время это мера, - возразил Намикадзе Минато, делая ход и умиротворенно взирая на клубящиеся черные тени. Облака миров беззвучно вздрагивали, соприкасаясь с ними, вспыхивали разноцветными огнями.
– Нет времени, человек, - вздохнул Шинигами, обводя взглядом шахматную доску и, сделав рокировку, продолжил: - Это заблуждение. Вселенная живет сейчас, и никак иначе. Все, что в ней существует, всего лишь формы проявления ее разума... Как я, как ты... как звезды и тысячи миров. Один пульсирующий переход...
Минато
– Проживи одну человеческую жизнь, не зная ничего о строении пространства, не имея возможности перейти с одного мира в другой, когда облик твой постоянно меняется, тело сначала набирает сил, а потом, как переспелый плод, - дряхлеет, подводит... И знай, что всему будет конец, - прошептал он и, взглянув на бога смерти в упор, пошел конем, - Время, не иллюзия, Шинигами.
Бог смерти ухмыльнулся:
– Не иллюзия, значит... А что ж тогда?
– с интересом взглянул он на собеседника, съедая пешкой коня.
– Это расстояние, - мягко улыбнулся Намикадзе, ходя ладьей, - Кратчайший путь к цели.
– Что же за цель такая?
– спросил бог, ходя очередной фигурой и чувствуя как в пространстве нарастает напряжение .
– Смерть. Вам ли не знать этого...
– и сделав ход, помрачнел, - Шах и...
– Не передумал насчет своего желания?
– перебил его Шинигами, сцепляя пальцы в замок перед собой.
– Нет, я все еще хочу увидеть ее.
– Что ж, ваше право, господин Йондайме... Хокаге..., - вздохнул бог смерти, поднимаясь, - Идем, путь к Госпоже будет не близким... впрочем, как всегда, - улыбнулся он.
"Впрочем... как всегда",- мысленно повторил мужчина, устремляя взгляд на бесконечно плывущие облака миров, пытаясь найти тот единственный, родной... в котором...
...
"
* * *
Саске сидел, прислонившись спиной к дереву. Дыхание сбилось, левое предплечье неприятно ныло. Пытаясь совладать с дыханием, смотрел на зверя лежащего неподалеку. Опутанный змеями, тот тихо сопел. Длинная белоснежная шерсть окрасилась кровью. Ярко-желтые глаза щурились, смотря на человека.
Юноша зашипел, непроизвольно дернувшись. Мадара лишь усмехнулся, со знанием дела забинтовывая рваную рану на руке пра-пра-правнука.
– Сенжу никогда не отличались изысканными методами ведения боя, - покачал он головой, невольно отмечая неестественную бледность
Юноша лишь хмыкнул в ответ. От чего-то вспомнились экзамены на чунина в Лесу Смерти. Прикрыв глаза и откинув голову назад, шумно вздохнул.
– Не знаю, что сделали с этими животными, но над ними явно не один специалист поработал, - продолжил мужчина и, поймав на себе хмурый, слегка недоверчивый взгляд, пояснил: - Они пропитаны людской чакрой, Саске. Странно, что ты не заметил...
– Меня это не интересует, - наконец процедил он, хмурясь и прекрасно понимая, что далее будет только хуже. Коноха не будет ждать, пока враг доберется до ее стен. Она постарается разбить его по пути...
"Как это же это по-ихнему... действовать на опережение", - с толикой разочарования и даже какой-то обиды, думал он. От чего-то стало совсем невмочь сидеть. Захотелось бежать, действовать, спешить... И от этого раздражение лишь нарастало.
В конце-концов, поднявшись на ноги, Саске устало подошел к нервно дышащему животному и вытащил из ножен катану. Мадара довольно улыбался за его спиной, наслаждаясь этой небольшой сценкой. Взмах... и острое лезвие окрасилось кровью...
– Брысь...
– устало вздохнул младший Учиха, смотря на тварь сквозь шаринган. Разрубленные змеи свалились на землю, когда громадный кот, взмахнув мохнатым хвостом, шуганул в лес.
– Однако, мягкосердечен ты, - хмыкнул мужчина, отворачиваясь и надевая свою маску. Саске не нашелся что ответить. Лишь еще больше помрачнел, понимая, что мысль о том, что кошка ни в чем не виновата - не его. Разочарованно сплюнул. С этим надо было кончать...
– Я был жесток только к брату...
– тихо прошептал он, пряча катану. "Тоби" слегка склонил голову на бок, не зная чего ожидать:
– К чему ты стремишься, пра-пра-правнучек?
– вкрадчиво спросил он, улыбаясь под своей маской. Юноша на миг закрыл глаза, отгоняя от себя навязчивые мысли, ища то единственное, что должно было остаться его личным, собственным...
"Месть... " - тяжело вздохнул он, - "Только месть... За клан, за родителей... За сумасшедшего брата..."
– Мы ведь, - Саске замешкался, словно находя нужные слова, - Мы ведь обязаны очистить имя Учиха от позора, верно?
– спросил он.
Мадара улыбнулся.
– Это наш долг, - согласился он, - Но почему ты спрашиваешь?
– Хотел удостоверится, что ты помнишь... Мы идем или нет?
– Пра-пра-правнучек, подозревает меня в склерозе?
– усмехнулся Мадара. Разворачиваясь в сторону Конохи.