Короли
Шрифт:
– С чего ты взял? Нормальные шахматы, привезенные мне из-за границы...
– Эээ... нет, так не пойдет, - запротестовал Узумаки, хватая фигурку с доски. Шинигами, до того хохотавший, вмиг умолк, следя за белокурым юношей. Минато же, наоборот, в беззвучном хохоте сполз по стенке и сел на пол.
– Полож ферзя на месте, - фыркнул Шикамару, отбирая у Наруто фигурку и возвращая его на доску. Старуха облегченно вздохнула.
–
– Может о трактате поговорите?
– предложил Шинигами поднимая утирающего слезы Йондайме с пола и обеспокоено смотря то на Наруто то на шахматную фигурку. Но его никто не услышал. Узумаки прошел сквозь своего все еще смеющегося отца и на миг замешкался. Потом хлопнул себя по лбу и весело улыбнулся:
– А точно, мы же по поводу книжки пришли спросить!
– Так что вы хотели узнать?
– сразу схватилась за тему старуха, разливая по чашкам с заваркой кипяченую воду:
– Мы по поводу меток в трактате о шелесте листвы, - начал было Шикамару, вытаскивая из-за пазухи невзрачную потрепанную книжечку, - Наруто сказал, вы знаете, кто их сделал?
– Ох... то был очень каверзный мальчишка!
– усмехнулась старуха, - Я уже Хинате-чан о нем говорила. У него были такие непозволительно красивые глаза...
Намикадзе и бог смерти переглянулись, не находясь как прокомментировать ситуацию.
– Чудную она нашла себе работенку, - наконец расхохотался Шинигами и хлопнул мужчину по плечу.
– А сынишка у тебя ничего, шустренький, волевой. С виду даже не скажешь, что его что-то угнетает. Еще не жалеешь за ту партию в шахматы?
Минато лишь покачал головой и усмехнулся, заметив как Шикамару задумчиво переставил на шахматной доске какую-то из фигур:
– Весь в мать,- наконец прошептал, он снова смотря на Наруто..
– В мать? А я бы сказал в Фугаку...
– захихикал бог смерти, - В нем теперь явно характер Учиха преобладает.
Йондайме смерил его недобрым взглядом и покачал головой.
– Хорошо, что этого Кушина не слышит, а то бы тебе уже все кишки выпустила.
– Да ну, богу смерти? А ты бы молча за этим следил?
– Я бы заставлял тебя в это время ребусы развязывать, - фыркнул Намикадзе. А тем временем по помещению разнесся дружный смех ребят. Госпожа явно была сегодня в ударе.
* * *
Ночь не принесла облегчения, воздух
Выйдя во двор, невольно уставился на спрятавшуюся за облаками луну. А ведь той ночью, когда погиб его брат ночь была такой же пасмурной и душной... Задумавшись, он не сразу заметил как его ощущения изменились. Но все же чужое присутствие чувствовалось очень выразительно. И от чего-то мужчина даже понял, кто именно наведал его.
– Давно вас не было в этих землях Мадара-сан.
"Тоби" усмехнулся под своей маской.
– Ишь ты, запомнил ведь.
– Одной весной, когда цвет сакуры уже стелился землей... вам очень понадобилось выкрасть меня, как я могу забыть вас?
– Эээ... из-за склероза?
– предположил Учиха и хрюкнул, давясь от смеха.
Хиаши невольно нахмурился и взглянул в сторону дерева, из-за которого доносился голос:
– Какого, вы еще не сдохли?
– Понимаете, Хиаши-сан, здесь такая ситуация...
– начал было "Тоби", а потом резко переменился в голосе: - Впрочем, не важно. Как говорится, я просто так к вам никогда не приходил.
– Опять нужны мои глаза?
– поинтересовался Хиаши. Его голос был спокоен, лицо не проницаемо.
Старый Учиха ухмыльнулся, выходя из-за дерева. Хьюга не шелохнулся, ожидая ответа:
– Ну... я мог взять с собой твоего племянничка, а еще лучше - дочурку. Но думаю, ты и сам можешь справиться...
– предложил он разводя руки в стороны.
Глубоко вздохнув, Хиаши уверенно взглянул на предводителя Акацки и прошептал:
– Я в состоянии и сам уничтожить своих детей, Мадара-сан, вам не зачем опускаться к угрозам.
Учиха усмехнулся.
– Значит, вы отказываетесь прогуляться со мной Хиаши-сан? Что ж, ваше право...
* * *
Чувства Неджи буквально взорвались от всплеска чакры.
– Ты же сенсор, да?
– скорее констатировал он, вскакивая с кресла. Карин, которой было ничем не лучше, от пережитого ощущения, не нашла ничего лучшего как соврать:.