Космический Патруль
Шрифт:
— Что случилось? — встревожилась Наяна.
— Беги скорее — сама всё увидишь! — был ответ из корабельной рубки.
Похоже, действительно что-то назревало.
Глава 3
В главной рубке присутствовали только двое: командир корабля Аргентор и первый пилот Джек Бегунок. Командиры боевых расчётов разбежались по своим местам.
Оказавшись в управляющем отсеке, Наяна первым делом осмотрела экраны наружного наблюдения. Но, к её удивлению, на них ничего экстраординарного
— В чём дело? — спросила она мужа.
— Чужой сигнал. — ответил за Аргентора Джек. Он сосредоточенно вращал тензоры настройки. Из квадро-системы доносился лишь прерывистый шум и визг, а осцилляторы показывали неистовое кривляние линий.
— Мы хотели подобрать маячок. — заговорил Аргентор, не отрывая рук от приборов. — Но аппарат что-то не реагирует на команду. Возможно, его сбивает с толку чужая волна. Кто-то присутствует в орбитальном пространстве планеты.
— Я пытаюсь расшифровать передачу чужака. — добавил Джек. Каким-то образом Бегунок успел обогнать Наяну и явиться в рубку первым. Теперь только покрасневшие веки и слегка утомлённый вид выдавали, что первый пилот так и не успел отдохнуть от вахты.
У Наяны застучало сердце. Неужели они нашли, что искали — след Рушеровых убийц?!
Она неотрывно смотрела на широкий чёрный экран, в нижнем углу которого оставался отсвет от вращающейся далеко внизу планеты. Спускаться на её поверхность было бессмыслицей — они проделывали такое не один раз — картина уже известна. Вид разгромленной орбитальной станции говорил сам за себя.
Некоторое время экран оставался тёмным, потом в поле зрения попала медленно вращающаяся громада бесцельно дрейфующей станции. От неё отделилась часть и зависла в неподвижности. Спустя секунду Наяна сообразила: этот кусок не может быть частью станции! Если бы он просто отвалился от кучи обломков, то сохранил бы момент вращения!
— Что это? — невольно вырвалось у неё.
— Где? — заинтересовался Аргентор и посмотрел на экран.
— А, это… это же просто обломок. — сказал он секундой позже.
И тут плохо видный на расстоянии "обломок" пришёл в движение — он плавно развернулся и начал удаляться — в кормовой его части разгорелось свечение.
— Разведывательные катера к вылету! — прокричал в коммуникатор командор "Беовульфа".
Десять крылатых капсул рванули из стартовых шахт и взяли курс на удаляющийся объект. Серебристый рой проплыл поперёк экрана и быстро сузился в светлую точку — так велика была скорость катеров. Тяжеловесному линкору требовалось около трёх минут, чтобы развить нужную скорость, а беглец был гораздо легче — он определялся по классу средних судов. Тем не менее, Джек отдал по кораблю распоряжение приготовиться к старту и дал пуск.
Огромный линкор дрогнул, по полу и переборкам пронеслась мгновенная дрожь, и ускорение вжало Наяну в кресло.
— Командиру разведывательного отряда. — заговорил в окологубный микрофон Аргентор. — Доложите обстановку.
— Мы окружили его. — донёсся из динамиков голос. — Оружия я не наблюдаю. Думаю, это транспортник.
— Транспортник… — разочарованно протянула Наяна. — Значит, это не Рушер.
И тут раздался короткий вопль и краткий звук далёкого взрыва.
— Айвар, что с тобой?!! — закричал Джек.
Наяна и Аргентор переглянулись, понимая, что Айвар, скорее всего, уже ничего не ответит.
— Ничего пока. — со смехом ответил Айвар. — Транспортник-то, оказывается, хорошо умеет кусаться! У него есть скрытое оружие. Бьёт разрывными.
Тут на центральный экран запоздало подалась картина, передаваемая
С башни на верху корабля снова сделали выстрел, и черноту космоса прочертили зелёные трассирующие линии. Однако, быстрые разведчики опять ушли из-под линии огня.
— Почему он считает, что это транспортник? — спросила Наяна.
— Довольно просто. — охотно ответил Джек. — Для боевого корабля он слишком слабо оснащён. Так что, скорее всего, он является базой для истребителей. Наверно, он отбился от корабля-матки.
— Хочешь сказать, что Рушер со своей армадой улетел без него? — допытывалась Наяна.
— Всё возможно. — подтвердил первый пилот. — Может быть, всю картину сбил ему наш разведчик. Одно ясно: надо его брать, тогда всё выяснится.
— Как брать?
— Боем брать. — ответил Аргентор.
Картина на экране изменилась: в боках транспортника разверзлись отверстия, и из них вылетели несколько летательных аппаратов. И вот открытое пространство стало хаотично прошиваться трассирующими очередями, тонкими лучами и вспышками попаданий. Маневренность чужих была несколько ниже, чем у катеров с "Беовульфа", а защита последних — на порядок выше. И вскоре в черноте космоса стали расплываться багровые цветы — это взрывались флаеры противника.
— Разведчикам покинуть область действий. — дал команду Аргентор. — Боевые катера, первый расчёт — в атаку!
Капсулы разведчиков, словно комары, летающие вокруг неуклюжего транспортника, быстро начали покидать поле боя — они устремились обратно к своему линкору. Теперь к кораблю противника устремился боевой расчёт — более крупные и мощнее оснащённые катера. Всем давно уже не терпелось вступить в бой и испытать в действии технические задумки Джека Бегунка.
Наяне казалось, что она слышит грозный гул, с каким сотня истребителей несётся к туше транспортника. Уже на подходе они расстреляли из импульсного оружия флаеры противника — высокоэнергетические лучи должны вскипятить весь металл, какой только имеется на борту вражеского судна, да и сами борта — тоже.
Так оно и произошло — каждый флаер, который попадал в зону действия луча, тут же окутывался горячим облаком, а потом из этого облака фейерверком вылетали кипящие струи металла. Ничто живое не могло сохраниться в радиусе действия такого оружия — импульсные лучи выжигали также атомы металла в живых клетках, отчего любой живой организм превращался в лужу первичной протоплазмы.
Нельзя отрицать, что это было жестокое оружие, но против киборгов Рушера оно было в самый раз. Но это далеко не всё, что имелось в активе "Беовульфа". Джек Бегунок предложил ещё более фантастические средства уничтожения противника — например, так называемый инвертор. Этот, нисколько не похожий на оружие аппарат, комкал само пространство в пределах корабля противника — трёхмерный континуум сворачивался, как обычный лист бумаги, а в местах соприкосновения материя как бы вминалась сама в себя. Так что, как маленький флаер, так и огромный корабль можно было за считанные секунды превратить в кучу скомканной материи. Вдобавок, в ней местами плотность вещества превосходила обычную в десятки, а то и сотни раз — в зависимости от продолжительности работы инвертора. Тогда, спустя ещё секунду, сверхтяжёлые частицы взрывались, довершая полное разрушение.