Космодесы
Шрифт:
– А какие еще есть теогии? – перебил лектора Дед.
– Еще теории? – нахмурился было лектор: он не любил, когда во время его ответов, в отличие от лекции, его перебивали. – Другие теории заключаются в том, что чужие – это не одна раса, а целый их конгломерат. Одни утверждают, что существует доминирующая раса, являющаяся верховной, которая руководит остальными, другие говорят, что ведущей расой является некий микроорганизм, паразит, который заражает другие формы жизни и подчиняет их…
– А как на самом деле? – поинтересовался Дед.
–
Тут он пустился в долгие, пространные объяснения, сыпля терминами и примерами.
Подобные «отступления» меня всегда лишь раздражали. Ну просто скажи, как тебе кажется, и не надо вот этого всего. Но нет, нужно полчаса распинаться ни о чем…
– Гептилоиды у них главные! – заявил Дед, повернувшись к нам. – Я вам, гебятки, клянусь!
– Херня! – отмахнулась Выдра, которая проснулась, когда лекцию прервали. – С чего ты это решил? И вообще, дай послушать, чего он там бормочет.
– Да ты меня послушай, дуга малолетняя! – в горячке забормотал Дед. – Человечество еще не покинуло землю, а эти тваги к нам пгилетали, изучили нас. Вегно тебе говогю – вон, даже люди специальные были, что за ними следили и поймать пытались. Эти…как их… Уфологи, во!
– И чего рептилоиды тут изучали? – хмыкнула Выдра.
– Воговали когов, похищали людей…
– Коров зачем похищать? – удивился сидящий впереди Рокоссовский, даже повернувшийся к нам.
– Да я откуда знаю? Для опытов, – пожал плечами Дед, – и людей для опытов похищали.
– И чего делали с ними? – заинтересовался Рокоссовский.
– Да газное…головы вскгывали, изучали, как мы устгоены, анальные зонды вводили…
– Ага! И из них потом вылупились такие глисты, как ты! – рассмеялась Выдра. – Заткнись уже, а…
Но более ничего интересного лектор не сказал. Впрочем, и то, что было сказано, добавило мне пищу для размышлений. Я-то считал, что чужие – это два вида. Первый – тараканы, которые всегда пытаются взять числом. Безмозглые, но опасные существа.
Второй – это ящеры, уже гораздо более умные, пользующиеся передовыми технологиями, включая дальнобойное оружие, технику, броню. Но вот, оказывается, по словам лектора, можно столкнуться и с другими представителями вражеской стороны, причем с теми, кто еще даже не показывался людям. Это нужно запомнить и никогда не забывать…
***
Инструктор взял винтовку так, будто это было самым настоящим произведением искусства.
– Знакомьтесь. Это ваш друг, ваше спасение и ваша надежда. Без этой штуки вы ровным счетом ничего не стоите.
– Это ж сраный «Отбойник»! – хмыкнул Рокоссовский, а мы все с улыбкой переглянулись. За последнее время манера речи Рокоссовского из-за нашего тлетворного влияния заметно изменилась – вон, ругаться даже начал, а то говорил раньше так, будто в рекламе снимается. Аж бесило!
Ну а инструктор прямо-таки впечатал в него свой негодующий
– Повтори! – процедил он.
– Это «АК-217», устаревшая модель штурмовой винтовки, – отчеканил Рокоссовский, – однако большинство ее называет «Отбойником» из-за сильной отдачи…
– Все так, – кивнул инструктор, – но никогда не стоит недооценивать это оружие. «Отбойник» – одна из лучших моделей за всю историю человечества. Ее ранние модели стали настоящим фурором и, уверен, в будущем появится новая модификация, которая заткнет за пояс всякие «Ивы», лазерганы и прочее дерьмо…
Ни для кого не секрет, что инструктор по стрельбе – сержант Керенский, фанатик, причем фанатик именно старого кинетического оружия, а энергопушки, лазерные винтовки и иглометы попросту не признает, считая все это редкостным фуфлом.
Как по мне, очень однобоко и глупо, тем более для человека, в оружии разбирающегося. Да, согласен, у энергопушек есть ряд недостатков, и сержант их нам показывал, расплывшись в ехидной улыбке, вот только он ни слова не сказал о плюсах. К примеру, возможность таскать куда больший боезапас, чем в обычном огнестреле, и куда большая огневая мощь энергопушек по сравнению с обычной кинетикой.
Нет, я, конечно же, согласен: после того, как был изобретен эксплонитан, который в разы лучше и мощнее пороха, кинетика получила второе дыхание, но все же за энергооружием будущее, как я считаю.
На самом деле неважно, как там я считаю, ведь наш инструктор – Керенский, а он ничего кроме кинетики не признает.
Проведя знакомство с «Отбойником», которое длилось целую неделю, во время которого мы учились собирать, разбирать, снаряжать и даже чинить этот автомат, сержант наконец-то привел нас на стрельбище.
– Рекруты! По трое на позицию! Первые трое пошли! – заорал сержант, и первая тройка бойцов бросилась на свои места, вскинула оружие и принялась палить.
Когда они отстрелялись, вытащили магазины из автоматов и сержант удостоверился, что в стволах не осталось патронов, на рубеж вышла следующая тройка, за ней еще и еще…
Наконец, настала и моя очередь.
Вместе со мной палить должны были Дед и Рокоссовский, которого все вокруг звали Мажором.
Я, честно признаться, поначалу не понимал, откуда такая кличка, но чуть позже Выдра мне разжевала: Рокоссовский с Золотого мира, и отец его там далеко не последний человек. Рокоссовскому светила блестящая карьера в политике, но для этого нужно было отслужить минимальный контракт. В большинстве случаев «золотая молодежь» вроде того же Рокоссовского заключала контракты с ПСО – Силами Планетарной Обороны, и им даже с родной планеты улетать не надо было. Более того, если у тебя или твоих родителей есть нужные связи или достаточно денег, то даже на службе появляться было не обязательно – живи обычной жизнью и жди, пока выйдет срок. Затем ты получишь весь спектр своих гражданских прав и сможешь идти по любой дорожке: все пути перед тобой открыты.