Космогид
Шрифт:
— Ваше дело — верить или нет, — довольно нахально сказал я, — но кроме тех доказательств, что преподнесли я и Элина, нам нечем подтвердить свое появление на чужой вечеринке.
— Конечно, конечно, — кивнул Клаус, снова укрываясь клубами дыма, — вполне по-человечески стремление пустить слезу, чтобы пожалели. Но я не в том положении, чтобы верить всяким авантюристам.
— Ну и не верьте, — безжалостно вбивал я словесные гвозди в каменную стену. — Только все золото уйдет мимо нас. Почему бы не попытаться
Клаус чуть не поперхнулся дымом. Удивленно посмотрел на Элину, словно в первый раз увидел, потом медленно повернул голову в мою сторону и неспешно вымолвил:
— Что вам известно такого, чего не знаю я?
— Ничего нового, — пожал я плечами. — Но я не слепой, и вижу, что ваша боевая кошка и вы — одна компания. Мир полон слухами, господа, и надо быть болваном, чтобы не вычислить, кто вы есть на самом деле.
— Да? — протянул Клаус. Элина расслабленно улыбнулась, но тело ее напряглось, словно к прыжку.
— Изволите ли раскрыть ваши карты? — я разозлился. — Ваша анархистская программа невероятным образом выжила, но идейные вдохновители считают, что этого мало. Новая экспансия, господа Бродяги?
— Ладно, ладно, — Клаус, к моему удивлению, не стал злиться, и довольно непринужденно засмеялся. — Ваша взяла. Просто хочу немного вас поправить, Влад. Мы не влезаем в чужой дом, а довольствуемся тем, что плохо лежит на улице. Ирбис — та вещь, которая никому не нужна. Даже Конфедерации. Мы подняли плохо лежащее.
Полемизировать с Клаусом я не собирался, потому что сознавал никчемность пустого героизма. Люди его типа прекрасно соображают, что идеологическая начинка придает лишь глянец грязным делам, а деньги, которыми я машу перед его носом — хороший раздражитель. Не должен отказаться. Клаус — прагматик.
— Так мое предложение остается в силе? — надавил я.
— Я что-то запамятовал, — безмятежно произнес Клаус.
— Два процента вам за работу и еще десять за сведения о «Картеле».
Элина даже подпрыгнула на стуле и выкрикнула:
— Я же не оговорилась, когда он упоминал о «Картеле»! У него свои интересы, не связанные с конфедератами! Прикинулся космогидом, а сам крутит делишки с контрабандистами!
— Помолчите, девушка, — поморщился командир. — Ваш крик режет уши в этом маленьком помещении… Влад, вы обижаете нас, в конце-то концов. Предположим, мы соглашаемся помочь вам в таком деликатном деле… Но всего два процента за это против десяти за сведения?
— Сведения стоят дороже, если вы забыли, уважаемый, — назидательно произнес я, внутренне приготовившись к торгу.
— Так вы альтруист?
— Я ненавижу это слово.
— Вы готовы отдать сорок процентов за оба предложения?
— Это слишком много, учитывая, сколько посредников присосутся после вас к золоту, — упорствовал я.
— Отсеките
— Сложно, слишком сложно. Кто-то пронюхал о контейнере и висит на хвосте… Тридцать процентов, Клаус.
— Тридцать пять, Влад, а иначе мы не сможем помочь вам. Издержки, да, дорогая моя?
Элина настороженно кивнула, видимо, ожидая подвоха со стороны своего шефа, которого она знала как облупленного, и доверять его словам не торопилась. Мало ли куда можно вляпаться.
— Тридцать пять процентов и помощь в отлете с Ирбиса, — я согласился, разумно рассудив, что дальше натягивать струну не стоит. — И кроме всего прочего — надлежащая защита и профессиональное ведение дела. Кстати, к этому — моя просьба. Личная. Верните кристалл.
— Зачем вам фальшивка? — засмеялся Клаус и достал из кармана камень, который был изъят у меня охраной Бродяг. — Он имеет какой-то тайный смысл?
— Можете считать, что это фетиш, — улыбнулся я.
Клаус пожал плечами, словно хотел сказать, что мои просьбы для него несколько странны, но уже решены, а лишнее напоминание — сомнение в том самом профессионализме. А Клаус, судя по моим впечатлениям, терпеть не мог сомнений со стороны клиентов.
— Так когда можно будет отправляться в путь? — деловито осведомился я, когда кристалл по крутой дуге пролетел через комнату и оказался в моих руках. Хвала господу, что в природе есть наивные и глупые люди, не хотящие приложить чуть усилий, чтобы сложить два плюс два. Сойка, Фелицио, Карл. Им словно шоры на глаза надвинули. Неужели все так плохо с логикой?
— Боюсь, что придется пожить в моих апартаментах день-два, — огорчил меня Клаус и упруго поднялся с кресла, — пусть даже вам это и не по нраву. Я ведь с трудом переношу незнакомых людей в моем доме. Элина, найди Дашшана и передай ему мое пожелание заняться гостем.
Элина без лишних слов встала и вышла из бункера, оставив нас наедине. Клаус изобразил на лице любопытство, но я-то знал, что в его голове идет глубокий мыслительный процесс. Он хотел меня чем-то озадачить.
— Что вы мне не рассказали? — Клаус решил нарушить молчание.
— То, чего не знаю, — я издевательски подвигал плечами, словно намекнул на независимость моего мировоззрения, дающую говорить то, что думаю.
— Бросьте словесную казуистику, — Клаус в задумчивости обошел меня кругом, и вдруг неожиданно положил руку на мое плечо. — Я хочу выяснить одну вещь. Любопытно мне.
— Говорите, не стесняйтесь, — подбодрил я главного анархиста Ирбиса.
— Агентура шепнула мне, что Конфедерация находится в крайне возбужденном состоянии. Вы решили женить на себе Кайтан?