Космос.Today
Шрифт:
— Вам бы постричься, товарищ Сорока- сказала она. — Ходите, как стиляга.
— Не-а, — откликнулся я.
— Ну, раз «не-а» — то ждите, пока само заживет. Обезбол я уколола, поспите нормально. Могу зеленкой еще вашу шевелюру помазать! — и стрельнула на меня глазами.
От зеленки я отказался и пошел спать, уступив место на стуле перед доктором Кочубею. Он тут же принялся делать ей комплименты, скалить золотые зубы и мужественно расправлять плечи — ну, и пусть. Медичка — явно не в моей весовой категории, я слово «стиляги», например, только в фильме с Оксаной Акиньшиной слышал, ну, и бабушка моя так говорила.
Поспал я и вправду неплохо, но после завтрака действие обезбола
Болела там голова или нет, но после приема пищи мы построились в коридоре, чтобы централизованно возвращаться в карантинную зону на занятия. Занимая собой все пространство, мимо прошли два огромных накачанных мужика в расстегнутых до пояса комбезах — небритые и белозубо улыбающиеся.
— … задолбался красить! — говорил один.
— Теперь задолбешься сводить! — заржал второй. — Говорил — не бери аэрозоль, лучше по старинке, кисточкой! Теперь страдай, броня — казенная, подотчетная! Белый цвет — у латино, у нас — не полаген, гы-гы!
Не знаю, обратил кто-нибудь, кроме меня, внимание на их разговор, или это один я такой журналюга — ушки на макушке? Амбалы же мой внимательный взгляд зафиксировали: один из них ткнул другого в бок, и, пока шли по коридору мимо, они некоторое время смотрели на меня, как будто прицениваясь. Я взгляда не опускал, хотя понимал, что понты мои — дурацкие, эти двое размажут меня по стенке в случае чего. Да и любой из них — размажет.
В сторону карантинной зоны я шел в самом конце колонны и увидел, что старший сержант Рогов отстал и пошел рядом со мной.
— Слушай, Сорока, — сказал он. — Ну… Я видел твои показатели с ночного допроса. Там, конечно, немного, но выводы делать можно. Как у тебя это получилось?
— Что — получилось? — я пока не врубался, чего он хочет.
— Как будто ты абсолютную правду говоришь. Научишь меня? Какая-то медитация? Мантры читал в голове?
Я сразу не понял, о чем он — слишком калейдоскопическая картина этой ночи рисовалась в моей голове, сплошь из фрагментов, каждый из которых еще предстояло обдумать. Но потом сообразил — они ведь лепили на меня какие-то клипсы и присоски, выходит — использовали что-то типа навороченного полиграфа, детектора лжи? И Рогов эти показания видел? Да что там вообще можно было распознать? Меня трясло и колбасило, я был в диком стрессе, на нервах — полиграфы в таких условиях работают хреново. Или у них какое-то инопланетное оборудование, навороченное?
— Так что — научишь? — спросил Рогов.
— Вы коммунист, товарищ старший сержант? — спросил я. — Тогда вам нельзя.
— Что нельзя? — удивился он.
— Ну, я молитвы читал, меня бабушка научила.
— А… — разочарованно посмотрел на меня Рогов, ускорил шаги и догнал Копытова с Конторовой.
Молитвы — это дело хорошее, действенная тема, проверено. Но вообще-то я говорил на допросе чистую правду. Иногда это работает лучше всего.
* * *
Глава 7
Начинается учеба
В учебном классе не было никаких парт, зато ровными рядами стояли капсулы для симуляции. И я этому, если честно, не удивился.
Для полноценной подготовки личного состава требовался настоящий полигон. Кабинетов с партами, залов с матами и даже «килхауса» на манер тренировочной базы британской
Где найти столько земли на космическом корабле? Правильно — нигде. И если уж есть под рукой такие технологии — ими грешно не воспользоваться. Конечно, очевидные различия у симуляции с реальной жизнью имелись. Я их прочувствовал на себе и распознал интуитивно в тот самый первый раз. Отсутствие резких запахов, пота на теле, отдачи у оружия, например. А еще — неподвижные облака, местами неестественное поведение «эн-пи-си» — управляемых компьютером персонажей — и другие мелочи, которые легионные или инопланетянские гейм-дизайнеры или профукали, или не пожелали дорабатывать. Но болевые ощущения, усталость, громкие звуки, вообще — эмоциональное восприятие, всё это было на очень высоком уровне. Это не VR-очки напялить в развлекательном центре, точно…
Программа на сей раз оказалась индивидуальной. Никакой коллективной беготни и стрельбы! По крайней мере, в моем случае. Меня все-таки пытались готовить на парамедика, и, как выяснилось, с земной первой помощью это имело не так уж и много общего. Та аптечка, которую показали мне в диагностической симуляции, была чем-то средним между легионной и привычной мне армейской, похоже — такие использовали лет пять назад, на заре становления Легионов.
Теперь же я глядел на разложенное передо мной военно-медицинское имущество и обалдевал. Препараты и спецсредства лежали на металлическом столе, и над каждым из них можно было увидеть поясняющую виртуальную надпись: что и для чего предназначено, и короткая инструкция — как пользоваться. Реально буквы с картинками висели в воздухе, как в компьютерной игре!
Спреи — гемостатики и криогены. Инъекторы с картриджами обезбола, антибиотиков, противошокового и стимуляторов самых разных видов. Большой ассортимент фиксирующих повязок и накладкок-наклеек на раны. Специальные вакуумные мешки для оторванных конечностей и других частей тела. Мини-помпа для дубляжа функций сердца, мини-насос для искусственной вентиляции легких! Степлер, которым полагалось сшивать края раны. И черт знает, что еще, много всяких медицинских страшноватых вещиц.
Мне, человек знакомому с медициной в основном на уровне самолечения от ОРВИ и оказания элементарной первой помощи, все это казалось диким. И, конечно, никакой нормальный парамедик в земном понимании этого слова из меня бы не вышел. Ну да, да, курсы первой помощи я проходил раза три. И жгут намотать мог так, что рука очень качественно немела минут за пятнадцать, и крови не боялся — умел обработать рану и перевязать так, чтобы повязка не слетела, пока трехсотого тащат к машине. И да, делать это в стрессовой ситуации тоже приходилось, командировки у меня были очень и очень разные.
…Беларусь не воюет, да. Но наши ребята-десантники участвуют в миротворческих миссиях в Ливане и Казахстане, регулярных учениях в Средней Азии. Спасатели из РОСН «Зубр» — всегда на передовой во время лесных пожаров и других природных и техногенных катастров по всему миру. Медики из Сводного медотряда спецназаначения — регулярные участники гуманитарных миссий. Ну и рыба-прилипала вида «журналист дуроватый» тоже — рядом с ними со всеми. Я до сих пор в холодном поту просыпаюсь, когда мне Кахраманмараш и Алеппо снятся, а последняя мьянманская командировка и вовсе стала косвенной причиной всей этой космической эпопеи. Потому что нехрен в таком состоянии за руль садиться!