Космос
Шрифт:
Я с сотрудником бюро ныряем в монолет, чтобы взмыть над трассой и унестись на конспиративную квартиру.
Вот и все. Монолет стремительно летел над городом. Я вяло скосила взгляд в окно - мелькали дома, пейзажи, монолеты...
Я отвернулась от окна, достала из изящной панели монолета салфетку и сплюнула туда окровавленную жвачку, скомкала мусор и подхватила ещё одну салфетку, чтобы вытереть губы от ненавистной помады.
Тело уже болит от кончков пальцев до самой макушки, до самой последней нервной клетки. Да даже смотреть больно - глаза печет, а потрогать
– Эй, а ты была на высоте, - имени "второго" я не знала.
Мы познакомились за пол часа до начала операции, дежурно кивнули друг другу, словно бы притерлись наши ролями. Любовники, богатенькие, беззаботные, а за пол часа до начала мы были даже не знакомы! Бюро в конец охренело. Меня без подготовки выдернули на сотню тысяч световых лет сюда, даже толком не объяснив ничего. Три дня - три свидания с клерком из банка, чтобы изучить человека, которым предстоит управлять. После трех дней - сразу операция. За "объектом" был закреплен уже один агент, он и стал вторым начальником, на время операции, Чинвен же просто курировал все операции со мной, не позволяя использовать мои ресурсы без его ведома. Впрочем, последнее и было невозможно - Чинвен глава Бюро.
Голова трещит и прямо сейчас раздражение возрастает многократно.
– Эй, ты как?
– похоже он тоже не знает моего имени, - Рюи?
И имя это ненавижу...
– Плохо, тише, - шепчу спутнику и тот послушно затихает.
Возврат из чужого в своё сознание всегда проходит болезненно. Ни подготовка, ни длительное изучение того, кем придётся управлять не спасали. Облегчали - да, но не спасали...
Десять минут в монолете скрутили меня в позу эмбриона. На улицу из железной машины меня доставало уже начальство. Дверцу с моей стороны распахнул шеф и он же подхватил, словно ребёнка на руки и понес прочь. Шеф... Чинвен... Ненавижу его, его бюро, всех... Но я нужна ему, а значит не убьет... Сейчас... Можно расслабиться...
– Отключаюсь, - шепчу Чинвену и отрубаю сознание. Все же во сне последствия переносятся проще.
– Ты молодец!
– рапортирует руководство и эта фраза успевает ворваться в мой начинающийся сон.
Мне снится Чинвен. Он наклоняется ко мне, касается большим пальцем скулы и шепчет: "Ты молодец, ты такая молодец. Ты умница".
Я молодец?
Проснулась, протянулась и резко села. Люблю так вставать - тихое недомогание от резкого подъёма напоминает в очередной раз о тяжести погружения в чужое сознание. А ещё я считала что это моя а-ля тренировка. Приручать себя к боли было...больно. Больно, но привычка все же формировалась, а следом за ней и привыкание. На заре моего обучения, после погружения в чужое сознание, делали инъекции, ставили примочки, давали кислородный коктейль. Одним словом пытались сделать приятно, и лили сладкий сироп в мои уши. "Рюи, боль уйдет, когда нибудь это будет обычной рутиной!" - пели ложные песни доктора. Да, вашу мать. Это стало рутинной, но боль не ушла. Более того - она никогда не уйдет.
Мимолётный взгляд в окно... В люк. Непроглядный, чёрный космос и россыпь звёзд. Кажется лечу обратно на базу. Пойду, поем... С этой мыслью покинула маленькую каюту.
Первое, что бросилось в глаза - узкий коридор. Взгляд направо - в трёх метрах каюта пилота.
Почему такой
– Добрых суток!
– обратилась в спинку кресла.
Я понадеялась, что там внутри сидит гуманоид и надежды мои оправдались.
– И тебя туда же, - пробасил незнакомец.
Я вошла в каюту, слегка обогнала кресло и наконец увидела капитала этого судна...
– Эм...
– запнулась, не зная как вообще можно говорить с таким персонажем.
Рука у мужчины была механическая, вторая была щупальцем, один глаз хитиновый, несуразно большой, другой же был наш - человечий.
– Я привык, можешь пялиться, - смущенно отвела взгляд и попыталась сконцентрировать все внимание на приборных панелях.
– Куда направляется?
– Квадрат 147 ЕМЦ 903
– Это же не база, - непонимающе хмурюсь и вновь смотрю на жертву генетических экспериментов.
– Вы крупно наследили на последнем задании, вся инфа в кармане, так сказал твой Чинвен. Я - Лаламан. Зови Лама. На четыре дня полёта мы вместе, потом передам тебя другому агенту и расстанемся. Жрачка на кухне, та сзади. Разберешься короче. А теперь свали, мутантка.
Я поджала губы. Кажется этот Лама излишне осведомлен, особенно осведомлен о моей мутации! Я возмущенно фыркаю, но я то в отличие от него хоть выгляжу лучше!
Фыркнула и удалилась есть, намереваясь отрываться эти четыре дня. А именно: есть, спать и снова есть. Запустила руки во все карманы одежды и нащупала таки флешку в левом нагрудном. Пускай пока полежит, сперва первичные потребности!
Кофе, десяток бутербродов и апельсиновый сок. Генератор послушно выдал желаемое. Корабль был маленьким, техника слабенькая, что отразилось и на качестве еды. Бутерброды пахли универсальной смесью, которую заливали в такие аппараты, кофе имел не черный, а серый оттенок. Сок был подозрительно зеленоват... Тяжело вздохнула и все же пошла к себе в каюту.
Прикончив пару бутербродов я наконец извлекла флешку на свет. Повертела пластик в руке и закинула его на прикроватную тумбу. Не то чтобы мне было не любопытно, просто я чертовски устала от бюро и его закидонов. Устала от Чинвена, его команды, устала менять лица и имена. Один день я просто напросто решила провести так, как его проводят обычные люди - валяться в кровати, есть в сухомятку, спать.
Сладко протянулась, резко села. Смахнула крошки хлеба с тумбы и непроизвольно задела флешку.
Блин. Надо заняться делами. Я вчера запоем посмотрела с десяток серий популярного комедийного сериала, затем уснула. Мини теле-марафон меня излишне расслабил.
Протерла глаза, подхватила флешку и запросила у каюты планшет. Воткнула флешку и распаковала архив.
Архив распаковался и выдал мне надпись на весь экран.
"Внимание! У Вас 3 часа на изучение материала, до ликвидации носителя!" замигала красная запись на экране.
Блин... Вашу мать! Я подскочила и судорожно начала пролистывать листы. Чинвен расщедрился, он не только в красках расписал сложившуюся ситуацию, он также и дал мне изучить все наработки по прошедшей операции. Я жадно читала листок, за листком, боясь, страшась не уложиться в трёхчасовой срок. Как назло кишечник молил о белом друге, а глаза слипались. Зараза! Вот не могла сначала умыться, а?!
В двух словах о ситуации: я в чёрной дыре. Если более подробно, то... То начнём издалека.
<