Косточка

Двери троллейбуса открылись, и первая группа пассажиров зашла внутрь.

Кондуктор, ещё не совсем проснувшийся, собрал оплату и уселся на своё место. Впереди предстояла трудная смена, а ведь день обещал быть погожим. В такую погоду только и делать нужно, что гулять и наслаждаться по-настоящему тёплыми весенними деньками.

Ещё утро, а потому в салоне было прохладно.

Однако ближе к полудню стало теплее. Солнечные лучи проникали внутрь, сквозь давно не мытые стёкла и дополнительно согревали и без того душный

троллейбус. Как обычно, вплоть до поздней весны в нём не отключали отопление. Даже открытие нескольких створок окошек не помогало.

Впрочем, кондуктор так давно работал, что привык к таким условиям. Как в тумане он выполнял свои обязанности, практически не думая ни о чём. Когда двери открывались, он смутно ощущал движение воздуха и то, как спёртость салона сменяется свежим порывом с улицы.

Все пассажиры были разными, но для кондуктора лица, одежда, поведение, чистота рук, вообще всё не имело никакого значение. Только размер сдачи, выдаваемой им, да, чтобы никто не проезжал зайцем. Вот и всё, что его интересовало.

Но в этот день его ждал неожиданный пассажир, которого ему не забыть.

Обходя салон, который был заполнен только лишь наполовину, он заметил, как на последнем ряду устроилась ворона. Тёмное оперение с синим отливом, не имело ни одного светлого пятнышка.

– Как она сюда залетела? – пронеслось в голове у кондуктора, который её не заметил до этого.

Другие пассажиры стали оглядываться на птицу, которая вела себя тихо и смотрела на них своими чёрными глазами-бусинками. Попытка кондуктора приблизиться к ней привела только к тому, что птица, стремительно взмахнув крыльями, взлетела и, преодолев под потолком несколько метров, оказалась на другом месте.

Во время остановки каждый раз повторялось то же самое, но птица никак не хотела вылетать в открытые двери.

Люди в салоне стали выражать недовольство.

– Да пускай она едет с нами, не задерживайте, – громко заметил пенсионер с тросточкой, которого молчаливо поддержало большинство пассажиров.

Так, троллейбус двинулся дальше по маршруту, нагоняя то время, которое было потрачено на попытки выгнать её на улицу. Наступал конец смены, но кондуктор старался неотрывно следить за птицей, чтобы она ничего не сделала дурного. Но та спокойно сидела на своём месте и всё. Один из пассажиров даже осмелился присесть рядом с ней. А она, взглянув на него, отвернулась к окну и продолжила свою поездку.

Вечером, когда троллейбус возвращался в депо, птица стала уже совсем привычным его элементом. Сумерки опускались на городские улицы, и в салоне, в котором стало значительно темнее, ворону было трудно разглядеть.

На конечной остановке, перед тем как рабочий день завершится, она повернулась к выходу и, сделав несколько неловких шажков, быстро вылетела в открытые двери.

Выйдя из троллейбуса, водитель и кондуктор смотрели, как птица летит куда-то вдаль.

Смена закончилась.

Купив в самом обычном магазине цветок в горшке, Пётр поспешил домой. Это был подарок, миндальное дерево для его жены. Настроение было отличное,

и всё вокруг казалось таким замечательным. Даже скверная погода, зябкие дороги – всё это не могло испортить его настроения.

Растение поставили на подоконник, исправно поливали и стирали с него пыль.

Однако через несколько месяцев семья заметила, что цветок начал постепенно увядать. Возможно дело в земле, она могла оказаться некачественной. Стоит пересадить деревце и всё должно стать нормальным. Когда они с женой пересаживали это растение, внимательно осмотрели корни и не обнаружили на них ничего особенного. Нормальное, здоровое миндальное дерево.

Но это, к сожалению, не помогло.

Растение сохло и слабело с каждым днём. Специальные растворы, которыми его теперь поливали, не могли восстановить его.

Дерево убрали в другое место и надеялись, что всё станет, как, прежде. Выбросить его никто не решился, да и не хотел.

Ссыхаясь, миндаль всё уменьшался, пока не стало очевидным, что дерево не оживёт. Последний листочек оторвался от стебелька, ко всеобщей печали всех домочадцев.

Убирая засохшее растение из земли, Пётр обнаружил два зёрнышка.

Откуда эти миндалинки оказались тут, недоумевала его жена. Посадив их в новую землю, они решили проверить, что получится. Скоро, намного быстрее, чем обычно, в горшке показалось несколько ростков. Они набирали силу и пара миниатюрных миндальных деревьев, росло там.

Достигнув того же размера, что и первое растение, они стали увядать. История повторилась, хоть вся семья предпринимала попытки спасти их.

Когда пришло время выбрасывать погибшее деревце в горшке, среди земли оказалось четыре миндальных зёрнышка. Сомнений не оставалось, и семейная чета стала дарить эти семена всем своим знакомым.

Так, постепенно, миндальные деревья стали расходиться по городу, а затем их начали высаживать в почву, где они не усыхали, как в горшках, а становились полноценными, большими растениями, чья изящная зелень радовала жителей города.

А попав на благодатную почву, миндаль зацвёл и сладкий запах с горькими нотками, распространился в воздухе.

Толстая папка переходила от одного стола к другому.

Каждый раз её содержимое быстро просматривалось, новые документы добавлялись – описания и пояснения множились с потрясающей скоростью. Написанные сухим, скучным языком, они размывали проблему, и реальность становилась недоступной на этих страницах.

Ни один из чиновников не брался за дело, потому что оно требовало тщательного изучения, распутывания клубка заключений разного рода экспертов, а кроме того, принятия решительных действий, чего никто не хотел предпринимать.

Чем дольше рассматривалось дело, заключавшееся в серии жалоб от обеспокоенных владельцев автомобилей и пешеходов, тем меньше энтузиазма проявлялось в многочисленных инстанциях, в чью компетенцию входило решение данного вопроса. Так, пересылая всё увеличивающуюся папку от одной службы, к другой, прошло полгода.