Коварная
Шрифт:
– Очень хорошо, что вы серьёзно отнеслись к делу. Я сомневалась, что вы так поступите, учитывая ваш…
– Возраст? – спросила я, заканчивая её предложение.
– Да. Но я не хотела оскорбить вас, милочка. Просто, мистер Харрингтон - мужчина серьёзный. Он не предлагает что-либо необдуманно. Это соглашение было проанализировано и разобрано до последней буквы. И, до того, как я познакомилась с вами, – добавила она, кивнув в мою сторону, – я беспокоилась, что вы можете подумать об этом предложении, как о чём-то легкомысленном.
Я закрыла глаза. От всех этих размышлений у меня разболелась голова.
–
– Учитывая данные обстоятельства, теперь мне всё ясно. Чем я могу вам помочь?
После попыток понять все эти формулировки в специализированных терминах, добрые слова и поступки Лизы пробудили эмоции, который я так старалась сдержать. Мне не нужны были эмоции. К своим юным годам я уже уяснила, что разум принимает решения куда лучше, нежели сердце.
Под ночным небом темнел океан, по его поверхности то тут, то там были рассеяны огоньки от кораблей, яхт или лодок. С высоты пентхауса гладь воды казалась бесконечной. Я начала искать линию горизонта, то место, где чёрные волны встречались с потемневшим небом. Но это было невозможно из-за безлунной ночи.
Продолжая смотреть на океан, я спросила:
– Вы дважды повторили слово «предложение»? По-вашему, это действительно предложение?
– А что же тогда?
Я пожала плечами, поворачиваясь к ней лицом и борясь с наворачивающимися слезами.
– Думаю, формально, да, это предложение. Но у меня такое чувство, будто я соглашаюсь на продажу, а не на предложение руки и сердца. То есть, я соглашусь, если мне будет понятно всё, что я прочла. – Я перефразировала свои слова. – Если я соглашусь, то по сути это будет означать, что я принимаю деньги, жильё, выплаты по долгам моих родителей, имя Стюарта в обмен на свою жизнь. С-своё тело… с-своё будущее. – Эмоции одержали верх, и предательские слёзы хлынули потоком из моих, по-прежнему накрашенных, глаз.
– По сути, не так ли всегда и происходит, когда принимают предложение о свадьбе? – спросила Лиза. – Разве вступая в брак, женщина не отдаётся мужу в обмен на его покровительство? Разве, выходя замуж, женщина не получает имя и финансовую поддержку своего мужа?
Я кивнула.
– Да, но… – Следующие слова дались мне с трудом. – Большинство женщин выходят замуж по любви. Я никогда не думала о свадьбе с кем бы то ни было, но если бы даже развлекала себя подобными мечтами, то представляла бы ужины при свечах и прогулки по пляжу. Предполагалось, что я бы знала, действительно знала, своего мужа, а он бы знал меня. Никогда и ни за что я не мечтала о соглашении в пятнадцать страниц и о том, что ответ на него нужно дать в течение двенадцати часов.
Лиза опустила глаза. Честно говоря, тут нечего было ответить. Вряд ли у кого-то возникала даже мысль о том, что его или её жизнь могла быть спланирована так же, как оказалась моя. По крайней мере, в двадцать первом веке. Пусть короли, королевы и вся аристократия, как сказал Стюарт, и сталкивались с подобным, но это происходило в веке шестнадцатом, а не в наши дни.
Я продолжила:
– Это даже не похоже на интернет-службу знакомств. Ведь там я хотя бы могла
Светло-голубые глаза Лизы заискрились весельем.
– А вы смотрели про него в Гугле?
Я наморщила нос.
– Нет. Надо полагать, немного увлеклась этими документами.
– Тогда сделайте это, дорогая. Погуглите про него информацию. Изучите всё, что сможете найти.
– А что можете рассказать мне вы?
Она сменила позу.
– Я работаю на него уже более десяти лет.
И это всё, что она могла предложить?
– И? – спросила я, когда пауза затянулась.
– Смерть отца мистера Харрингтона оставила на последнем свой след. Когда меня наняли, его отец уже ушёл из жизни, и он принял на себя руководство «Харрингтон Спа энд Сьютс Интернэшнл»; но я слышала, что говорили. Взяв на себя ответственность за бизнес отца, он столкнулся с множеством сложностей. В то время миссис Харрингтон наполняла его жизнь светом, а он был преданным мужем, – на лицо Лизы легла тень, и она перевела взгляд на свои колени. – Её смерть слишком сильно изменила его. С того момента он стал другим.
Мне не понравилось то дурное предчувствие, охватившее меня после её слов.
– Что значит «сильно изменила его»? Есть что-то, о чём вы не можете мне сказать?
Её ясные глаза снова смотрели на меня.
– Нет, конечно, нет. Мистер Харрингтон просил меня быть с вами откровенной, и я откровенна. Он очень закрытый человек. Даже по прошествии стольких лет, я знаю, что у него есть то, что он скрывает.
– Это касается, например, его работы?
Она покачала головой.
– Да, но не только. Мне известно, что у него есть другое жилище, где он часто бывает. Но я понятия не имею, зачем оно ему и что он там делает. Он не говорит об этом. Несколько раз я спрашивала, но мне было сказано, что меня это не касается.
Я села, переполненная раздражением.
– Я схожу с ума! Надо быть абсолютно сумасшедшей, чтобы даже обдумывать это.
– Мисс Конвей, я всегда буду честна с вами. Не знаю, что бы я сделала на вашем месте. Но знаю, что могли иметь место худшие предложения от куда худших людей. Я думаю, мистер Харрингтон понял, что его молодость прошла. Но он надеется, что с вами сможет пережить её заново. И ещё я думаю, что лучше вам обсудить это всё именно с ним.
Лиза продолжала говорить:
– Вы правы, это не любовь, но в этом браке будет уважение. А честность будет самым лучшим способом помочь вам с происходящим. Я знаю, что мистер Харрингтон уважает честность и ожидает её. В ответ он будет честен с вами.
«Ты не шлюха, но будешь моей шлюхой». Если эти слова были произнесены по-честному, то что они означали?
Пока я над этим размышляла, Лиза встала.
– Уже поздно. Могу я вам ещё чем-то помочь?
– Нет, спасибо. И я благодарна вам за то, что поговорили со мной.
Она сжала мою руку.
– Обращайтесь в любое время. И хочу признаться, из своих корыстных побуждений, я надеюсь, вы согласитесь.
Я промолчала, но вопросительно подняла бровь.
– С тех пор, как умерла миссис Харрингтон, в доме очень тихо, а зачастую даже скучно. И мне было бы очень приятно, если бы в доме появился человек, о котором я смогу заботиться, и с которым я смогу поговорить.