Ководство
Шрифт:
Потом что-то изменилось. Негры кончились. Вплоть до 1990-х в роли негров выступали нагуталиненные русские.
Сказ про то, как царь Петр арапа женил. 1976. В роли негра — Владимир Высоцкий.
Мы
Автор благодарит Госфильмофонд России за предоставленные материалы
Любопытно, что наличие негров в игровом кино никак не отразилось на мультипликации, где традиции Дюрера живы до сих пор.
Каникулы Бонифация. 1965.
Головы в форме мяча для американского футбола свойственны также обитателям острова Чунга-Чанга.
Катерок. 1970.
Даже в наше время (2005) мы вновь наблюдаем негров, изображенных по неведомым стандартам.
Похитители елок. 2005.
Время снова вернулось назад.
«131 нотная обложка». Издательство «Контакт-культура». 2006. С. 109. Художник Александр Фролов, 1927 год.
Здесь мы вправе сделать вывод, что если художник (или дизайнер) плохо знаком с объектом своего внимания, он не в состоянии его понять и адекватно передать.
§ 171. Правила оформления ссылок
28 мая 2011
Ссылки всегда должны быть подчеркнуты, даже если это кажется кому-то некрасивым.
Нельзя подчеркивать на вебе текст, который не является ссылкой.
Убирание подчеркивания у ссылки при подведении курсора — глупость.
Активные ссылки всегда должны быть синего цвета (как исключение — черные или темно-серые). Посещенные ссылки должны быть сиреневого цвета. Ссылки других цветов гарантированно сбивают с толка читателя.
Цвет, отведенный для ссылок, не должен использоваться для других элементов.
Хорошо и правильно подсвечивать ссылку красным или оранжевым при подведении к ней курсора. Как вариант — подсвечивать фон или рамку вокруг.
Пунктирная ссылка означает, что нажатие на текст произведет некое действие (откроется калькулятор, приедет подсказка, раскроется подробность), а повторное нажатие вернет все в исходное состояние. Пунктирные ссылки не должны переносить читателя на другую страницу. А сплошное подчеркивание, в свою очередь, нельзя использовать для временно вызываемых элементов.
Проверка дизайна
§ 172. Зона комфорта
23 сентября 2011
Автор достаточно много путешествует, посетил более пяти сотен различных мест более чем в 120 странах. Во время этих поездок нельзя было не заметить разницу во внешнем виде городов. И нельзя было не заметить, что в одних странах хорошо, а в других плохо. Хорошо в Европе. Плохо в Африке. Хорошо в Азии. Плохо в России. И нельзя было не сделать вывод о том, что на разницу во внешнем виде городов влияет разница в психологии людей.
Нет желания дома у себя держать русскую электрическую или газовую плиту. Она просто плохая, хотя, возможно, законы физики у нее соблюдаются хорошо, и конвекция работает, и с инженерной точки зрения науки там все продумано. То же самое верно по отношению к русским автомобилям, домам, отелям, любому сервису — список бесконечен.
В других странах лучше машины, лучше журналы, телевизор лучше и так далее. Какую вещь ни возьми, хочется европейскую или японскую, но совершенно не хочется русскую.
У каждого человека существует зона комфорта, независимо от того, где он находится. Даже у бомжа есть такая зона, она ограничивается его коробкой из-под холодильника. Автор полагает, что на разницу в уровне жизни зона комфорта граждан влияет гораздо больше, чем богатство страны.
У человека, который живет в Европе, зона комфорта распространяется дальше, чем его квартира: она захватывает его лестничную площадку, его дворик, его улицу, его квартал. Его центр города. (Окраины европейских городов при этом так же ужасны, как и наши: панельное жилье везде довольно жуткое и французский шахтерский городок мало чем отличается от донецких унылых окраин.)
В России традиционно зона комфорта заканчивается у человека его входной дверью. Обивка, которую он сделал себе на дверь, еще будет входить в зону комфорта, а вот сантиметр от порога уже нет. Человеку все равно, что там: страшная масляная краска, велосипед или какой-то пятидесятого года сундук, выставленный соседями.
Очень редки случаи, когда кто-нибудь делает ремонт у себя в подъезде. Человек идет в соседние квартиры, а там говорят — денег нет, не дадим. Ну, может быть, найдется второй олигарх, который скинется. И вот два человека (это в лучшем случае) ремонтируют подъезд, а остальные их ненавидят и стараются как-то поднасрать: нарисовать там что-нибудь или разбить. Или не закрыть входную дверь, чтобы бомжи пришли. Наши люди не готовы принимать расширение зоны комфорта.
Пример разницы между российским и европейским мышлением — город Санкт-Петербург. Который был построен с нуля по европейской модели и до сих пор является европейским городом, несмотря на то, что сто лет находился в отрыве от европейской цивилизации. Его довольно быстро отмыли, и выяснилось, что он неплохо сохранился.
И сегодня разница между Питером и другими городами огромная, потому что Питер использует и применяет все, что есть в Европе. В Питере есть летние кафе прямо на тротуарах. Даже в Москве такого пока нет, потому что взятки такие, что большинство людей не готовы участвовать в этом процессе.