Козел

Dark Window

Она решила его не пугать, подойти тихонько-тихонько, дотронуться самым кончиком мизинца. Но зверь почуял Ее, взвился в воздух и унесся прочь, словно неуловимый Южный Ветер из детской сказки. Она испуганно присела - копыто мелькнуло на расстоянии пальца от ее виска - а потом обозлилась - ведь чуть не разнес ей голову, невежа. У-у, ка-а-аззел.

После Она еще несколько раз видела его в отдалении. Печального, как ей казалось, понурого. Но попыток приблизиться больше не повторяла.

В конце концов, Она не чувствовала себя в чем-то провинившейся, заслуживающей подобного пренебрежительного отношения. К осени силуэт единорога скукожился, порос лохматой шерстью, а золотой рог побелел и искривился. Постепенно образ смазался и на месте высшего существа неведомо как очутился самый обыкновенный бесноватый однорогий козел...

...Солнце клонилось к лесистому горизонту. Лениво, как и тысячи веков до этого вечера. По улице гордо прохаживался петух с потрепанным хвостом, то и дело вскидывающий голову и проверяющий нерушимость границ подвластных ему территорий. За повелителем семенил выводок кур, оставляя трехпалые следы на пыльной дороге. Пыль пропитала и придорожную траву, и трещинки камней, и белое одеяние кур. В глубокой выемке, заполненной бурыми пылинками кувыркался старый, но все еще не угомонившийся козел.

Она стояла, облокотившись на изгородь, и впитывала последние лучи угасающего светила. С заднего двора раздавался стук топора. Звонкий, когда полешко раскалывалось на две половинки. И глухой, когда непокорный чурбан отчаянно сопротивлялся своей участи, и острие застревало в переплетениях древесных волокон. Муж заготавливал дрова на зиму. В сарае блеяли вернувшиеся с пастбища овцы и тяжело вздыхала корова. Легкий ветерок чуть колыхал тяжелые мешки, вывешенные для просушки. Скоро в них засыплется мука и они, потяжелев, спрячутся в амбар. Все как всегда. Все как положено, в этой трудной, но все-таки чем-то прекрасной жизни. Дремота усталости смыкала веки.

Легкий топоток пробудил Ее ото сна.

– Мама, мама, - радостно заливалась подбежавшая дочка, - там, в лесу, на поляне я видела...

– Зайку, - закончила за дочурку умная мама.

– Не-а, - завертела головой девочка и хитро прищурилась.
– Не-а. Я видела белого единорога. Правда-правда.

– Дурашка, тебе почудилось, - улыбнулась Она и глаза тоже сощурились в ответ, но по-доброму, а не по-хитрому.
– В нашем-то лесу? Да сейчас даже лось - большая редкость. А единорогов у нас и не водилось-то никогда.

– А я видела, - упрямо заявила девочка и по-матерински уперла руки в бока.

Строптивость девочки неприятно кольнула.

– Видела?
– посуровела Она.
– А ты видела, что куры до сих пор не кормлены? Ну-ка,

гони их во двор. Тоже мне, взяла моду, по лесу скакать целыми неделями.

Лицо девочки стало серьезным. Даже у самых маленьких есть в жизни свои обязанности. В руках появилась гибкая ветка. Петух мгновенно перестал быть осью мироздания, и куры, захлопав крыльями, поспешили во двор. Калитка чиркнула по земле и тихо закрылась за девочкой. Улицу снова окутала благодать. Руки переместились чуть правее, и Она опять окунулась в ласковые волны минутного отдыха.

Взгляд Ее ухватил козла.

Тот выбрался из пыльной колдобины и пристально смотрел на Нее мутно-желтыми глазами. Тяжело глядел, неприкаянно. Она даже вздрогнула и напряглась, пока не присмотрелась повнимательнее и снова не расслабилась. Нет, не на нее уставился глупый козел. Куда-то мимо и чуть вверх. Она немного обиделась и обернулась.

Ничего. Только дальний лес и вечернее марево над верхушками черных елок.

Она снова перевела взгляд на козла. "Единорог," - раздался в голове непреклонный голос дочурки и пробудились смутные образы.

Неужели когда-то этот драный козел выглядел в Ее глазах гордым единорогом? Ведь было же, было. В те давние времена, когда изгородь, на которой сейчас покоятся Ее локти, доставала до небес, а в почерневшей кадушке у сарая умещался целый океан.

А сейчас это всего лишь облысевшее дурное уродище, ни на что не способное и никому не пригодившееся. Целый день возится в пыли, да роется на помойках. Вон, вся морда в отбросах. Посмотрит вечером куда-то вдаль, да исчезнет. Интересно, а кем представала Она для этого козла много-много лет назад?

Козел продолжал нагло пялиться и Ей стало немножечко неуютно. Или это подобралась ночная прохлада, пока несмело пробующая свою будущую мощь? Но на всякий случай Она подхватила валявшуюся у изгороди хворостину. Ведь от козлов можно ожидать чего угодно, тем более от старых. Но козел присмирел, успокоился, копнул на пробу мордой пыль в колдобине и кувыркнулся туда. Когда он выбрался, то Она уже почти забыла про непутевое животное с грязной потрепанной шкурой.

Интересно, думала Она, почему те, в ком мы видим единорогов, на поверку оказываются самыми обыкновенными козлами? Ведь неспроста. Ведь что-то кроется за этими превращениями. Но в сарае протяжно замычала корова. Пора. И ноги уже отмеряли путь к покосившейся двери, а руки по пути привычно подхватили вычищенный подойник.

Несмело сиял над деревней ломтик молодого месяца. И смотрел за горизонт старый облезлый козел с причудливо вывернутым рогом. Будто чего-то ждал.

Июль 1999 г.